Чтение онлайн

Я вытерла со щек слезы, радуясь тому, что хоть сейчас меня никто не видит. К постели короля я возвращалась опасливо, как дикий зверь, который приближается в лесу к другому такому же зверю, не зная, кто страшнее.

Подобно Лютеру, король своим присутствием источал могущество. Да, ослабшее, но все равно впечатляющее. Каково быть самым влиятельным человеком королевства? Каково знать, что у тебя есть не только полномочия, но и возможность казнить и миловать одним движением пальца?

Но сейчас он был не устрашающим потомком богов, а просто умирающим стариком. Одиноким умирающим стариком.

Тело короля свело судорогой, потом еще раз. Веки легонько трепетали, словно ему снился сон. Он быстро дышал — слишком быстро и слишком поверхностно. Ультеру осталось совсем немного.

Я взяла короля за руку и положила ладонь ему на запястье, пульс к пульсу. Это был старый целительский прием: когда ни одно лекарство не помогает, ласковое прикосновение порой способно убедить умирающее сердце биться сильнее и быстрее, в такт с сердцем близкого человека. К родным и близким Ультера я, возможно, не относилась, но в данный момент только мы друг у друга и остались.

Я легонько сжала его запястье и прошептала слова Обряда Концов:

Окончен твой век, пусть свершится обмен.

Отдай счастье жизни за мир, человек.

Не бойся, когда мрак развеется,

Уйдет вся боль, давай надеяться.

Все тайны судьбы отворятся лишь тем,

Чьи души покорятся.

В любви и покое бей челом, и святой наш псалом

Поможет душе обрести новый дом.

Едва последнее слово слетело с губ, между нами пробежал электрический разряд, от которого волоски у меня на руках встали дыбом.

Узловатые пальцы короля схватили мои. Ни слабым, ни хрупким Ультер больше не был — его хватка сковала меня стальными наручниками.

Король открыл глаза, уже устремленные на меня, словно он наблюдал за мной даже во сне. Глаза цвета темной лазури. Пугающе ясные. Осмысленные.

Нет, не просто осмысленные. Он не просто смотрел на меня — он видел меня насквозь.

— Ты… Ты наконец пришла, — проговорил Ультер хриплым от истощения голосом.

Я отшатнулась и дернула рукой, безуспешно пытаясь вырваться из тисков.

— Нет… извините. Я… пожалуйста, отпустите меня.

— Они предупреждали, что ты придешь за мной.

— Что? Кто?

— Они сказали, что твоя кровь разрушит наши основы и сметет наши границы.

— Тш-ш-ш! — шепнула я, стараясь погасить его вспышку. Бедняга, похоже, просто бредил. — Все хорошо, я вас не обижу.

Кожа Ультера засияла неестественным светом. В дюйме над его головой возникло дымчатое черное кольцо из шипастых побегов, внутри и снаружи испещренное мерцающими звездами. Оно поднималось к точке высоко надо лбом короля. Потрясающее, воздушное изделие, созданное не из осязаемых материалов, а из самих света и тени.

Корона Люмноса.

Король охнул и еще сильнее стиснул мою ладонь:

— Я не боюсь, о Пожирательница Корон, Разрушительница Королевств, Вестница Мщения.

Да, Ультер определенно бредил.

Я погладила его руку и тихо заворковала:

— Ваш племянник, принц Лютер, — я приведу его. Просто… отпустите меня, хорошо?

— Лютер, — пролепетал король.

Он сиял все ярче и ярче, словно умирающая звезда, вспыхнувшая в последний раз. Ультер выпучил глаза, яркий цвет его радужки поблек до тусклого бледно-голубого.

Из горла вырвался придушенный хрип, голос внезапно изменился. Теперь он звучал старше — намного старше. Такого не могло быть.

Голос был потусторонним.

И однозначно женским.

— Подари ему наш подарок, Дочь Забытого. Когда настанет конец, прольется кровь, подари наш подарок моему верному наследнику и передай, что это мой приказ.

Король выгнул спину под неестественно острым углом, потом снова рухнул на кровать. Его рука безвольно обмякла, наконец выпустив мою.

Сердце громко стучало в предчувствии беды. Попятившись от кровати, я споткнулась о стоящий рядом стул, отчего я упала, а кинжал Брека вылетел из ножен и, гремя, покатился по каменному полу. Я подняла его и выставила перед собой, готовая обороняться.

За дрожащим вдохом Ультера последовал судорожный, дребезжащий выдох — такие я слышала лишь перед неминуемой смертью пациентов.

Вместе с сиянием его кожа потеряла последние капли цвета. Бледность стала пепельной, агония перекосила лицо, рот широко открылся в безмолвном крике.

— Блаженный Клан, что ты натворила?!

В открытом дверном проеме теперь стоял страж. Его полный ужаса взгляд метался между мной и королем.

«Ой, плохо дело».

— Ничего, — быстро ответила я, поднимаясь на ноги. — Порой… порой такое случается. Когда смерть близко, может…

— Что здесь происходит?

Голос Лютера.

«Очень плохо. Очень-очень плохо».

Принц и еще два стража появились в главной гостиной, глядя на мои руки.

На мои дрожащие руки, испуганно стиснувшие клинок из фортосской стали.

Любому только что вошедшему наверняка подумалось, что я затевала что-то недоброе. Например, измену короне.

— Ничего не случилось, — возразила я. — Ничего. Король просто… Ничего не случилось.

Лютер протиснулся мимо стражей к кровати Ультера. Бросив один взгляд на перекошенное от боли лицо, он откинул одеяла и стал высматривать раны на его теле.

— Я его не трогала, — выпалила я. — Страж застал меня врасплох.

— Я слышал голоса, — вмешался страж. — Крики и звуки борьбы. — Он показал на перевернутый стул у моих ног и с ненавистью посмотрел на меня.

— Звуки борьбы? — Я категорично покачала головой. — Клянусь, я ничего не сделала!

Я умоляюще взглянула на Лютера, но темное подозрение, которое я видела прошлой ночью перед зданием склада, снова появилось в его глазах.

Худшим во всем этом казалось то, что мне стало больно. У принца не имелось причин мне верить — на деле у него имелось множество причин не верить мне, — но в тот момент, увидев, что он смотрит на меня, как на убийцу беззащитного умирающего старика, я почувствовала, будто это он вонзил кинжал мне в грудь. На миг, только на один миг, я наивно поверила, что мы чуть ли не друзья.

В горле жгло, и я ненавидела себя за это.

И я превратила обиду в ярость, замаскировав раненое сердце хмурым видом.

— Я вообще не хотела навещать короля. Вы сами умоляли меня к нему заглянуть, помните?

Никто не сказал ни слова.

Лютер молча закончил осматривать тело короля, а я буравила стену злым взглядом, часто моргая, чтобы подавить эмоции, давящие мне на грудь. Лютер убедился, что вреда королю не причинили, и замер. Изменившись в лице, он двинулся ко мне.

— Дием…