Чтение онлайн

После очередного танца Ульрик вывел меня из круга танцующих.

– Пойдём.

Я опомнилась, только когда мы миновали оживлённо болтающую толпу, прошли через боковые двери и оказались в прохладном коридоре, в котором гулял сквозняк. Холодное прикосновение ветра было приятно моим пылающим щекам.

– Куда мы?

– Здесь слишком шумно. И душно. Идём!

И он потащил меня дальше. Мимо флиртующих парочек. Мимо завистливых женских взглядов. Мимо алчно разглядывающих меня – мужских.

– Ульрик…

– Хочу побыть с тобой наедине.

Я закусила губу.

Наверное, это шанс поговорить. Но что-то в том, как сжалось всё внутри, кричало мне о том, что Ульрик хочет не только разговоров. Или, может, совсем не разговоров.

Он пытался меня поцеловать в прошлый раз. Я не далась. Наверное, он сделает ещё одну попытку. Что мне делать?

Теперь он мой жених. Красивый, и наверняка опытный. Мне восемнадцать, а я ни разу не целовалась. Быть может, позволить?..

В конце концов, как ещё мне узнать, вдруг мне понравится быть… его девушкой?

Вся в сомнениях, разрывавших меня изнутри, я следовала за Ульриком, пока он вёл меня всё дальше и дальше по лабиринтам дворца, в которых, очевидно, великолепно разбирался. Кажется, я слышала что-то такое, что он практически вырос здесь, очень часто отец брал его с собой – наверное, передавать опыт. По-моему, Ульрик был единственный сын, его мать умерла в родах… или нет? Господи, я даже не уверена в этом! Я вообще ничего не знаю о человеке, с которым должна прожить жизнь.

– Сюда! Здесь в это время никого не бывает. Нам не помешают.

Я уже почти ничего не слышала, всё заглушал бешеный стук сердца. Ульрик протолкнул меня вперёд в тёмное помещение. Кажется, какая-то заброшенная гостевая комната, которая давно не использовалась. Диван, два кресла, круглый чайный столик с букетом увядших лилий. Отвратительный запах увядания проник в мой нос. Небрежным взмахом ладони мой жених зажёг пару старых пыльных ламп на стенах. Ещё одним взмахом… заставил обледенеть дверную ручку с замочной скважиной. Они покрылись толстым слоем льда.

– Чтоб никакой пьяный остолоп не ввалился сюда без приглашения, - усмехнулся Ульрик. А потом положил обе ладони мне на талию и крепко сжал, настойчиво притянул ближе. – Какая ты красивая сегодня! Я – счастливейший мужчина на свете.

Как всегда его комплименты польстили мне, и в то же время оставили смешанные чувства. Я наконец-то поняла, что именно меня в них смущало.

Я попыталась спихнуть мужские ладони с талии. Но этого не вышло. Моя ладонь так и осталась на крепком запястье, закованном в широкий браслет.

– Ты всё время говоришь только о моей красоте. Но ты же совершенно не знаешь, что я за человек! Ты даже не знаешь, какой у меня характер…

Твёрдая рука взяла меня за подбородок, заставила поднять голову.

Красиво вылепленное лицо, похожее на ожившую скульптуру древнего бога, оказалось очень близко. И глаза этого бога… они были бесстрастны.

– Не беспокойся, радость моя. Главное, что ты должна запомнить, для того, чтобы наша семейная жизнь была счастливой и безоблачной – ты должна во всём меня слушаться. Мне совершенно плевать на твой характер. Если он мне не понравится, я его исправлю.

У меня похолодело всё.

Голубой взгляд медленно опустился мне в вырез.

– Но ты у меня умница и думаю, не станешь устраивать себе проблем. Тем более, очень скоро ты поймешь… за хорошее поведение следует награда.

И Ульрик небрежно смахнул бретельку с моего правого плеча.

Я застыла на месте, не в силах пошевелиться. Меня сковал смертельный ужас. Как будто оживает самый-самый страшный кошмар – а ты наивно думала, что тебе всё приснилось.

Ещё одно неторопливое движение – и вторая бретелька падает тоже.

– Нет!

Я вскидываю руки, чтобы закрыть грудь, с которой чуть было не свалился лиф.

Ульрик приподнимает точёную бровь.

– Почему? Ты моя. Какая разница, днем раньше, днем позже. Я хочу посмотреть, что за сокровище мне досталось!

– Я ухожу! – бросила я, едва попадая зубом на зуб, и рванулась с места.

– Стоять.

Меня грубо схватили и швырнули на диван. Ульрик рванул ворот своей рубашки и отшвырнул в сторону шейный платок. Поставил колено на край дивана.

– Хватит уже этих кошек-мышек, дорогая! Ты и так основательно меня завела.

Его лицо вдруг оказывается слишком близко.

– Я и без того долго ждал… думала, сможешь и дальше со мной играть? – шепчет хрипло, лаская предвкушающим взглядом моё лицо.

Нечем дышать. Тяжесть чужого тела не дает сделать вдох.

– Пусти… Зачем…

– Мужчина не может долго без женщины. Это физиология, радость моя.

Чужой запах сладким ядом проникает в ноздри, от него начинает тошнить.

Треск ткани.

Моё сознание словно погружено в дымку. Из бального зала доносится музыка, чей-то смех.

Не верится, что всё это происходит со мной.

Тяжёлое дыхание у меня над ухом.

Не могу пошевелиться.

Холодные руки под одеждой.

А потом холод словно собирается где-то у меня в районе сердца, взрывает меня изнутри… и ослепительно сияющим шаром голубого света рвётся наружу.

Отшвыривает навалившегося на меня мужчину и впечатывает в стену…

Судорожно хватая воздух ртом, я сажусь и широко распахнутыми глазами смотрю на то, что сделала моя пробудившаяся, наконец, магия.

Часть стены слева от нас, вместе с окном – просто отсутствует, в комнату залетает ночной ветер, остервенело швыряя холодные хлопья снега на пол, на мебель, мне в лицо. Кажется, одно из кресел и стол унесло в пролом, и теперь они сгинут навеки в пропасти, которая разверзлась по другую сторону дворца – этой стеной он как раз выходит на бездонные ущелья Вечных гор…

– Что ты сделала?! Ведьма! – рычит Ульрик.

Но не может пошевелиться. К счастью, он не может ни двинуть рукой или ногой, ни добраться до меня сейчас. Я вплавила его в стену. Громадной глыбой льда. Острые грани переливаются холодным огнём в тусклом свете единственной оставшейся лампы.