Чтение онлайн

Переведя дыхание, он оперся на локоть, заглянул мне в глаза. А я провела кончиками пальцев по его лицу: брови, скулы, губы… Мой мужчина очень красивый. Сейчас — особенно. Черты разгладились и стали немного мягче, а эта улыбка…

Поймав мою руку, Элай потрогал тонкий золотой ободок колечка.

— Моя, — припечатал он.

Я согласно улыбнулась.

— Не больно? — нежно спросил, целуя мне пальцы. — Не обожглась?

— Нет, — качнула я головой. — Только…

Я запнулась, отведя взгляд.

— Что? — встревоженно переспросил Элай и, поймав мой подбородок, повернул лицо к себе. — Что-то не так?

— Нет, все нормально, просто…

— Говори, — потребовал он. — Вив, ты можешь сказать мне все. Особенно если это касается того, что произошло сейчас между нами. Что-то не так?

— Все так! — заверила я. — Но… Я как-то толком не поняла… Элай, мы можем сделать это еще раз?

Он странно фыркнул, а потом рассмеялся, уронив голову мне на грудь.

— Что смешного?! — возмутилась я, легонько стукнув его по плечу.

— Да, — подтвердил Элай, выдохнув и взглянув на меня. — Да, Вивиана, мы можем сделать это еще раз.

А потом обрушил на меня столько любви и страсти, что вылетела из головы и дверь без защелки, и скрипучая кровать, и все остальное. Он исцеловал меня всю, усаживал на себя, приподнимая мои бедра и покусывая соски, снова нависал сверху, двигаясь куда быстрее чем в первый раз, брал сзади, поставив меня на колени, и я стонала на весь Драхас, позабыв обо всем.

— Тебе хорошо?

— Да…

— А так?

— Да…

— А так нравится?

— Очень… А-а-а-ах… Да! О, Элай, да!

Я будто снова летела на драконе — только еще выше! До самых звезд! И упоительная волна наслаждения накрывала меня снова и снова.

— Еще хочу. Вив, я люблю тебя…

На моем теле не осталось неисцелованных мест, губы припухли, и тело словно звенело. Осмелев, я рассмотрела Элая везде. И потрогала.

— Вив, сделай так еще…

Под покровом ночи мы прокрались по спящей крепости в душ, а потом и в столовку. Украв целый поднос еды, вернулись в спальню и занялись любовью опять. Я забралась на него сверху и теперь сама выбирала темп, открывая и собственное тело, и наслаждение, которое могу получать и дарить.

А потом уснула в его объятиях, чувствуя спиной ровное биение сильного сердца, и проснулась от сладкого ощущения наполненности. Он был во мне, а его руки неспешно рисовали на моем теле таинственные арканы, и все они означали одно:

— Я люблю тебя, — прошептала я, и на этот раз мы взлетели и рухнули вместе.

Элай ласково целовал мою шею, плечи, и я словно превратилась в невесомое облачко.

— Давай еще разок? — пробормотал он.

* * *

Элай все не верил своему счастью, боялся — что-то вдруг помешает, или Вив придумает какую-нибудь отговорку и снова сбежит. Но она была рядом, с ним, такая красивая… Вся как солнечный луч: искристая, теплая, светлая. В его постели. Голая. Совсем! Плавные линии тела, белая кожа, огненный блеск волос, нежные округлости, дерзкие розовые сосочки, золотой треугольник внизу живота — и всю эту роскошь можно трогать, гладить, целовать, все для него!

А внутри такая мокрая, жаркая, тесная… Элай изо всех сил старался сдержаться, но не помогли ни генеалогия династии Карратисов, которую он вспоминал в уме, ни занудная поэма о великих королях древности, вызубренная когда-то в школе, ни насмешливая физиономия Инея, которого он пытался представить. Все закончилось слишком быстро.

Но Вив, прелесть такая, тут же предложила повторить.

И они сделали это снова и снова, и снова. Восхитительно!

Только один момент был ужасным, когда он решил, что Вив обжигается. Но после первых болезненных ощущений ей нравилось все, что бы Элай ни делал.

Хотя он слегка придерживал пыл — все-таки первый раз. Но Вив охотно откликалась на ласки, доверяя ему полностью. Первое смущение быстро прошло, и она принялась любознательно изучать новую сферу жизни. Элай был счастлив все показать. Да что там — он был просто в экстазе!

Потом Вив тихо спала в его объятиях, нежная, милая, с колечком на пальце — его будущая жена, и счастье было таким полным и чистым, что его крылья распахнулись, как при полете, укрывая ее от всего мира. Элай обнимал ее и чувствовал себя так, будто он и правда великий дракон. Способный на что угодно — хоть горы свернуть! — ради этой чудесной девушки.

Он поспал всего пару часов, и в его снах тоже была Вивиана. Проснувшись, тут же поцеловал нежное плечико, вдохнул аромат волос. Провел ладонью по гладкой как шелк спине, и Вив, поерзав спросонья, изогнулась и вжалась в него теснее, сладко ахнула, когда он не сумел отказаться от предложенного соблазна.

— Я люблю тебя, — прошептала она.

И эта утренняя любовь, на грани сна и реальности, была такой нежной и нереальной, что Элай словно остался где-то там, на самой вершине удовольствия, которое все никак не кончалось.

А потом, целуя ее шею, плечи, ласково сжимая упругую грудь, уютно уместившуюся в ладони, он спросил:

— Давай еще разок?

И Вив, повернувшись к нему, рассмеялась и, обняв его за шею, поцеловала.

— Вообще-то я уже поняла, что к чему, — шутливо заявила она.

— Кое-какие пробелы наверняка остались, — поддразнил ее Элай. — Но сначала я тебя накормлю. Что хочешь на завтрак?

— А что мы вчера утащили из столовки? — живо поинтересовалась Вив, поворачивая голову к столу, куда они сгрузили поднос.

— Там были булочки и сыр, — ответил Элай, выбираясь из постели как был, голышом. — Так, яблоки, остывший чай… Сейчас я его подогрею. Наконец-то мой огонь пригодится для чего-то приятного. А хочешь, сделаю тебе горячий бутерброд с ветчиной и расплавленным сыром?

— Хочу, — сказала она, садясь на кровати и кутаясь в простыню. — Я буду все.

Вот и Элай так хотел — всего. Он годами довольствовался жалким существованием в дальней провинции, но с него хватит. Все — и не меньше.

— Я люблю тебя, — сказал он чуть позже, глядя, как Вив с аппетитом уминает чуть подгоревший бутерброд.

— Я люблю тебя, — эхом откликнулась она.

И этот завтрак, из подпаленных булок и вчерашнего чая, был лучшим в его жизни. Особенно десерт.

* * *

Сайгат сжал колени, и Ркхутан, сложив крылья, рухнул вниз. Ветер свистнул в ушах, сердце прыгнуло, но перед плато крылья расправились с громким хлопком. Дракон сел на скалы, царапнув когтями камни, и Сайгата окутала блаженная тишина. Здесь, на высоте, не было ни стенаний женщин, ни ругани воинов, ни рева раненых ящеров — только свист ветра в расщелинах и далекий шум моря.