Чтение онлайн

Софи, нагнувшись, прильнула к ширме как раз вовремя, чтобы встретиться взглядом с мисс Сэндс.

Она вдруг почувствовала, как по спине ее пополз холодок. Кожа покрылась мурашками. Софи могла бы поклясться, что она не одна. Кто‑то стоял совсем рядом, бесшумно прокравшись в тесный альков. Она хотела обернуться, чтобы посмотреть, кто это… и вдруг поймала себя на том, что у нее отпало желание это делать. Волосы у нее встали дыбом… Софи могла бы поклясться, что знает, кого она увидит за спиной.

Понимая, что этого не избежать, Софи медленно обернулась и увидела стоявшего в дверях мужчину — сложив руки на широкой груди, он смотрел на нее своими синими глазами, в которых светилось холодное, насмешливое любопытство.

Софи судорожно втянула в себя воздух — этого оказалось достаточно, чтобы завязки на панталонах, которые ей уже удалось ослабить, развязались. К ужасу Софи, панталоны сползли вниз и выскользнули из‑под юбки, таким образом явив себя всему миру.

Холодные синие глаза лорда Линдли, оторвавшись от посеревшего лица Софи, остановились на кучке мягкого бархата у ее ног, и брови его поползли вверх. Он покачал головой, потом поднял голову, и их глаза встретились.

И тут Софи вдруг увидела, как его губы расползлись в улыбке.

Чего‑чего, а этого Линдли точно не ожидал. Софи Даршо?! Раздевается прямо тут, за ширмой, практически у всех на глазах?! Линдли тупо таращился на нее, уверенный, что тут какая‑то ошибка. Не может быть… она запустила руку под юбку, пытаясь избавиться от какой‑то детали нижнего белья… Может, он бредит, гадал Линдли. Или внезапно она сошла с ума? Похоже на то…

Линдли даже не пришлось стараться, чтобы девушка его не заметила. Софи, казалось, была настолько поглощена происходящим в гостиной, что ничего не замечала. Повернувшись спиной к Линдли и согнувшись чуть ли не вдвое, она прильнула к щели в ширме и не сводила глаз с Ромео. Поза, которую сам Линдли нашел чрезвычайно соблазнительной.

Жаль, но это продолжалось недолго. Что‑то подсказало девушке, что она уже не одна. Мисс Даршо медленно обернулась, и Линдли увидел, как ее глаза остекленели от ужаса. Должно быть, ее манипуляции с нижним бельем увенчались успехом, потому что он услышал легкий шорох, а потом ее панталоны сползли вниз и сейчас лежали на полу, кокетливо выглядывая из‑под юбки Софи. Святители небесные! Линдли озадаченно моргнул. Неужели они… бархатные?!

Потрясающе! Нет, в самом деле. Выходит, он избавил ее от домогательств Фитцгелдера только ради того, чтобы она явилась сюда и сняла с себя панталоны, чтобы доставить удовольствие этому смазливому актеришке?! Мерзость какая!

Более того — Линдли напомнил себе, что ее пребывание здесь только лишний раз подтверждает, что он оказался прав, предположив, что девушка играет не последнюю роль в той игре, которую вел Фитцгелдер. Что бы это ни была за игра, Софи была замешана в этом. Да еще как замешана! По уши! И эти чертовы бархатные панталоны тут явно неспроста. Линдли не сомневался в этом, даром что панталоны уже валялись на полу. Оставалось только выяснить, какую роль они играют в этой истории.

У него не осталось ни малейших сомнений, что речь идет не о банальной любовной интрижке. Достаточно было только увидеть лицо мисс Даршо, чтобы убедиться с этом. Любой дурак заметил бы, что девушка перепугана до смерти. Ей явно есть что скрывать, и теперь она боится, что Линдли все узнает. А это могло означать только одно — ей известно, что Линдли не просто один из приятелей ее хозяина.

Ему следовало с самого начала заподозрить ее. Все то время, пока он встречал ее в доме мадам Эудоры, не раз ловя на себе взгляды, которые она украдкой бросала на него из‑под густых ресниц, скромно устроившись с шитьем в руках где‑нибудь в укромном уголке будуара мадам, Софи притворно краснела и смущалась, когда он проходил мимо… И все это время он считал ее порядочной девушкой. Каким же ослом он был! Может, это потому, что она напоминала ему о…

Нет, одернул себя Линдли, сейчас не время для сантиментов. Может, у мисс Даршо и ангельское личико, но даже такой наивный идиот, как он, должен понимать, что девушка с таким прошлым, как у нее, просто не может быть ангелом. Глупо было надеяться, что она не имеет ничего общего с теми шлюхами, которых мадам Эудора держала у себя на службе. Да уж, хорош, нечего сказать. Он был не просто круглым идиотом, с досадой подумал Линдли. Он поставил под угрозу свое задание.

Линдли вдруг почувствовал острый укол стыда за то, что позволил себя одурачить. Сколько времени потрачено напрасно — и все из‑за ее хорошенького личика и огромных невинных глаз. Дьявольщина, теперь он имеет полное право затащить ее в постель — так сказать, в качестве моральной компенсации. Ну что ж, он покажет ей, что ему не нравится, когда из него делают дурака.

Их взгляды встретились. И Линдли вдруг заметил, как ее губы слабо шевельнулись.

— Лорд Линдли! — Она беззвучно ахнула. И тут же испуганно зажала ладонью рот.

— Что вы здесь делаете? — осведомился Линдли, благоразумно понизив голос, но все же достаточно громко, чтобы она могла услышать его вопрос, невзирая на восторженные вопли подвыпивших приятелей Фитцгелдера и громкие «ап», издаваемые труппой актеров, внезапно преобразившихся в акробатов.

Мисс Даршо яростно замотала головой, всем своим видом умоляя его соблюдать тишину. Выходит, по какой бы причине она ни пряталась тут, девушка явно не хотела, чтобы их присутствие было обнаружено, промелькнуло в голове у Линдли. Да, похоже, у нее имеются веские причины избегать Фитцгелдера. Может, дело в царапинах у нее на руках, которые он успел заметить? Да и под глазом у нее явно синяк…

Стало быть, она испытала на себе тяжесть его кулаков… и все же предпочла остаться. Нужно выяснить почему, решил Линдли. Зачем она здесь? Для чего прячется за ширмой? Что это — идея ее хозяина? Или, может, кого‑то еще?

Оставалась еще слабая надежда, что она находится в полном неведении относительно того, что привело его в дом Фитцгелдера. Все — выражение ее лица, явный страх, который она испытала при его появлении, — говорило, что такое возможно. Однако благоразумие подсказывало Линдли, что ему следует быть начеку. Нельзя позволить ей узнать больше того, что ей уже, возможно, известно. Он будет осторожен… не станет торопиться. И тогда, может быть, выяснит, в чем тут дело.

Губы его раздвинулись в улыбке, которую многие приписывали свойственному ему обаянию… или выпитому вину, и Линдли молча шагнул к мисс Даршо. Ей же отступать было некуда — бедняжка была вынуждена оставаться на месте, иначе гости заметили бы ее… а также пресловутые бархатные панталоны. А этого ей явно не хотелось — об этом говорил страх, который читался на ее лице. Во всяком случае, Линдли хотелось верить, что это именно страх. Хотя некоторые сомнения у него все же были.

— А я и не подозревал, что вы так интересуетесь театром, мисс Даршо, — протянул Линдли, постаравшись придать своим словам слегка непристойный оттенок. Скажите, кто же из этих актеров забавляет вас больше всех?

— Никто!

— Вот как? — Линдли придвинулся ближе. — Жаль. Что ж, тогда скажите, с кем из них вы хотели бы позабавиться? Вы ведь определенно ждали кого‑то из них, я угадал?

Выставив вперед ногу, Линдли осторожно поддел носком сапога валявшиеся на полу бархатные панталоны и выразительно хмыкнул. Девушка, покраснев до слез, закусила губы. Это, впрочем, не помешало им дрожать, зато у Линдли при виде всего этого потемнело в глазах.

— Я надеялась побыть немного одна, сэр, — поспешно пробормотала она, уставившись в пол.