Чтение онлайн

Убедившись, что пламя сожгло останки павших героев, процессия последовала в городищи, чтобы тризной из хлебов, каши и баранины принести жертву богам.

Родам победа далась нелегко. Многие кузни и литейные опустели. К наковальням стали подростки. Рабочих рук катастрофически не хватало.

В это нелегкое время в городище раджана прискакал со стены гонец с тревожной вестью. В степи появилась неведомая рать и выдвигается в сторону стены. Рамир воздел руки к небесам и взмолился, чтобы боги проявили милость и помогли охранить родичей от новой беды.

Ударили в набат. Бронзовые колокола звонко оповестили городища, и малочисленная рать ариев поспешила к стене. Заскочив по лестнице на гребень гигантского оборонительного сооружения, раджан ахнул: вся бескрайняя, истоптанная боями снежная степь пестрела всадниками. Лихорадочно соображая о способе обороны земель ариев от грозного врага, вождь внезапно понял, что у него нет достаточных сил, чтобы на этот раз остановить супостата. Нескольким сотням ратников и жалким остаткам некогда бесчисленной конницы бея Садыка было не под силу справиться с многочисленными ратями грозного врага.

Из центра приближающейся конницы отделилась группа всадников с зелеными тряпками на древках копий и поскакала к стене. Когда группа приблизилась на расстояние, чтобы Рамир мог ее хорошо разглядеть, конники остановились. По богатым одеждам и улыбающимся лицам вождь ариев с облегчением понял, что на сей раз битвы не будет.

От группы отделился могучий, черноволосый, горбоносый всадник в богатой лисьей шубе и сверкающем бронзовом шеломе и помчался к стене. Это был воевода. Вельможа крикнул на козарском языке, который, благодаря тесным торговым отношениям, хорошо разумели арии:

— Великий раджан! Всемилостивейший каган, да пусть вечно и мудро правит он на этом свете, передает тебе через мои недостойные уста слова дружбы. Он прислал эти рати для помощи в одолении злых сил, которые осмелились пойти на повелителей огня — наших надежных соратников, умельцев и торговых друзей. Судя по кровавым пятнам на стенах и на снегу и по следам пожарищ, мы опоздали, о чем просим вашего высокого прощения. Но мы спешили, и кони наши устали. Открой же ворота и прими нас как гостей, великий раджан!

Рамир повелел повеселевшим ратникам распахнуть ворота и сам поскакал навстречу гостям. Конница козар чинно въехала во владения ариев и стала готовиться на постой, развернув тысячи кибиток, покрытых шкурами.

Козарин скакал рядом с Рамиром, дивился юртам и конным степнякам — вечным врагам козар — и вопросил:

— О могучий раджан! С удивлением я вижу среди твоих полков диких ордынцев, которые никогда не покорялись ни вам, ни нам. Неужели, о Великий, тебе удалось приручить дикарей?

Повернувшись к гостю, Рамир молвил:

— Хоробрый воевода! Степняки пришли в наши земли под напором нечисти и учинили разбой. Наши рати легко их одолели, потому как они многих потеряли в боях с погаными и силенок у них оставалось мало. Пленных я пощадил, и они за такую милость вызвались воевать на моей стороне. И воевали достойно, потеряв большую часть своих конников. Пока у них нет сил уходить в степи, и они выпросили у меня защиту в течение одного круга.

Гость восхитился:

— Всесветлый раджан! Правду говорят наши люди, что ты не только несокрушимый воин, но и мудрый правитель. Я горжусь тем, что еду к тебе в гости. Да будет вечный мири богатство на твоей земле!

…К вечеру закатили пир. Пили медовуху, потчевали гостей бараниной, лосятиной, ржаными лепешками да пельменями. Прибежала женка князя Миролюба, повисла на шее у козарского воеводы и залопотала по-козарски. Князь ревниво нахмурил брови и схватился за меч. Назревала свара, которая могла привести к кровавой вражде. Но все, к превеликой радости ариев, быстро разрешилось миром. Воевода оказался родным братом бабы и долго не выпускал се из своих могучих объятий.

Вечером в просторной светлице вождя повелителей огня состоялся обстоятельный разговор с воеводой козар. Воевода сказывал, что один отряд, посланный каганом на помощь дружественным гуннякам, попал под колдовской морок нечистых и сгинул вместе с союзным войском. В ходе переговоров воевода понял, что эти замороченные воины штурмовали стену ариев, помогая поганым в их черном деле, и попросил у Раджана прощения за их разбой.

— Всемилостивейший Раджан! Под чарами колдовства нечистых наши люди не ведали, что творили. Да не омрачит это нашу дружбу!

В тот же день козары принесли дары и оплату за партию бронзового оружия тканями, баранами, кожами, мехами, овсом да рожью. Гости начали прощаться с гостеприимными хозяевами, но как только передние колонны козарского войска миновали ворота стены, далече на горизонте дозорные ариев увидели бесчисленные колонны людей и животных.

Казалось, вся степь пришла в движение, и волны пришлых племен со стороны восходящего солнца накатывались одна на другую, словно море. Основные потоки прошли мимо стены и направились в сторону далекой и великой реки Итиль, вбулгарские и славянские земли. Часть бесконечного мигрирующего потока гигантской змеей устремилась к стене ариев. Козарское войско спешно повернуло обратно, под защиту дружественных стен. В городищах надрывно зазвенели колокольные перекаты, призывая куцые полки ариев к защите родной земли.

Раджан, волхв и воевода-козарин взобрались на вершину стены, площадки которой спешно занимали ратники, лучники и баллист-ники. Войско козар, быстро и без суеты, строилось в четырехугольные конные колонны, которые ощетинились копьями. Судя по накатывающему живому потоку пришельцев, битва обещала быть жаркой.

Но наблюдательный раджан не усмотрел боевых порядков в приближающейся толпе. Воины шли вместе с женщинами, детьми, вперемежку с животными, среди которых изредка виднелись могучие фигуры косматых мамонтов, тянущих тяжелые волоки с добром и едой. На лицах пришельцев был страх, и они отчаянно поднимали руки, чтобы стрелы всемогущих повелителей огня не обрушились на них.

— Ой ты, гой еси, могучий раджан! Все эти племена и роды бегут от какой-то страшной опасности, появившейся в далекой земле восходящего Ярилы. Судя по одеждам, среди толпы идут рука об руку давние враги, половцы и печенеги. А немного обособленней — свирепые скифы. Я не думаю, чтобы из-за холодов люди срочно покинули земли обетованные и ринулись на чужбинушку. Какая же могучая сила гонит многочисленные народы и сторону захода светлого Ярилы, к могучей реке Итиль? Мне пока это невдомек… — задумчиво промолвил волхв.

Толпы остановились у стены, из их гущи выехали на конях, судя по богатой одежонке, повелители и стали кричать по-тарабарски. Волхв перевел с печенегского:

— Они приветствуют повелителей огня, говорят слова дружбы и просятся под укрытие стены.

Рамир задумался и изрек:

— За стену не пущу! Слишком много народа и скота надо размещать, а наша долина не необъятна. Если вы скажете, от какого ворога бежите, и согласитесь выделить людей, чтобы защищать стену и работать у нас в забоях, да отдадите пяток мамонтов, я могу изменить свое решение, и вы укроетесь среди наших городищ.