Чтение онлайн

Мужчина вздохнул: ему было тяжело оттого, что такая молодая и красивая девушка уже отравлена ненавистью. Парадокс войны заключается в том, что она уничтожает цветы и щадит камни, и Ингемару невольно захотелось вырвать Оксану из ее цепких лап.

– Победа зависит от солдат, а не от препаратов, - тихо произнес он. – От таких смелых людей, как ты. И красивых.

Девушка улыбнулась ему:

– Если бы мы сейчас не тащились по канализации, я бы подумала, что ты решил за мной приударить, наемник.

– Если бы мы сейчас не тащились по канализации, тебе бы вообще не пришлось думать – все и так было бы понятно, - подмигнул ей мужчина.

Оксана едва не рассмеялась. Капитан, определенно, нравился ей. Этот тип умудрялся привлекать к себе внимание и вызывать уважение, а также проявлять себя одновременно и героем, и бабником, и командиром.

Заметив улыбку на губах девушки, Ингемар почувствовал облегчение – меньше всего ему сейчас хотелось, чтобы команда пала духом, а слезы Оксаны никак не поднимали им настроения. За Лилит и Мирию он волновался меньше, так как девушки держались вместе, тем самым поддерживая друг друга.

Внезапно Алексей остановился. На его запястье был закреплен маленький компьютер, который предоставил Ермакову план здания.

– А вот и кабельная шахта... Наша задача - добраться до 16-го этажа и держаться левого коридора. Именно там размещены хранилища. Ким, ты взламываешь систему защиты. Оксана - отвечаешь за препарат. Остальные следят за безопасностью.

С этими словами Ермаков направил свет фонаря на лестницу, устремившуюся в проем над их головами. Затем он коснулся перекладины и первым полез наверх.

– Господи, я всю жизнь боялась высоты, - простонала Оксана. – Вернусь, я Дмитрию все выскажу!

– Думаю, тут у многих найдется, что ему сказать, - нахмурился Ингемар. – Но что-что, а лестницы бояться не надо. Просто смотри наверх. В случае чего, я поймаю тебя. Если не рукой, так сознанием.

– Договорились, - улыбнулась Оксана и шагнула к лестнице.

– Или, может, поднять тебя на самый верх?

– Не расходуй свои силы зря, - прервал Ингемара Илья. – Будет неприятно, когда придется открывать крышку люка, а ты выдохся.

Ларсен был вынужден согласиться: он не знал, как долго может использовать свои способности, но хотя бы у него перестала взрываться болью голова после их применения.

Добраться до необходимого помещения не составило труда. Ким легко подобрал код, чтобы открыть тяжелую дверь, и Оксана проникла вовнутрь. Макс передал ей черный кейс, в который девушка начала поспешно складывать препарат. От волнения ее руки дрожали, и она едва не выронила первую ампулу. Всего их набралось сорок две – мало, но Дмитрию этого хватит как минимум на пять серьезных зачисток.

Однако, когда группа двинулась назад к шахте, на них обрушилась череда выстрелов. Стеклянная стена разлетелась вдребезги, осыпая солдат осколками. Игорь хрипло вскрикнул, получив пулю в шею, следом за ним на пол упал Артём.

– Быстрее! – закричал Алексей. На крыше соседнего здания он заметил дюжину вспыхнувших в темноте красных лампочек, и затем выстрелы вновь оглушили его. Точно издеваясь, роботы позволили им вынести препарат, чтобы уничтожить на обратном пути.

В тот же миг глаза Лилит потемнели, и черный щит графини стремительно накрыл группу. Оксана едва не вскрикнула, когда пуля оскочила прямо перед ее лицом.

– Уходим, уходим, солнышко! – резко окликнула ее Мириа. Русская даже и представить себе не могла, что эта светловолосая тихоня может говорить таким тоном. В темноте ее глаза показались Оксане желтоватыми, но англичанка слишком быстро отвернулась, не давая рассмотреть себя.

Добравшись до шахты, Алексей забрал у Оксаны кейс и запрятал его в свой рюкзак.

– Давайте, мои хорошие, полдела уже сделано..., - сказал он.

«Теперь осталось только выжить...»

Тем временем поезд уносил Рейвена, Эрика и Дмитрия по тоннелю к станции «Политехническая». Барон не выпускал из рук планшет, мрачно наблюдая за тем, как еще два его бойца остались лежать мертвыми на шестнадцатом этаже НИИ.

– Сейчас на крышке чертова люка сидят все костяные города, - произнес Призрак. – А вокруг них водят хороводы металлические ублюдки с лампочками вместо мозгов. Я не хочу подыхать там за тех, кто и так отбросит копыта. Говорю же, вернемся туда через неделю, когда все утихнет. Уж из люка я выужу твои микстуры, Барон. Надеюсь, хоть до туда они дотащатся!

Рейвен молчал, точно этот разговор его вообще не касался. Он смотрел в пол отсутствующим взглядом, ожидая приказа Дмитрия. Ни Ингемар, ни Лилит, ни даже Мириа не волновали его сейчас – полицейский ощущал странное безмятежное спокойствие и покорность своей судьбе. Эрик с нескрываемой досадой покосился на американца: вид марионеток Барона всегда вызывал у него не слишком приятные воспоминания.

– Мы так поступим, если наша пташка на «Политехнической» окажется недостаточно яркой, - ответил Дмитрий, откладывая планшет. В тот же миг поезд мягко остановился.

– Идем, Рейвен! Посмотрим, что из тебя может получиться.

С этими словами Барон вышел из вагона и направился к застывшему эскалатору. Призрак и полицейский молча последовали за ним. Здесь выход из метро был завален по схожему принципу, поэтому они без труда выбрались на поверхность. Рейвен снял с себя куртку, затем бросил под ноги свитер и развязал на шее кожаный шнурок с кулоном дракона.

– Сохранишь? – спросил он, протягивая его Призраку.

– Ну, уж точно не украду, у меня такой же, - усмехнулся Эрик.

Рейвен щелкнул застежкой часов и тоже отдал их Фостеру.

– Зачем тебе эта дешевка? В «гостином» швейцарские пачками валяются на полу.

– Мне не нужны швейцарские, - ответил Рейвен и перевел взгляд на Дмитрия. – Я готов.

Несколько секунд русский медлил, точно решался на что-то, чего ему очень не хотелось делать.

– Если бы я мог, то сам стал приманкой, - произнес Барон.
– Но, к сожалению, чем чаще используешь препарат, тем больше его требуется. Будь у меня еще три ампулы, никому из вас не пришлось бы делать то, что придется.

– Это воспринимать, как извинение? – спросил Рейвен, встретившись взглядом с золотистыми глазами Дмитрия.

– Воспринимай, как факт. Интересно, какого цвета у тебя шкура? – с этими словами русский чуть улыбнулся.

– Черного.

– Хорошо тебе, - произнес Эрик.
– Я становлюсь зеленым, как чертова озерная лягушка. И, главное, зараза просвечивает через рубашку... Было забавно, когда семь лет назад в мой номер ворвался наемник и всадил мне пулю в грудь. А ко мне как раз через пару часов должна была приехать подружка. Ну, и прикинь, я зеленый, всю ночь не давал ей снять с себя спортивную майку.