Чтение онлайн

Подумала, что, пожалуй, никак нельзя допустить, чтобы она, когда узнает, что сделка с графиней сорвалась, сбежала бы от подопечного.

— Баронесса была уже? — спросил отец.

Няня покачала головой.

— Господин барон, — обратилась вдруг к мужчине Линнея. — Прикажите своей жене перед тем, как ребенка брать, руки мыть.

— Хорошо, — согласился мужчина. — Мне тоже вымыть?

— Если жену обнимали, то да.

Барон кивнул коротко и вышел. Я обрадовалась.

— Вот что, госпожа… — я вдруг сообразила, что не помню имени няни брата.

— Ласта, — сказала женщина.

— Ласта, — повторила я, и имя отозвалось у меня теплом в душе. Такая точно ребенку зла не причинит. — Я хочу нанять вас на работу, за братом моим присматривать и за его матерью.

Достала из потайного места пару серебрушек и протянула женщине. Отдала бы и больше, просто не было. Тот капитал, что я с помощью гнома сколотила, в саквояже лежал, который где-то с оленями и Фроскевой ехал.

— Вы скажите, сколько вы госпоже Фиронер должны, я помогу вам себя выкупить. Только вы уж брата моего от матери и брата сводного защитите, — сказала, когда женщина приняла и спрятала монетки. — Линннея, а что ты про руки сказала? Почему баронессе их мыть нужно?

— Она специально их в порошок из корней веха окунает перед тем, как к сыну прийти. И на платье сыпет, когда к мужу идет. Может, и в еду подсыпает. Запах от баронессы такой приятный идет, это он и есть. Я его узнала, — пояснила девочка.

Даже думать не хочу, что этому ребенку пережить пришлось. Мне бы брата пока защитить. Но все равно взяла ее за руку и сжала крепко.

— Линнея, ты сделала, что хотела? — спросила.

— Да, — коротко сказал ребенок.

Я обняла и погладила брата по голове, потом вернулся отец и тоже потрепал сына по вихрам, наказав тому быть мужчиной, и мы спустились.

А внизу нас ждала баронесса, чтобы устроить, назовем это моноспектакль.

Она кинулась на грудь мужу и со слезами начала его умолять оставить меня дома и никуда не отпускать. Дескать, со мной брату не так скучно будет и за ребенком я смотрю куда как лучше, чем нянька, потому что у той он все время кричит и плачет и вообще болеет и вот-вот помрет от плохого обращения.

Что сразу бросилось в глаза после слов Линнеи — баронесса переоделась и теперь была в другом платье и пахла иначе. А еще я почувствовала, что отец колеблется и действительно хочет приказать мне остаться дома.

— Нет, — резко сказала я. — Я дала клятву, что доставлю Линнею и передам лично в руки ее отцу. Она поехала посмотреть на будущую мачеху и заблудилась в дороге. Я не могу нарушить данное слово.

— Правильно, дочь. А потом сразу возвращайся, не надо тебе у князей задерживаться, — согласился отец, отстраняя от себя жену.

Тогда баронесса начала усиленно впихивать нам своего сына в качестве охраны. Вот уж кого-кого, а его мне видеть рядом с собой не хотелось. Но пока я искала аргументы для отказа, отец уже дал на это согласие.

И вот как мне теперь этого подонка не прибить ненароком?

— А ну пошел прочь, окаянный! Ишь чего вздумал, на старуху позарился! — раздался на постоялом дворе громкий крик Данаи. — Не для тебя я девичью честь берегла! Да держи портки-то, держи крепче, а то так голозадым до дома и побежишь!

Красный от стыда и злости мой сводный брат удирал от хохочущей женщины по узким коридорам, ругаясь и ударяясь об открывающиеся двери.

Когда мы были в баронском доме, отвертеться от его общества мне не удалось. Отец встал на сторону мачехи и сказал, что девушке с ребенком бродить вдоль границ Вальхейма небезопасно, а уж на его территории одним оставаться тем более, даже если эта девочка — княжна. Лихие люди везде есть, а богатство северных земель многим покоя не дает.

Братец сбледнул и посмотрел на мамашу. А та то ли не ожидала, что ее сыночка на самом деле возьмут с собой, или ей зачем-то надо было затянуть путешествие, но она стала настаивать, чтобы мы остались в поместье, пока слуги соберут все необходимое для поездки. На что отец заметил, что, дескать, об удобствах мужа она так не пеклась, так и тут ничего, справятся. И ждать отказался. К тому времени к нам присоединились старуха-нянька и служанка, которая после поездки на оленях выглядела испуганной и едва стояла на ногах. Отец критично осмотрел прибывшую компанию и сказал, что если мы хотим до заката успеть добраться до постоялого двора на границе, то стоит поторопиться с отъездом.

В сопровождении небольшого отряда мы тронулись в путь. Баронесса даже расщедрилась на небольшую карету, не иначе, чтобы ее мальчику было комфортнее путешествовать. Но отец и тут неожиданно проявил твердость и заявил, что или Андерс едет верхом или остается. Пришлось тому с неохотой выбираться из кареты и уступить место Фросе и старухе, а Линнею я и так сразу усадила туда.

До границ наших земель добрались к вечеру. Там отец тепло со мной попрощался, уважительно поцеловал руку няньке и девочке и оставил нас на попечение брата.

— Ну и куда теперь? — спросил великовозрастный детина, по недоразумению доставшийся нам в попутчики.

— На постоялый двор, разумеется, — ответила старуха. — Кто ночами по лесам бродит. А с утречка лесами-тропками, пару дней, и до ближайшего городка в Вальхейме доберемся.

— К-как лесами? — парень даже с шага сбился. — К-какими тропками?

— Обыкновенными, — спокойно отвечала старуха, — сначала через чащу, потом через болота, на второй день немножко горы будут, но там главное барсам дорожку не перейти, а дальше если только росомахи и волки могут встретиться. Вот их в тех местах много. Ну да ничего, с нами же мужчина, отобьемся. Ну да чего стоим, поехали уже на ночлег устраиваться.

На постоялом дворе братец, когда узнал, что я за его удобства платить не собираюсь, начал возмущаться, что невместно мне со служанкой в одной комнате спать и ей, дескать, и в сарае постелить можно. А со мной в комнате ночевать будет он.

На что Даная заявила, что невеста князя ни с какими мужчинами, пусть даже родственниками, в одном номере оставаться не будет, и она с дозволения князя Вормуса так и быть оплатит мне отдельный номер. Но только мне.

Братец продолжал возмущаться, но хозяин постоялого двора, суровый мужчина с проницательными глазами, неласково зыркнул на него исподлобья и пояснил, что шумных тут не любят. И сказал, что если молодого господина что-то не устраивает, то он может и в лесочке переночевать. Если волков не боится, конечно, которых нынче что-то много развелось.

И тут в ночи показательно взвыл волк. Братец тут же изменился в лице и, пробормотав что-то невнятное, согласился на всё и попросил старуху одолжить ему немного денег на комнату.

Я подумала, что интересная женщина госпожа баронесса, сынулю своего с нами отправила, и хоть собиралась его в дорогу сутки снаряжать, но по факту денег даже на самое необходимое не дала.

В итоге парню выделили какую-то каморку, и он, скрипя зубами от недовольства и ворча, что вообще-то он баронский наследник, ушел туда. Мы с Линнеей и Фросей устроились втроем в отличном двухкомнатном номере, а старуха-нянька отправилась спать в комнату с камином, которую якобы взяла для меня, потому что собиралась пошептаться то ли с огнем, то ли с дымом.