Чтение онлайн

И тут я вспомнила, что хотела предложить князю рассмотреть кандидатуру Мирославы на роль жены. Открыла рот и тут же закрыла его. Во-первых, не время, меня никто не спрашивал. Во-вторых… Наверное, впервые в жизни я не могла исполнить то, ради чего меня вроде бы наняли. Ведь по сути мне надо было не столько девочку для битья из себя изображать и учителя манер для князя, сколько найти малышке Лин маму. Ну или хотя бы не очень противную мачеху.

— Я не отказываюсь от договоренностей и озвучу свое решение позже. А сейчас прошу простить нас. Думаю, всем нам нужно время, чтобы осмыслить произошедшее, — сказал князь, беря меня за руку.

Для всех это был четкий сигнал: пошли вон. А для меня жест князя был как лучик солнца, пробившийся сквозь тучи в хмурый зимний день. Он намекал, что лед не вечен и весна уже в пути. Или просто мне хотелось думать, что князю не все равно, что я чувствую.

Члены комиссии засобирались с удивительной скоростью, забыв о своем величии и важности. Представители Делара выскальзывали за ними, стараясь не встречаться ни с кем взглядом. Тех, на ком появилась метка, уводила княжеская стража. Через несколько минут в зале остались только князья и я.

— Ну дела-а-а, — протянул Финн, падая в кресло и запуская пальцы в волосы. — Похищение, Богиня, суд... Я, кажется, поседел.

— Ты лысеть начал, — поправил Крисмас, усаживаясь рядом.

Остальные князья вполголоса сдержанно рассмеялись.

— Да, никто не ожидал, что однажды мы станем свидетелями воссоединения Богов, — сказал старший из князей. — Хотя волховицы и намекали, что грядут перемены.

— Теперь решать надо, что с барьером делать и теми, кто там остался стоять, — вступил в разговор еще один из князей, имени которого я не знала.

— Да, и договоренности с королевствами надо будет пересмотреть и подготовиться к новым переговорам, — добавил еще один.

— И вопрос с женой стоит закрыть, — быстро взглянув на нас с Эйнаром добил последний князь.

Я залилась краской. Это он на меня намекает? Но я не могу… Я тут совсем для другого…

— Идите, — устало махнул рукой старший князь. — Без вас пока все обсудим. Вам тоже нужно поговорить.

Мы шли по коридорам замка, и Эйнар вел меня за руку. Для меня это было непривычно и странно, я всегда сама определяла, куда и когда мне двигаться. А вот так что-то решать за меня даже в мелочах… Да еще с таким видом, будто у него есть на это право… Внутри зрел протест.

— Господин Вормус, — начала я.

— Эйнар, — поправил он меня.

Я сбилась с шага, и Страж тут же остановился, взглянул на меня пристально.

— Я не думаю, что могу так к вам обращаться, — сказала твердо, забирая руку. — Наш контракт не предполагает подобного.

Дистанцироваться. Немедленно. Он же монстр! Холодное чудовище, которое сделало меня девочкой для битья. Я сделала шаг к стене.

Его губы тронула горькая усмешка:

— Я понимаю, Айна, ты боишься меня. После всего, что было.

«О, он думает о моих чувствах, надо же! Раньше они его не волновали», — мысленными словами я старательно выстраивала барьер. Попросить расчет и уехать, вот что мне нужно. Узнать, что там с братом, и отогреть его своим теплом, как и сказала Лин.

Линнея… Я должна буду оставить ее. Одну… Сердце протестующе заныло.

«Нет, не одну, с Мирославой!» — сказала себе твердо. Только набралась духу, чтобы поговорить с князем о деле и кандидатках в невесты, как он снова взял мою ладонь в свои.

— Я виноват, Айна. И перед тобой, и перед твоим отцом. Но давай обсудим это не в коридоре, хорошо?

Он спрашивает меня? Ладно. Правда, что я как девочка мнусь. У меня контракт, и я тут по работе вообще-то.

Сказать-то я себе это сказала, а вот ладонь отнимать не стала. Ну, просто я же дороги не знаю. Кивнула.

Он чуть улыбнулся и снова повел меня за собой. А я уже не могла молчать. Его прикосновения как-будто делали нас ближе, чего я не собиралась допускать, а потому решила вернуть наши отношения в деловое русло:

— Я видела Линнею, с ней все хорошо. Она накормила меня. Отличная из нее хозяйка выйдет.

— Да, Льдинка сказала, что берет ответственность за тебя на себя. Нас всех впечатлило то, что ты предложила Стуже себя вместо Лин, Айна. Замерзать заживо, считая каждый стук сердца и понимая, что именно он может быть последним — такого не пожелаешь даже врагу.

Смутилась. И возмутилась одновременно.

— Но вы же сами… Замораживали людей.

Остановился и снова взглянул на меня.

— Ты считаешь меня чудовищем? Как и твой отец? Моя магия другая, Айна. Я «замораживаю», как ты выразилась, людей мгновенно. Они находятся в стазисе и лишь снаружи покрыты магическим льдом. Они не чувствуют ничего. И по капле отдают свои силы Богам. Десятки ниточек волховицы протянули от таких жертв, чтобы питать щит Севера и его самого. Наш край суров, Айна, и ему нужны его покровители. Каждый из нас отдает им часть сил. Просто те, кто нанес вред, отдают их больше. Такова наша реальность, — сказал он, снова увлекая меня за собой.

Наконец мы пришли. Это оказался довольно скромный кабинет со столом, шкафами и небольшим диванчиком, куда меня усадил Страж.

— Здесь нет камина, и никто нас не услышит, — усмехнувшись, пояснил он.

А я задала вопрос, который вообще никак не относился к делу:

— А вы… Откуда вы знаете, как замораживает Стужа?

— Однажды я предложил ей в жертву себя. И она почти приняла ее, — сказал князь, усаживаясь за стол и перебирая бумаги. На меня он старался не смотреть. — Я хотел вернуть мать Линнеи. Но в последний момент богиня сказала, что Лин нужнее отец. И ушла.

Он замолчал, рассматривая что-то в бумагах. А меня захлестнула не жалость, нет. Что-то иное. Я увидела в его поступке решительность и отчаяние человека, готового, не раздумывая, принести себя в жертву ради кого-то очень дорого. А еще я поняла, что человек, способный на это, никак не мог быть холодным и равнодушным монстром.

— А теперь, когда Стужа свободна... Она ведь может… вернуть все назад? — проговорила я с паузами.

В горле пересохло, а внутри все сжалось. Я не только поняла, что передо мной обычный человек, способный на любовь и отчаянье, но и то, что у Лин появится мать, а у Эйнар вернет жену. Вот только почему-то радости я от этого не испытывала… Внутри скребло что-то непонятное, чему я никак не могла подобрать описание, потому что изо всех сил старалась не думать об этом. Так будет лучше. Для всех.