Чтение онлайн

– Пожалуй, куплю открытку, - отозвался Рейвена, заметив приближающегося к ним Дмитрия. Мужчина встретил их тепло, точно близких друзей, которые наконец пожаловали в гости. И почему-то при виде Барона полицейский почему-то почувствовал радость и даже невольно улыбнулся ему.

– Пока останешься со мной и Эриком, - произнес Дмитрий.
– Если чего-то захочешь, говори. Ты – наш гость, а не пленник.

– Хорошо, - без лишних вопросов согласился Харт. Он не узнавал себя, но почему-то спорить с Бароном у него даже в мыслях не было. Рейвен больше не задумывался над тем, что его спутники будут рисковать жизнью, пока он будет отсиживаться здесь. – Я могу вам чем-то помочь?

– Ты можешь пригодиться нам чуть позже... В отличие от твоих спутников, мы ценим солдат.

Рейвен чуть нахмурился. Он вспомнил, что ему сказали Ингемар, Лилит и Мириа, и от этой мысли ему вновь стало не по себе.

– Я не хочу возвращаться к ним. Во всяком случае, пока, - тихо произнес он.

– Вот ведь парадокс. Мне Алексей только что доложил, что одна из твоих спутниц хочет с тобой попрощаться, - хмыкнул Дмитрий. – Запретить?

– Должно быть, Мириа...

– Не хотелось бы гонять поезд без надобности, однако мне кажется, было бы несправедливо отказать девушке в ее скромном желании, - продолжил синеглазый мужчина. – Давай сделаем так, Рейвен... Скажешь ей что-нибудь приятное на дорожку, чтобы поднять настроение, успокоишь ее....

– Как скажешь, - согласился полицейский.

– Не расстраивай девочку и не спорь с ней. Говори то, что она хочет слышать.

– Конечно!

– Вот и умница.

Затем Дмитрий, чуть понизив голос, обратился к Эрику:

– Если опять все полетит к чертям, я могу на тебя рассчитывать?

Фостер молчал. Такая просьба его ничуть не устраивала, но он предпочел кивнуть, чем получить дозу внушения со стороны своего непредсказуемого босса.

– Хорошо... Твоя задача – эпинефрин. Если сумеешь добраться с ним до меня, у нас вновь появится надежда...

Поезд доставил Мирию на станцию «Автово» спустя десять минут. Рейвен зашел к ней в вагон и, когда двери закрылись, опустился на сидение рядом с девушкой. Несколько секунд они оба молчали. Англичанка никак не могла подобрать нужные слова, а Харт чувствовал себя настолько виноватым, что не знал, с чего начать.

– Извините меня, - одновременно произнесли они и тут же вновь замолчали. Вновь повисла неловкая пауза, и тогда Рейвен решил прервать ее первым.

– Я прошу у вас прощения, миссис Харвент. Надо было мне сразу рассказать о ваших способностях.

– Тогда и я должна извиниться перед вами за свое недостойное поведение, - тихо ответила Мириа.
– Страшно представить, что вы сейчас думаете обо мне. Замужняя женщина, которая ведет себя хуже...

Девушка прервалась, чувствуя в горле ком, но все же она заставила себя договорить:

– Наверное, вы мне не поверите и сочтете трусливой лицемеркой, если я скажу, что не помню, как вела себя, когда становилась... другой.

Рейвену вновь вспомнился момент на корабле, когда он повелся на мастерскую игру Тануэн. Но сейчас полицейский отчетливо понимал, что дело не в той, другой, а в его отношении к Мирии. Тогда он целовал не Тануэн, а миссис Харвент, замужнюю девушку, которая даже не знает, что на самом деле произошло с ее мужем.

«Я должен сказать ей обо всем», - подумал Харт, но в тот же миг услышал в своей голове четкий голос Дмитрия: «Не расстраивай ее. Говори то, что она хочет слышать».

– Я не считаю вас трусливой лицемеркой, потому что знаю, когда были вы, а когда была другая. Знают это и Ингемар, и графиня. Вам не за что перед нами извиняться.

Мириа медленно кивнула.

– Скажите мне честно, Рейвен, - впервые за все это время Мириа обратилась к нему по имени. – На записи я поцеловала вас в щеку. Это... самое постыдное, что я сделала, пока не контролировала себя?

В этот момент Харту захотелось провалиться. Она смотрела ему в глаза, буквально умоляя сказать «Да, только это!», и полицейский кивнул.

– Вы слишком строги к себе, миссис Харвент. Даже на записи видно, что вы поцеловали меня, как брата, и я ничего другого не подумал. Вы и назвали меня братишкой...

– Правда? – девушка невольно рассмеялась, чувствуя себя так, словно с ее хрупких плеч свалился Эверест. – Господи, какое счастье! Видимо, я, действительно, принимала вас за Пола. Мистер Харт, вы не представляете, насколько я вам сейчас благодарна. Наверное, вы здесь единственный, кому я могу по-настоящему верить. Даже графиня иногда лукавит, а вы... вы никогда! Да, вы умолчали о моих способностях, однако вы ни разу не солгали нам.

Рейвен буквально через силу выдавил подобие улыбки. Искренняя радость обманутой в очередной раз девушки заставила его почувствовать себя последним мерзавцем.

– Себя вам точно не за что упрекнуть! – пробормотал Харт, отчаянно отводя взгляд.

– Пока еще есть, - воскликнула Мириа. – Позвольте мне еще раз извиниться! Тогда на палубе, я нагрубила вам. Вы ничего не должны мне объяснять про свою жизнь.

– Я вам тоже нагрубил, поэтому мы – квиты, - тут Рейвен улыбнулся чуть честнее. – Вам не показалось, что мои глаза меняют цвет. Это происходит в темноте каждый раз, и поэтому я всё отчетливо вижу при любом освещении.

– Но почему? – девушка внимательно посмотрела на полицейского, даже не задумываясь о том, чтобы начать опасаться Рейвена.

– Не знаю. У меня это с рождения. Я, как бы вам сказать, - теперь уже американец замялся. – Не совсем нормальный. Затрудняюсь объяснить это... отклонение или болезнь или мутацию...

– Скажите мне одно, - Мириа решила ему помочь. – Когда вас ужалил скорпион, вы сами излечились от яда?

– И это тоже, - полицейский вздохнул. – Та черная штуковина у меня на плече, которая покрыла рану, помогает излечиваться и не дает истечь кровью. Боже, я несу бред, да?

Он чувствовал на себе взгляд девушки, которая отчаянно пыталась скрыть удивление и делала вид, будто они болтают о сортах мороженного. Из чувства такта Мириа просто не могла позволить себе показать свои истинные эмоции человеку, который наконец решил довериться ей.

– Почему вы не сказали нам об этом с самого начала? – воскликнула она. – У вас – удивительный дар.

Харт нахмурился.

– О таком трудно рассказывать. Откуда мне было знать, как все воспримут такую новость? И уже тем более вы. Я не хотел, чтобы вы вздрагивали каждый раз, когда я к вам приближался.

Мириа невольно улыбнулась. Англичанка даже и представить себе не могла, что столько сложностей возникло лишь потому, что полицейский не хотел испугать ее. Но означало ли это, что она ему не безразлична?

– Если я смогла принять средневековую ведьму и человека, бороздившего космос, неужели я буду относиться предвзято к вам? – тихо сказала она и коснулась его руки. – Я бы никогда не осудила вас и не посмотрела косо. Мне ли бояться того, кто столько раз спасал мою жизнь?

– В этом вы от меня не отстаете. Я тоже обязан вам.