Чтение онлайн

Он поставил кассету с ритмичной музыкой и прибавил звук. Девчонки оживились и вскочили танцевать.

Ксюша встала и незаметно выскользнула на кухню. Включила духовку и задвинула туда противень с курицей. Что такое? Почему ей с ними так неловко?

Костя вышел и обнял ее.

— Ты не скучаешь?

— Вовсе нет. С чего ты взял?

Он потянул ее за собой в комнату.

Они вернулись. Выпили. Заиграла медленная музыка. Костя взял Ксюшу за руку, вывел на середину комнаты и прижал к себе. Девчонки наблюдали за ними и завидовали.

Илья подкрался к Маше сзади и дернул за волосы. Она быстро обернулась, чтобы дать сдачи.

— Потанцуем?

Маша с удовольствием щелкнула его по лбу.

Он широко улыбнулся и стащил ее с дивана. Они танцевали и ругались. Ругались до тех пор, пока Илья не наклонился к ней и не поцеловал. Маша вздохнула и затихла.

Сергей с Ленкой под медленную музыку топтались друг перед другом и оживленно обсуждали популярных диджеев.

Никите было не с кем танцевать. Он сидел на диване и смотрел на Ксюшу. И думал о том, как Косте повезло. Он бы все отдал, чтобы быть сейчас на его месте. У Никиты была проблема: он стеснялся девчонок и не умел себя с ними вести. А чтобы никто не заметил, напускал на себя вид пресыщенного жизнью супермена, носил темные очки и волосы собирал на затылке в хвостик. У него была одна-единственная подружка. Она жила в Канаде, и он общался с ней по ночам, через Интернет и на английском. Ей он не стеснялся изливать свою душу. Не стеснялся, потому что никогда не видел. Можно было бы, конечно, обменяться фотографиями, но она не предлагала, а он не хотел разочаровываться. По его понятиям, внешность для женщины определяла все. Он бы не смог влюбиться в дурнушку. И даже появиться с ней в компании.

Музыка закончилась.

Ксюша оглянулась и заметила, что Никита скучает один, она села перед ним в кресло и улыбнулась.

Он не ожидал, что она подойдет. Смутился и снял очки. Незащищенные близорукие глаза совершенно изменили выражение его лица.

Ксюша кивнула на очки, которые он крутил в руках, и сказала:

— Какая интересная оправа.

Никита быстро откликнулся:

— Вам… — Он вопросительно взглянул на Ксюшу и, получив разрешение, поправился: — Тебе действительно нравится?

Она кивнула.

— Если бы мне так шли очки, я бы тоже носила их не снимая.

Никита засмеялся.

— Это не пижонство. Просто много сижу перед компьютером, и очень устают глаза. Светобоязнь. Слышала про такое?

Костя демонстративно, чтобы не мешать им, встал и пошел за горячим. Под горячее выпили. Пиво смешалось с шампанским и многократно усилило эффект от алкоголя. Общий разговор перестал быть проблемой. Ксюша оживилась.

Вышли из-за стола. Никита пригласил Ксюшу танцевать. Нашли медленную музыку. Никита чувствовал, что сильно опьянел, и с особенной старательностью вел Ксюшу в такт музыке. Он рассказывал ей о новом поколении компьютеров и боялся пошевелить рукой, которая лежала на ее талии. Она внимательно слушала его и иногда поднимала лицо, чтобы увидеть его глаза за темными стеклами очков.

Костя немножко ревновал, но, в общем-то, был доволен, что Ксюша понравилась Никите.

За окном стемнело, пора было переходить к чаю. Никита взялся помочь Ксюше. Они вместе собрали и отнесли на кухню грязную посуду. Видно было по всему, что дома он хозяйством не занимался, и Ксюше приходилось объяснять ему каждый пустяк. Она заварила чай и кофе, достала изюм, орешки и из холодильника — мороженое. Вдруг у нее из рук упала салфетка. Никита бросился поднимать и чуть не сбил с ног наклонившуюся Ксюшу. Он обнял ее, чтобы сохранить равновесие.

Костя видел все. Удивленно взглянул на них, взял вскипевший чайник и, ничего не говоря, вышел.

От обильной еды и напитков всех разморило. Позевывая, стали поглядывать на часы. Костя невольно следил за Никитой. И видел, что тот увлечен. Все признаки были налицо. И не мог понять Ксюшу. Она как будто поощряла его.

Ксюша понесла остывший кофейник на кухню. Никита — за ней. Костя с трудом усидел на месте. Но, когда дождался их возвращения, ему показалось, что они обо всем договорились. У них был вид сообщников. И он уже видел и особенный блеск Ксюшиных глаз, и как будто бы даже стыд и смущение.

Все было безнадежно испорчено.

Они проводили гостей, и Костя пошел на кухню мыть посуду.

Ксюша принесла из комнаты последние кружки, подошла к нему сзади и, встав на цыпочки, дотронулась губами до затылка.

— Костя, ну что ты сердишься? Давай поговорим.

Он не успел сдержаться и сказал то, о чем думал:

— Я теперь понял, почему ты не хочешь за меня замуж выходить. И дело тут совсем не в моих родителях. Просто тебе нужна свобода. Ты не хочешь связывать себя. Действительно, зачем я тебе?

Ксюша грустно смотрела на него и молчала. Да и что она могла сказать? Что глупо ревновать? Что она сыта по горло своими легкими победами? Что она действительно ни в чем не уверена?

— Ну, что ты молчишь? Тебе что, уже Никита нравится? Почему не сказать прямо? Не думай, я вам мешать не буду! — Костя говорил и не верил, что сам произносит эти страшные слова.

— Костя, это несправедливо.

Костя увидел слезы у нее в глазах и сразу опомнился. Он обнял ее мокрыми руками и крепко прижал к себе.

— Ксюша, милая, извини. Я дурак, осел. Но я так люблю тебя.

Ксюша улыбалась сквозь слезы и успокаивалась, глядя в его влюбленные глаза.

Сергей Владимирович сидел некоторое время молча, потом покачал головой и спросил:

— Костя, кто-нибудь из твоих друзей пытался с ней потом встретиться?

— Пытался.

— Кто?

— Никита. Но она его отшила.

— И все?

— И все.

— Кто-нибудь спрашивал тебя о ней после вашего разрыва?

— Нет. Все забыли о ней. После…

— После чего?

— Так, чепуха…

— Костя, я прошу тебя рассказать. Согласись, я впервые…

— Ладно. Все забыли о ней после того, как вытащили меня на вечеринку, и я оттянулся по полной…

Костя перед вечеринкой заскочил домой, пока там не было Ксюши, поставил розы в вазу на журнальный столик, рядом — коробочку, перевязанную красивой ленточкой, но подумал и убрал коробочку к своим учебникам. Нет, духи он сам подарит ей завтра. Он быстро переоделся, причесал свои белокурые волосы и вышел из квартиры.

Воздух был сырой, дул сильный ветер. Костя поднял воротник и направился к автобусной остановке. До Серого было минут десять езды. Он не мог понять, зачем идет на мероприятие без Ксюши. Но она так настойчиво уговаривала его, что он сдался. Ей казалось, что он обделяет себя, отказываясь от радостей студенческой жизни. Тем более у нее было важное дело: она уже давно откладывала свою поездку’ к маме, которая жила в поселке Кузьмолово. Недалеко от Питера, полчаса езды на электричке. У него желания идти не было никакого, но он, сдав парням деньги, решил формально отметиться и часа через два уйти.