Искры на ветру
Шрифт:
Вышедшие из леса оборванцы катались по земле, сбивая огонь, но некоторым всё же удалось совладать с ужасом, и они со звериным рыком понеслись дальше. Один из уцелевших эльфов вступил в смертельный поединок с Драмом, другие же догнали стражников во главе с сиром Кеннетом, что уводили маленького Мариса и его сестру. Увы, удача оказалась не на стороне рыцаря и эльфийский клинок сумел молниеносно поразить его в уязвимую подмышку.
Таринор успел это заметить и подоспел в несколько прыжков. Острый клинок легко пронзил ничем не защищённую спину эльфа, но при этом наёмник сам едва успел увернуться от лезвия, полоснувшего ему по носу.
— Дьявол! — вскрикнул он, и увидел, как подскочивший Драм вспорол эльфу брюхо.
Увы, в горячке боя наёмник не заметил, как оборванцы оббежали ограду, и теперь его друзей, юных Рейнаров, пару стражников и нескольких гостей окружали со всех сторон. Расправившись с очередным противником, Таринор поспешил увести детей к столам. Там же вскоре оказался и Дунгар.
— Проворные, как черти! — кряхтел он, отходя за спину наёмника. — И эти ещё… С дубьём…
Гном подволакивал ногу и прижимал одной рукой другую к груди. Из-под пальцев сочилась кровь.
— Дядя Дунгар! — воскликнула Рия. — Тебя ранили!
— Плевать! Ох зря я топор с собой не взял, сейчас бы головёшки только полетели…
Огненное облако вновь обдало толпу, но на сей раз поразило немногих. Феалентир что-то скомандовал, оборванцы остановились и отошли на десяток шагов. Таринор увидел Игната. Маг пятился назад неровными шагами, опираясь на посох. Он тяжело дышал и утирал разбитую губу.
— Будь они чуть дальше… — сказал он, сплюнув кровь. — Зубы, кажется, целы, но по голове прилетело будь здоров… Если сейчас соберутся в кучку, тогда можно…
— Нет времени! — крикнул Таринор и принялся переворачивать стол, создавая импровизированную баррикаду. — Помогите!
На землю посыпалась серебряная посуда и раздался громкий голос Феалентира.
— Среди вас огненный маг, противоестественное создание, — в его словах звучало презрение. — К тому же один из наших падших братьев-этельдиар, а также пожиратель камней.
— Ох только дай до тебя добраться, скотина… — процедил Дунгар.
Уцелевшие стражники, выставили перед собой алебарды. Их зелёные плащи покрывала кровь и пыль, но они были готовы в любой момент отразить очередную атаку.
— Дети убийцы Дериана Рейнара пойдут с нами, — донёсся голос Феалентира. — Остальные воссоединятся с Великой матерью в бесконечном круговороте жизни.
— Они… Убили его… — всхлипывал Марис Рейнар, испуганно прижимаясь к сестре. — Они убили сира Кеннета…
Мирана гладила его по голове и молча глядела на Таринора большими голубыми глазами, полными отчаяния.
— Русоволосой девушке мы оставим жизнь, если она согласится пойти с нами, — продолжал эльф. — Она ещё не запятнала себя нечестивыми деяниями и чиста перед Великой матерью.
— Я алхимик, это достаточно нечестиво? — огрызнулась Рия.
— В таком случае, ты умрёшь вместе с ними, — злобно проговорил Феалентир, после чего скомандовал: — В бой, младшие братья!
Вот только «братья» не особенно торопились атаковать. Те из них, кто решился идти вперёд, приближались медленно и нерешительно, косясь на очаг, откуда в любой момент могло вырваться всепожирающее пламя. Конечно, вряд ли Игнат мог действовать столь же умело, что в самом начале — он сидел рядом и боролся с тошнотой после удара по голове — но, к счастью, оборванцы этого не знали.Таринор выглянул из-за стола и, увидев ту же картину, решил нанести очередной удар по их боевому духу.
— Кажется, твои ребята смело бегут только женщин и стариков резать, — усмехнулся он. — Сюда уже бежит стража. До вечера никто из вас не доживёт!
— Действительно. Земля уже чувствует топот их ног. Но разве ты не видишь, где мы находимся? — вкрадчиво спросил эльф. — За моей спиной лес, а лес — это великая сила!
Сказав это, посол сбросил накидку и остался в одних штанах, а его кожа оказалась покрыта причудливыми символами, похожими на чёрные шрамы, будто чья-то умела рука вывела их пером на теле эльфа. Они сплетались друг с другом, как виноградная лоза, пересекали грудь и обвивали руки.
— Ilvar’dessir… — изумлённо прошептал Драм. — Он черпает магию из самой природы…
Феалентир прокричал что-то на эльфийском, воздел руки, и тут же добрая часть оборванцев упала замертво под изумлённые взгляды остальных. Глаза и символы на теле эльфа засияли ярко-зелёным, а землю вокруг него разорвали плотные тонкие стебли, вроде лозы винограда или хмеля. Уцепившись за ноги, они начали стремительно оплетать его тело, становясь всё толще. Остатки толпы побросали дубины и в ужасе ринулись наутёк, но эльф простёр к ним руки и те, кто не успел убежать достаточно далеко, та же рухнули на землю, как подкошенные.
— Я полон жизни. Жизни многих людей! И я напою землю человеческой кровью!
Голос Феалентира стал громче и ниже. Почти всё его тело покрыла плотная паутина стеблей, которые сплетались вокруг головы в нечто вроде короны. Его ноги превратились в древесные стволы, на несколько футов возвышая его над окружающими, а оставшиеся эльфы бросили оружие и пали ниц. Вдруг посол сделал шаг вперёд, вырвав одну из ног с корнем и рассыпав вокруг комья земли. Он простёр вперёд руку, что оканчивалась узловатыми когтями из перекрученных меж собой ветвей, и легко отшвырнул стол, оставив людей беззащитными.
Игнат приподнялся на посохе, после чего, сделав глубокий вдох, поднял из очага поток пламени и направил его в сторону того, чем стал Феалентир. Однако того защитила мгновенно выросшая на пути огня стена из сплетённых между собой корней и стеблей. Поток ударился об неё, рассыпался тысячей искр и обжёг корни до черноты, но эльф остался невредим.
— Я неуязвим для твоей жалкой магии! На моей стороне — сила самой жизни! Неиссякаемый источник, что питает этот мир!
После этих слов из земли стремительно вырвалось множество стеблей лозы, которые мгновенно оплели руки Игната и стражников, не дав им и шанса воспользоваться оружием, после чего потянули их вниз. Увидев это, Драм вскочил на соседний стол и тут же прыгнул в сторону эльфа, однако был сбит на лету лозой, словно хлыстом. Когда он оказался на земле, стебли быстро связали его руки и обвились вокруг шеи. Тем временем Дунгар держал на руках Рию, а вокруг его тела уже сплетались корни. Лицо гнома покраснело, но стиснутые зубы говорили о том, что он скорее умрёт, чем отпустит девушку. Таринор же стоял на столе и стремительно обрубал ростки вокруг себя, едва они подбирались ближе.
Марис и Мирана застыли в окружении стеблей и корней, что извивались вокруг них, будто десятки змей, готовых наброситься в любой момент.
— Я чувствую ваш страх, — в голосе Феалентира слышался скрип дерева и шелест стеблей. — Вы увидите, как все они умрут ради вас, а потом я заберу ваши жизни. Из тебя, мальчишка получится куст ежевики, а из твоей сестры — прелестная осина…
Таринор перепрыгнул на другой стол. Он решил, что, если ему удастся добежать до эльфа, хватит единственного удара, чтобы всё закончилось. Прыжок, взмах меча! Ещё одна лоза летит вниз, брызгая терпким соком. И ещё одна. Вот едва удалось увернуться, а эльф снова что-то говорит. Он уже близко, остаётся всего пара прыжков… И вдруг наёмник сам того не ожидая ударил подбородком землю, а в следующее же мгновение что-то схватило его за ноги и стремительно утянуло вверх.