Чтение онлайн

Иногда в литературе о пиратах утверждается, что тактика, согласно которой пират ловит пирата, зародилась лишь в XVII веке, и при этом приводят в пример Генри Моргана, который, став вице-губернатором Ямайки, жестоко расправился с бывшими своими товарищами. Как видим, такое утверждение ошибочно: прием «свой ловит своего» применялся уже в XVI столетии. И применялся не зря — отставные пираты, перешедшие на государственную службу, хорошо знали привычки и тактику боя бывших соратников и потому, действуя против них, быстро добивались успехов.

Так произошло и в случае с Ричардом Берком. Он сам когда-то был пиратом, знал пиратские повадки, а главное — всю систему укреплений во владениях Грейс. Пользуясь этим, Берк стал одерживать одну победу за другой и в один из дней настиг флагманский корабль Грейс. Соотношение сил было не в пользу пиратки, и она, спасая от бессмысленной гибели своих людей (вспомним аналогичный случай с Жанной де Бельвиль!), решила сдаться на милость победителей.

Грейс отправили в тюрьму, и началось следствие, но у самой богатой женщины Ирландии хватало денег на то, чтобы затянуть следствие. Оно тянулось полтора года, но конца ему не предвиделось. А вскоре Грейс удалось подкупить тюремную стражу и бежать. Разбой в ирландских водах вспыхнул с новой силой.

А между тем на дворе стоял уже 1579 год, и бесчинства Грейс продолжались, таким образом, целую четверть века. С этим надо было кончать, а потому в марте названного года против Грейс выступила правительственная эскадра, возглавляемая капитаном королевского флота Вильямом Мартином, который получил приказ захватить предводительницу пиратов во что бы то ни стало.

Но капитан Мартин напрасно гонялся за пиратами. Зная все убежища на побережье, они укрывались в них, когда положение осложнялось до крайности. Но Мартин в конце концов подкараулил пиратскую флотилию и навязал ей бой.

Моряки королевы имели перевес в силах, однако загнанные в угол пираты дрались с таким ожесточением, что Мартин был вынужден отступить, потеряв при этом два корабля и почти половину своих людей.

Когда об этом стало известно Елизавете I, она пришла в ярость. Капитан Мартин едва избежал эшафота, а за поимку Грейс была назначена небывалая награда. Деньги, как известно, на всех этапах человеческой истории часто имели бoльшую силу, чем оружие и военная доблесть. Перед ними открывались ворота неприступных крепостей, во имя денег люди шли на любые преступления и предательства.

Не стал исключением и случай с Грейс. Имелось немало людей, которых она обидела или обошла вниманием и которые искали повода, чтобы расквитаться с ней. Среди этих людей был и некий командир галеры, входившей в состав флотилии Грейс, коего она в свое время разжаловала за какую-то провинность. Именно этот человек, польстившись на награду, выдал правительственным сыскникам местонахождение Грейс, и она была схвачена. На этот раз власти не затягивали дело, суд был скорым, и Грейс приговорили к смертной казни через повешение.

Не желая идти на виселицу, пиратка обратилась к королеве с просьбой о помиловании. Это обращение вряд ли нашло бы отклик в душе Елизаветы (когда речь шла о врагах, она была беспощадна), но хитроумная Грейс знала, чем заинтересовать ее, и пообещала королеве не только все свои богатства, но и помощь в деле замирения с Ирландией, в которой в ту пору обострились антианглийские настроения.

Предложение было заманчивым, и Елизавета приняла его. Правда, с одним условием: выпустив на свободу Грейс, она оставила у себя заложниками двух ее детей (чьи это были дети — Доннела Икотлина или Ричарда Берка, — историкам неизвестно, однако есть предположения, что ни того и ни другого, а некоего испанца, которого Грейс взяла в плен и который впоследствии делил с ней не только боевые тяготы, но и постель).

Выполняя данное королеве обещание, Грейс силой своего авторитета заставила прекратить сопротивление властям как подчиненных ей пиратов, так и мятежников внутри страны. Елизавета I оценила эту помощь и в 1533 году пригласила бывшую пиратку в Лондон. На этот раз Грейс вела себя скромно и сдержанно, чем совершенно подкупила королеву, которая предложила ей поступить на службу в королевский военный флот. А кроме того, вернула Грейс ее детей и часть отобранных в свое время денег.

Год смерти пиратки неизвестен, мы знаем лишь то, что она умерла в своем родовом замке.

Анна Бонни и Мэри Рид

Середина августа 1719 года. Караван испанских галеонов, везущий в метрополию колониальное золото, подходит к Наветренному проливу, разделяющему острова Кубу и Эспаньолу (современный Гаити).

Погода благоприятствует плаванию, мощные пушки галеонов и многочисленность экипажей гарантируют безопасность каравана, поэтому никто из капитанов не обеспокоился, когда в морской дымке показался парус неизвестного корабля.

Тяжело нагруженные галеоны шли с малой скоростью, и неизвестный корабль быстро приближался к каравану. Через несколько часов он подошел на расстояние пушечного выстрела, и тогда с концевого галеона, значительно отставшего от основной эскадры, определили его тип. Это была бригантина, и на галеоне сразу поняли: их догоняют пираты.

Но и тогда это не вызвало никакого страха у капитана. Бригантина! Дюжина ее пушчонок — ничто в сравнении с шестьюдесятью четырьмя орудиями, что установлены на галеоне. Они разнесут эту паршивую посудину на мелкие кусочки!

А между тем пиратский корабль, догнав галеон, пристроился в его кильватерной струе и оказался вне досягаемости огня испанских пушек. Еще несколько минут — и нос бригантины почти что уперся в корму галеона. И тотчас на его палубу полетели абордажные «кошки». Десятки сильных рук подтянули бригантину вплотную к галеону, и пираты пошли на приступ.

Через минуту на палубе испанского корабля кипела беспощадная схватка, в центре которой, размахивая короткой абордажной саблей, орудовала рыжеволосая женщина, одетая в ярко-красную ситцевую рубашку и широкие полотняные штаны.

Дадим слово участнику того боя:

«Их натиск был так стремителен, что мы не успели даже перезарядить мушкеты. Завязалась рукопашная схватка. Вскоре наши матросы во главе с первым помощником капитана были вынуждены отступить на корму. Тогда эта дьяволица схватила пушечное ядро, подожгла фитиль и бросила смертоносный снаряд в середину тесно стоявших людей. Оглушительный взрыв разорвал многих на куски. Те, кто остался жив, сдались. Всех нас согнали на нос. Их предводительница показала концом окровавленной сабли на молодого лейтенанта, храбро сражавшегося с пиратами, и, смеясь, сказала: «Никому из вас пощады не будет. Но тебе хочу предоставить выбор. Я возьму тебя на ночь в свою каюту. Если я останусь довольна, то отпущу тебя. Если нет, отрублю голову. Решай». Я не знаю, чем кончилось дело, потому что не стал ждать, пока пираты расправятся с нами, и прыгнул за борт. Два дня я провел в море, держась за деревянный обломок. А когда уже приготовился отдать Богу душу, меня подобрало случайно оказавшееся там судно».