Чтение онлайн

Итак, мистер.,. — Я помедлил.

Октобер, — с готовностью подсказал он. — Только

не мистер. Граф.

– Я с любопытством взглянул на него. В моем представлении граф должен был выглядеть как-то иначе. Этот скорее похож на хваткого президента компании, выехавшего в отпуск. Впрочем, никто ведь не мешает графу быть президентом компании. Вполне возможно, что иногда им приходится становиться президентами против своей воли. Он едва заметно улыбнулся.

— Наверное, следует начать с того, что в Австралию меня привели дела, у "меня интересы в Сиднее, приезд же в ваши края — это последний этап частной поездки по местам, где готовят и растят скаковых лошадей. Я один из руководителей национального английского жокей-клуба по стипль-чезу и скачкам с препятствиями. Так вот, когда я обедал в Перлуме, то разговорился с каким-то человеком. Он по акценту узнал во мне англичанина и сказал, что в этих краях обитает лишь один мой соотечественник, он работает у вас конюхом и настолько глуп, что хочет вернуться обратно.

Верно, — согласился я.
– -- Это Симмонс.

Артур Симмонс, — кивнул он. — Что он- за чело

век?

Очень хороший конюх, — сказал я. — Но желание

вернуться в Англию возникает у него, только когда он пьян.

А пьяным он бывает только в Перлуме. Здесь — никогда.

Понятно, — сказал он. — Так, может быть, этот

Симмонс поедет, если предоставить ему такую возможность?

Не знаю. Смотря зачем он вам нужен.

За последние пару лет у нас участились случаи при

менения допинга на скачках, — решительно заговорил он, —

и мы приняли серьезные меры. Люди привлекались к су

дебной ответственности, попадали в тюрьму, в конюшнях

была введена строгая дисциплина, у лошадей регулярно

68

брали на анализ слюну и мочу. Для борьбы с допингом на выигрыш мы стали выборочно проверять первую четверку лошадей. Мы проверяли всех проигравших фаворитов, чтобы выявить допинг на проигрыш, особенно если проигрыш этот выглядел подозрительным. Почти все результаты анализов после введения новых правил оказались отрицательными.

Прекрасно, — сказал я без особого энтузиазма.

Ничуть. Кто-то изобрел средство, выявить которое на

ши врачи-ветеринары не могут.

— Но разве такое возможно? — вежливо поинтересовался я. Время проходило впустую, а дел было по горло. Он понял, что его проблемы меня заботят мало.

— Таких нераскрытых случаев было десять, лошади

средних возможностей пришли к финишу первыми. Доста

точно было "одного взгляда, чтобы понять: этих лошадей чем-

то стимулировали. Но результаты анализов не показали аб

солютно ничего. — Он помолчал немного, затем добавил: —

Допинг почти всегда дело рук конюхов.

Я понимающе кивнул — в Австралии тоже жулья хватает.

— Надо проследить за введением допинга изнутри, через персонал, то есть...

— Чтобы какой-то конюх шпионил для вас? — -подска

зал я.

Он поморщился.

— Вы, австралийцы, не любите ходить вокруг да около.

В общем-то мысль была именно д'акая. Впрочем, дальше раз

говоров дело не пошло, потому что здесь много трудностей,

и, откровенно говоря, у нас нет никакой гарантии — ведь

вполне возможно, что конюх, к которому мы обратились бы,

уже давно работает для... другой стороны.

Я усмехнулся.

А с Симмонсом такая гарантия есть?

Да. К тому же он англичанин, и в мир скачек войдет

совершенно незамеченным. Мне пришло это в голову сего

дня во время обеда. Поэтому я спросил дорогу и поехал

– прямо к вам — посмотреть, что он за человек.

Пожалуйста, вы можете поговорить с ним, — сказал

я, поднимаясь. — Но, думаю, это бесполезное дело.

Мы хорошо ему заплатим.

— Я не о том. Предложение ваше он, может, и примет. Просто эта работа ему не по плечу —- он с ней не справится. Мы вышли в залитый солнцем двор.

— Подождите, сейчас его позову, — сказал я, завер

нул за угол дома и резко свистнул. В окне небольшого до

мика на другом конце двора показалась голова, и я крик

нул:

,— Позови Артура!

Голова кивнула, исчезла, и вскоре Артур Симмонс засеменил ко мне — не первой молодости, низкорослый, кривоногий, весь облик его говорил, что человек этот сама простота. Я отвел его к графу Октоберу и оставил их наедине.

С Артуром, как я и ожидал, у графа ничего не вышло.

69

Симмонс уже много лет живет здесь, прижился, стал таким же австралийцем, как и все мы. Нет, в Англию его никаким пирогом не заманишь, а по пьянке человек может сказать любую глупость. Через полчаса Октобер уехал, и я забыл о нем раньше, чем он успел скрыться из виду. Забыл. Однако нам суждено было встретиться снова.

Он вернулся на следующий день, перед заходом солнца. Когда я увидел его, он терпеливо сидел в своей голубой машине и курил — конечно, уже выяснил, что в доме никого нет. Я шел из конюшни — вечером там всегда полно работы — и отметил про себя, что он снова застал меня в самом неприглядном виде.

На сей раз он не торопился начать разговор. Не было в его облике и смущения. Наоборот, сейчас любой бы понял, что человек этот привык верховодить, и мне стало ясно сразу, что приехал он по мою душу.

С легким сомнением я взглянул на него, потом жестом пригласил в дом, и мы вошли в гостиную.

— Что-нибудь выпьете? — предложил я. — А я цока

переоденусь.

Я принял душ, надел хорошие брюки, носки, домашние туфли, белую поплиновую рубашку и темно-синий шелковый галстук. Аккуратно причесал перед зеркалом влажные волосы и вычистил грязь из-под ногтей. Деловой разговор желательно вести на равных, тем более с графом, настроенным столь решительно.

Когда я вошел в гостиную, он поднялся, одним едва заметным взглядом оценив происшедшую со. мной перемену.

Наверное, — сказал он, — вы догадались, зачем я

приехал.

Возможно.

Чтобы предложить вам работу, которую вчера предла

гал Симмонсу, — объявил он без обиняков, но и без лиш

ней спешки.

Я так и подумал, — ответил я. — fНо, увы, принять

ваше предложение не могу.

Мы стояли и смотрели друг на друга. Я знал, что Дэниэл Рок, стоящий перед ним, здорово отличается от вчерашнего. Более солидный. Наверное, более похожий на человека, которого он ожидал увидеть здесь вчера. Известное. дело, подумал я, по одежке встречают.