Чтение онлайн

Давненько я не видел рек; в последнее время встречаются только высохшие болота да обмелевшие ручейки. Но вот она — наконец-то. Пусть не слишком широкая и чистая, зато река, символ жизни. Другой берег с диким пляжем, заросшим кустарниками и мусором, совсем рядом — рукой подать, но и там не видно людей.

Понятия не имею, куда все делись.

От солнца на воде играют блики, сама вода движется едва заметно, и я даже могу разглядеть в ней свое отражение — искаженное, темное, немного вытянутое, как на картинах того испанского художника. Вода — темная, и, скорее всего, ледяная, несмотря на дневную жару и нестерпимо яркое солнце. Если искупаться, можно запросто подхватить воспаление легких, а простужаться, как известно, при конце света не рекомендуется.

Как я и думал, вода слишком холодная. Но все равно вымылся: полностью, с головы до пяток. Я не стал долго думать и мяться, иначе ни за что бы на это не решился. Быстро разделся и залез в воду. Кожа тут же покрылась мурашками, яички спрятались, и мне нестерпимо захотелось вылезти обратно на берег, но я сдержался. Отошел подальше, туда, где воды мне было по пояс, открыл шампунь и с чувством, толком, расстановкой намылился. Солнце ярко светило в лицо, и я вдруг почувствовал себя необъяснимо счастливым…

Жуткий озноб охватил меня, только когда я выбрался на парапет. Я до сих пор не могу прийти в себя, но странным образом меня все еще распирает от счастья. Как же мало мне теперь для этого надо: всего лишь принять душ. Рядом сушится одежда, которую я тоже рискнул постирать: не хочу надевать на чистое тело заскорузлые, потные шмотки. Время от времени я закрываю глаза и представляю себя на пляже. Все, что мне остается, — это размышлять, какой стране принадлежит этот пляж и как я там оказался.

Я не знаю, сколько времени скитаюсь. Как-то я пробовал считать дни, но давно бросил это неблагодарное занятие. Внутренние часы подсказывают, что еще не прошло и года, но даже год в условиях выживания, ежедневной борьбы за жизнь в этом мире — не такой уж короткий срок. Да и к тому же мои внутренние часы могут ошибаться: может быть, времени прошло гораздо больше или меньше, теперь уже ничего нельзя утверждать наверняка. Да и какое это имеет значение? Я иду себе и иду, иду бесконечно долго и буду идти еще столько же до тех пор, пока жизнь на Земле не перестанет быть возможной.

С припасами еды становится все хуже. До смерти надоело жевать сухие макароны и запивать их водой. Все жду, когда в желудке они разбухнут и голод притупится, но макароны проваливаются в него, как в черную дыру. Надо бы начать охотиться, но в этот раз подойти к вопросу серьезнее. Однажды я пробовал поймать кролика и освежевать его маникюрными ножницами, но кролик ускакал от меня, едва я к нему приблизился.

Таблички на здании больше нет, но и без того понятно, что когда-то оно было библиотекой. На раскладных столах прямо под открытым небом, под козырьком уцелевшего крыльца, в обломках кирпичного здания — везде валяются книги, горы книг. Я не видел ни одной книги, наверное, тысячу лет, но туг их столько и сразу, что это даже слишком. Книги старые и современные, классика русской литературы и дешевые женские романы, книги в твердых переплетах и мягких обложках, большие книги и маленькие, толстые и не очень — никому теперь не нужные книги. Упражнения по физкультуре, 1984 год. Романы Яна Флеминга. Труды марксистов и ленинистов, полное собрание. Стихотворения Маяковского. Детективы Ю Несбё. Различные периодические издания, газеты и журналы. Автобиография Че Гевары. Сборник пьес молодых российских авторов. Романы и сборники Стивена Кинга в твердых переплетах и мягких обложках. Весь Достоевский и весь Лермонтов. Большая советская энциклопедия. Русско-французский словарь. Огромные стопки романов Конни Мейсон, Даниэлы Стил, Норы Робертс и так далее… «Волшебник Изумрудного города» и все продолжение серии. Настенный календарь «Храмы России» на 2014 год. Федеральный закон «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг…» и чего-то там еще. «Темные аллеи» и «Окаянные дни» Ивана Бунина. 365 рецептов вкусных салатов. Пособия по медитации. Китайское искусство чтения по лицам. Сказки Астрид Линдгрен. Путеводители по Лондону и Барселоне. Школьные учебники. Комментарии к Гражданскому кодексу. Книги по эзотерике и современному фэн-шую. Исторические детективы Бориса Акунина. «Энциклопедия маленькой принцессы». Все собрание про волшебника Гарри Поттера. И многое, многое другое…

От влажного воздуха и солнца книги набухли и пожелтели, но буквы все еще можно прочитать — только кому теперь это нужно?..

Я так и не взял оттуда ни одной книги. Все ходил вокруг да около, но не смог ничего выбрать. Я только и думал о том, что книга займет лишнее место в моем рюкзаке, станет дополнительной тяжестью и ношей. Так зачем ее брать? Только для того, чтобы казаться самому себе не тем, кем я являюсь? Все, что заботит меня, — это выживание, и вряд ли «Преступление и наказание» мне в этом поможет.

И я пошел подальше. Не просто шел, а несся из этого города на всех парах до тех пор, пока не вышел на трассу. Здесь спокойно и хорошо, вокруг меня один только лес. Точнее — то, что от него осталось.

Иногда я вспоминаю (и воспоминания эти такие яркие, как будто все происходит на самом деле), как стою в тамбуре поезда и смотрю в мутное окно. За ним проносятся бесконечные, бесконечные леса. Они стоят густые, гордые, прекрасные. Уже тогда с каждым годом лесов становилось все меньше: их отчаянно вырубали, чтобы освободить место под строительство еще одной скоростной автомагистрали или коттеджного поселка, но это нисколько не волновало меня, потому что то были всего лишь картинки, сопровождавшие мой скучный путь в какой-нибудь город. И когда экологи трубили тревогу, выступая по телевизору с пламенными речами о том, что через сто лет в результате человеческой деятельности леса исчезнут с лица земли, я только пожимал плечами: мол, ну и что тут такого? Меня-то уже к этому времени не будет… Я не верил, что эти роскошные сосны и ели, слишком густо растущие, стремящиеся так высоко к небу и жизни, могут исчезнуть так быстро. Однако это случилось даже раньше, и теперь я вижу только корявые пни и голые обрубки стволов. Деревья — не люди, они не смогли за себя постоять.

Я не спал почти сутки и очень устал. Обстоятельства сделали меня куда более выносливым и сильным, чем раньше, научили черпать энергию из таких источников, которые были мне неведомы, но я все равно устаю. Иногда глаза закрываются сами собой; на несколько секунд, а может, и минут, я засыпаю прямо на ходу, хотя раньше ни за что не поверил бы, что такое возможно. Я стараюсь идти быстрее и не думать об усталости. Сосредотачиваюсь на ритме шагов, с которого лучше не сбиваться. Один-два-три-четыре-пять, один-два-три-четыре-пять — почти как в вальсе.

Не проходящий кашель все время дает о себе знать. Не нужно было мне тогда купаться: мне стало только хуже. Легкие работают будто не в полную силу — им уже столько времени не хватает тепла.

Как только я подумал, что не могу больше идти, как только представил, что сяду посреди дороги и превращусь в один из тех трупов, которые иногда встречаются на дороге, я и увидел это здание. Я подошел ближе и передо мной возник он — маленький магазинчик, который, казалось, сохранился здесь, посреди этого ничто, только для того, чтобы я мог сегодня нормально переночевать.

Дверей здесь нет, и окон тоже — внутри завывает ветер. Стеллажи раскурочены, полки, двери холодильников выломаны, под ногами валяется куча мусора. В туалете и служебном помещении все еще хуже: там разломаны даже стены, как будто эта часть здания снесена чем-то очень мощным. Но за прилавком, который чудом сохранился возле не тронутой ни стихией, ни людьми стены, ветра нет, и вообще хорошо во всех смыслах, если, конечно, не считать запаха мочи. Ноги гудят от усталости, мышцы нестерпимо ломит — надо спать, но почему-то не спится.

На внутренней стороне прилавка, прямо над моим лицом, я вижу приклеенную жвачку. Дотронулся до нее — твердая как камень. Наверняка она появилась здесь еще до того, как все случилось: лентяй и бездельник, работавший в магазинчике в свободное от учебы время, чтобы подкопить на компьютер или что-нибудь в этом роде, прилепил ее сюда, потому что никогда не относился бережно к чужому имуществу и вещам. Ему слишком просто все доставалось, ну, кроме того-самого смартфона-телефона-айпада, на который он копил… Кстати, о птичках. Недавно я нашел на дороге сотовый телефон, долго смотрел на него и смеялся. Это был телефон последней модели со всеми этими штуками: яблочком, большим экраном и тому подобным — когда-то он стоил уйму денег. Но я держал его в руках и думал, что вещь, которую я когда-то так страстно хотел заполучить, абсолютно не нужна и неинтересна мне теперь. Да и была ли она нужна мне тогда? Как много мы могли бы сделать раньше, если бы у нас не было ничего этого? Вещей, засоряющих мозг и отвлекающих наше внимание? Интернет-ссылки от приятеля с пошлыми картинками, фотографии незнакомых мне людей во «Вконтакте», которые я рассматривал от нечего делать, длинные бессмысленные споры в «Фейсбуке», World of Tanks и тупое сидение на форумах, неинтересные книги, которые я читал через силу, потому что жалко было бросить, скучные люди, на которых я тратил свое время, и ненужные вещи, на которые я тратил свои деньги…