Чтение онлайн

«Сейчас, словно верблюд, реветь начнет на всю улицу! Моментально соберется толпа, и тоже будет реветь. Но уже на весь квартал! И если ее не разгонит полицейский с большим жестяным свистком, то еще неизвестно, чем все это закончится», — рассудил Бисквит.

— Ладно, давай кинжал, тащи карту. Так покажешь, наконец, где фирма проката?

Увидев враждебное к себе отношение, араб даже растерялся: да чем заслужил?! Почему европейцы не отнеслись к его ухищрениям с юмором? Ведь если они сюда приехали, то наверняка не самые бедные.

Вместе с кинжалом, схватив с прилавка и блюдо, араб сунул его Бисквиту:

— Бесплатно — презент!

— Не надо никаких презентов, — растерялся и Бисквит. — За блюдо можем заплатить… Фунтов пять.

— У нас от подарков отказываться нельзя! — внушительно сказал араб, и черные маслины его глаз полыхнули черным же пламенем.

— А у нас не принято оставаться в долгу! — полыхнул в ответ русским медвежьим льдом Прищепкин и снял с руки копеечные кварцевые часы «Луч»: — На, держи!

— Русо? — радостно сообразил араб.

— Русо, — с великодержавным снисходительным достоинством Никиты Михалкова улыбнулся Прищепкин: «Надо же, везде нос воротят, а тут!»

— А мы — белорусо, — с украинской принципиальностью по этому вопросу отказался идти под русской маркой Швед, показывая на себя и Бисквита.

Чтобы не напрягать араба страноведческими экскурсами, Бисквит не дал тому и рта открыть:

— И продайте нам еще два блюда по тридцать фунтов. О’кей? — Этим жестом белорусский гастрономический спортсмен хотел также немножко опустить «шовиниста» шефа.

— О’кей! — расплылся в улыбке араб.

В глубине души Бисквит успел понадеяться, что тот откажется. В его маленькой квартирке уже была пара похожих блюд, которые ему всучили в прошлой поездке. Что торговец уподобится тому армянину в ресторанном гардеробе из анекдота советских времен: «на тэбе двести рублей на чай и палта не надо!» Увы.

Зато араб подарил еще пару жуков. Дал визитку.

В пункте проката им, конечно, зарядили столько, что оказалось дешевле купить подержанный автомобиль. И детективы выбрали почти новенький, «хитрый» «Крайслер» за восемьсот долларов. Его пробег был равен всего ста двум тысячам, однако выглядел он на добрых сто два года.

В отличие, скажем, от англичан или немцев, египтяне были нацией явно не технической (торговой, скотоводческой). С техникой, откровенно говоря, обращались по-варварски. «Американец» успел побывать в нескольких авариях и выглядел крайне непрезентабельно: с вырванным бампером, мятыми дверцами и крыльями, разбитой фарой, обтерханным салоном, словно в нем перевозили сумасшедших верблюдов. Зато мотор, который сам по себе стоил тысяч…надцать, работал безукоризненно. В него еще не успели залить хлопкового масла, в нем не ковырялся местный умелец.

По уверению хозяина автосалона, в Каире у них не должно быть проблем. Слава Аллаху, автоинспекция практически отсутствует и в столице. В арабских странах автовладельцам вообще не морочат головы с обязательными ежегодными техосмотрами и прочей мурой. Понятие годности к эксплуатации исчерпывается способностью автомобиля тронуться с места. И правильно, мудро, можно даже сказать!

Что интересно, машин на душу населения в Египте приходилось маловато: примерно как в Союзе Советских, а может, и еще меньше. Но каких! В связи с тем, что Египет — ха-ха! — был страной контрастов (мои извинения за плагиат глубокоуважаемому Мулюку Сулюкову), то есть с огромной пропастью между богатыми и бедными, то богатые в нем ездили на очень крутых тачках. А вот бедным до «шишетериев» приходилось добираться пешком. Одним словом, именно «Крайслер» и был в стране пирамид самой распространенной автомобильной маркой; «Мерседес» преследовал его по пятам.

Процедура переоформления автомобиля заняла пять минут.

— Ты на клаксон, клаксон постоянно дави! На сигналы поворотников они не реагируют! — на ходу инструктировал Бисквит Георгия Ивановича.

— Легко сказать, — вздохнул Прищепкин, притормаживая на «красный».

А вот надо, надо было ехать: впереди-то путь свободен. И в зад ему чуть не клюнул ободранный «Шевроле» последней модели.

— Козел! Не на светофор, на дорогу смотри! — наверно, прокричал ему на арабском водитель, в развевающемся на горячем ветру бурнусе, чуть ли не по пояс высовываясь из окна.

Впрочем, может быть, он обозвал его бараном или ослом, может, не обзывал никак, а просто посоветовал: не спи, друг, здесь тебе не гарем, автомобильная дорога — зона повышенной опасности. Устал?.. Сделай паузу — выкури шиш. Или опрокинь стопочку чаю.

— Шайтан их побери! — выругался Прищепкин. — Так и инфаркт можно заработать!

Уже за городом по шоссе в сторону Каира пронеслась неприметная «Мазда» с тонированными стеклами и сирийскими номерами. На нее не обратили внимания.

Проехав еще несколько километров, Прищепкин вдруг резко затормозил. Завизжали покрышки, «Крайслер» развернуло поперек дороги.

— «Растяжка»! — выдавил он.

«Крайслер» не доехал до растянутой над шоссе тонкой проволочки, наверно, привязанной за чеку некоего «тормозного» устройства, всего с метр. Разглядел же!

— Какая падла ее поставила? — беспомощно пробормотал Швед, озираясь по сторонам: они были без оружия, получить разрешение на ввоз которого в Египет было невозможно.

Словно черти из табакерки, из-за бугорка тут же выскочили две «падлы» и бросились им наперерез, сзади показался некий пикап с вооруженными людьми в кузове, спереди — та самая «Мазда» с тонированными стеклами.

— Сопротивление бессмысленно, — уныло констатировал Прищепкин, отстегивая ремень безопасности.

«Крайслер» окружили шумливые оборванные люди и бесцеремонно обыскали детективов. Отобрали документы и деньги, связали руки за спиной. Их действиями руководил некий брезгливый господин в белом полотняном костюме, которого Прищепкин тут же окрестил «беем». Следует отметить, что обе стороны не нуждались в представлении друг другу и поэтому не задавали лишних вопросов, не пытались понтовать или распускать хвосты.

— Так куда едем-то? — только спросил Бисквит, когда им ненавязчиво предложили залезть в длинный кузов пикапа «Форд».

— Туда, — ответил «бей», неопределенно кивнув в сторону барханов.

— К господам Мухаммеду бен Ауду и Мулею бен Юсуфу? — все же попытался уточнить спортсмен, называя фамилии из «авиапассажирской сказки».

— Ага, — просто ответил «бей», смахивая пот со лба.

Словно мешки с картошкой, их уложили на дно кузова.

По боковым скамейкам расселись вооруженные оборванцы.