Чтение онлайн

Она закрыла глаза и откусила первый кусок, стараясь насладиться каждым вкусом, который обрушился на неё. Она не могла вспомнить, когда в последний раз ела что-то настолько вкусное.

— О боги.

Её глаза распахнулись и встретились со взглядом Мирры, она покачала головой в неверии; ей казалось, что она никогда в жизни не ела ничего настолько вкусного.

— Правда ведь? — сказала Мирра, прежде чем затолкать в рот столько своей еды, сколько только смогла.

Они слишком увлеклись едой, чтобы разговаривать, и тишину между ними лишь изредка нарушали стоны удовольствия. Вокруг люди бродили между кострами, рассыпанными по лесной земле. От каждого из них тянулся запах блюд со всей страны, а повара-перегриниане продавали свою еду голодным жителям деревни.

— Вам двоим стоит вести себя потише, — сказал Фенрир у них за спиной, заставив Мирру вздрогнуть. — Вы звучите прямо неприлично.

— Фенрир, тебе обязательно нужно взять такой же.

Мирра запихнула в рот ещё один кусок, закатив глаза к густому пологу деревьев над головой.

— Или ты можешь дать мне попробовать свой? — сказал он, убедительно наклоняя голову.

Лицо Мирры сразу поникло, её взгляд опустился на тот жалкий остаток еды, что у неё остался, с выражением полного отчаяния, прежде чем она всё же протянула его ему. Фенрир взял его с озорной улыбкой, заговорщически взглянул на Аэлию и откусил огромный кусок.

— Придурок, — пробормотала Аэлия, её губы дёрнулись в улыбке, пока он медленно жевал, а на его лице было написано преувеличенное наслаждение, которым он дразнил Мирру.

Она сердито посмотрела на него, когда он протянул ей тот жалкий кусочек, что остался.

— Я беру свои слова обратно, — сказал Фенрир, проглотив. — Это абсолютно стоило всей той суеты, которую вы двое устроили.

— Я знаю. — Мирра сердито посмотрела на него. — Это стоит больше, чем моя семья тратит на еду за целую неделю.

Смех Фенрира был заразительным — так было всегда, и он не находил ничего смешнее, чем дразнить Мирру. Аэлия отправила в рот последний кусок, пока Фенрир обнял Мирру за плечи и притянул ближе, ухмыляясь от уха до уха.

— Пойдёмте, тут слишком много всего, чтобы вы попробовали только одно блюдо. Я угощаю.

Он направился к кострам, увлекая за собой заметно повеселевшую Мирру.

Аэлия напряглась, её спина выпрямилась, несмотря на его добрые намерения. Ей нравилось, что он заботится о Мирре — как человеку, ей приходилось нелегко, — но Аэлии не нужна была его благотворительность. Она и так собиралась ускользнуть немного позже, но, если это избавит её от неловкого отказа на предложение Фенрира, она лучше уйдёт сейчас.

— Идите без меня, — крикнула она. — Я, пожалуй, на сегодня закончу.

Её друзья обернулись к ней, и рука Фенрира соскользнула с плеч Мирры.

— Ты уже уходишь? — глаза Фенрира подозрительно сузились.

Аэлия пожала плечами.

— Мне нужно кое-что подготовить к завтрашнему дню.

Это не было ложью. Каждый должен был принести что-нибудь к пиру на следующий вечер, а она ещё ничего не подготовила. Фенрир и Мирра обменялись взглядами, прежде чем снова шагнуть к ней.

Мирра огляделась, проверяя, не стоит ли кто-нибудь достаточно близко, чтобы услышать их сквозь шум разговоров вокруг, но всё равно заговорила шёпотом.

— Если ты снова собираешься на охоту, тебе нужно остановиться. Ты ходишь слишком часто.

— До зимы осталось всего несколько месяцев. Если я не буду ходить, у нас будет такая же зима, как те, на которых мы выросли.

Аэлия старалась не позволить раздражению прорваться в её голосе, устав снова и снова вести этот разговор.

— Я не говорю, чтобы ты совсем не ходила, — Мирра наклонилась ближе, всё так же шёпотом. — Я просто говорю, что тебе нужно быть осторожнее, иначе тебя поймают.

— Она права, — вмешался Фенрир, и с его лица исчезли последние следы веселья. — Ты и так уже слишком рискуешь.

— Не у всех есть роскошь быть принятыми в охотничий отряд, Фенрир, — возразила Аэлия, и горечь обволакивала её язык.

Как любому артемиану, ему было легче, чем им обеим. А как волку — легче, чем они могли даже представить. Еда, деньги, уважение; Фенриру не приходилось беспокоиться ни об одном из этих вещей.

— Ты же знаешь, я принесу тебе всё, что нужно. Тебе не обязательно рисковать и злить совет только ради того, чтобы охотиться самой, — тут же ответил он, совершенно не понимая, насколько болезненно ранит его щедрость.

Она не была человеком, но с таким же успехом могла бы им быть. Её радужки были окружены тем же чёрным кольцом магии, что и у Фенрира, но по причинам, которые никто не мог понять, у неё так и не развилась способность к превращению.

Её детство прошло, все остальные дети-артемиане выросли и вступили в свою магию… а её так и не появилась.

И именно тогда её жизнь пошла к чёрту.

Конечно, у неё были и другие признаки, помимо выдающего её кольца магии в глазах; она была быстрее и сильнее любого артемиана, которого знала, и притом намного, но всё это не имело значения. У неё не было второй формы, поэтому к ней относились как к человеку. Как к кому-то меньшему.

— Я знаю, и я люблю тебя за это.

Она попыталась разжать стиснутые зубы, ей просто хотелось уйти отсюда.

— Но меня не поймают. Сегодня идеальная ночь: никто не заметит моего отсутствия, и снаружи не будет никого, кто мог бы заметить хоть какой-то след.

Тут она была права, и он это знал. Его рот сжался в жёсткую линию, а неодобрение в его глазах буквально впилось в неё.

— Тогда хотя бы позволь мне пойти с тобой.

— Фенрир, придержи своё властное альфа-дерьмо. Со мной всё будет в порядке, — резко бросила она, отчаянно желая закончить этот разговор.

Боль вспыхнула в его глазах, но он моргнул — и она исчезла. Артемиане могли смотреть на людей свысока почти во всём, но за собственную человечность они цеплялись с яростью, почти граничащей с одержимостью. Каждый из них боролся со своими более звериными инстинктами — будь то агрессивные наклонности хищника или робость добычи.

— Ладно. Просто будь осторожна, заметай следы и держись востока. Мы сейчас не трогаем ту часть леса, чтобы экосистема восстановилась, так что ни один охотничий отряд там не наткнётся на твой запах, — сказал Фенрир, его выражение лица было жёстким. — Пойдём, Мирра, возьмём что-нибудь поесть.

Он даже не стал ждать ответа, просто развернулся и быстрым шагом ушёл.

— Он просто пытается о тебе позаботиться, — тихо упрекнула Мирра.

Если даже Мирра была на неё зла, возможно, она действительно зашла слишком далеко. Сожаление нахлынуло на Аэлию, но она заставила себя от него отгородиться. Он никогда бы не позволил ей уйти, если бы она не оттолкнула его немного. Завтра она всё исправит.

— Мне не нужна его помощь, — сказала Аэлия, глядя, как спина Фенрира исчезает в толпе.