Чтение онлайн

– Давай, плиз. Я так хочу, чтобы ты тоже отдохнула.

Я еще раз потрогала щеку, сразу же убрав руку. Ну вот, опять. Надоело. Старые привычки, старое все. Это каникулы или как? Может, Саша права. Хотя бы один вечер, когда я не буду думать о том, как там они без меня дома – в Австралии.

– О'кей, твоя взяла.

Издав победный крик, она откинулась на подушку. Я еще раз взглянула на листовку. Похоже, будет небольшая компания, так что поводов для волнений нет. Подтянув ноги к груди, я попыталась нагнать на себя сон. Саше тоже не спалось. В задумчивости покусывая губы, она рассматривала потолок. И наконец вздохнула.

– Может, спустимся вниз и по чашечке чая?

Это идея показалась мне куда лучше, чем оставаться здесь и пытаться задремать. Свесив ноги с постели, я затянула резинкой волосы и догнала подругу.

В коридорах было светло, но, как и ожидалось, пусто. Шаги заглушались мягким ковровым ворсом. Мы просочились под глубокую арку. За исключением нас, здесь было всего несколько человек. Все они, судя по нетерпеливым взглядам, ждали, пока освободится место у стойки регистрации. Нашему присутствию не придали особого значения, и мы опустились в кресла под огромной картиной, больше половины которой занимал океан.

Наполнив чашки, я попыталась согреть ладони. Здесь было уютнее, но тоже холодно. Саша листала журнал, забытый кем-то на подлокотнике ее кресла. Я взглянула на мелованные страницы – сборник рассказов начинающих писателей. Что ж, если это могло развеять нашу скуку…

Подруга закрыла издание и загадочно возвела глаза к потолку. В который раз загоревшись какой-то безумной идеей, она прошептала что-то и раскрыла журнал. Указательным пальцем водя по строчке, Саша прочла:

– «Струйки воды стекали по волосам, и она коснулась их рукой, улыбаясь: в этот миг ее сердце было полно стопроцентным счастьем». Струйки воды… – она повторила зачарованно и вдруг тихонько вскрикнула. – Хочу, чтобы книжное гадание хоть раз сработало.

– Посмотрим, что выпадет мне, – я перехватила сборник, настроенная, однако, скептически. Лет пять назад я обожала подобные предсказания, но ни одно из них не сбылось (конечно же). А тут еще и какая-то ванильная книжка. Саша уступила мне, не сводя с моего лица взгляда. Я глубоко вдохнула, в мыслях вопрошая о ближайшем будущем, и медленно опустила палец на страницу. Не опуская глаз, поинтересовалась у Саши:

– Ну как?

Наклонившись, она вглядывалась пару мгновений в слова и наконец разочарованно протянула:

– Не могу понять, ты попала между двумя строчками.

Негодуя, я посмотрела туда же. Действительно, было невозможно понять, какое именно предложение я выбрала. К тому же, и то, и то входили в разные абзацы. Фыркнув, я решила озвучить оба, надеясь, что хоть одно из них придется мне по душе.

– «Силуэты застыли, неподвижные, в искрящейся полосе утреннего света». И что, это все? – мои брови сами с собой взлетели вверх.

– Читай второе, – поторопила Саша.

– «Алое и бордо смешивались на губах, подчиняясь взмаху невидимой кисти».

– Видишь, кисти! Как раз для тебя, творческая натура.

– Да уж. Кажется, все эти приторные рассказы не для меня писались. – Вздохнула я и отложила журнал в сторону. Веры в предсказания, пусть даже и книжные, во мне не прибавилось.

На следующее утро хозяйка нашего уютного убежища постучалась в дверь и, поправив седые волосы, сообщила, что сегодня на завтрак нас ждет ее фирменное блюдо.

– Советую поторопиться, – заговорчески шепнула она, и ее шаги растворились в ворсе ковра. Саша с жалостью посмотрела ей вслед: она уже собиралась на барбекю с Эриком. Я лишь пожала плечами, посмеиваясь.

В столовой собрались почти все обитатели отеля. Лавируя между столиками, я нашла совсем свободный и приютила на краешке солнечные очки. На каждого гостя было уже накрыто: мое лицо озарилось улыбкой, как только я почувствовала согревающий запах тыквенного пирога. Порция удивляла своими размерами, и я сразу же отказалась от мысли дополнить завтрак чем-то еще кроме чая.

Радио заполняло нотами пропитанный утренним солнцем воздух. Большинство гостей, расправившись с пирогом, уже убежали по делам. У противоположной стены неизвестный мне белокурый мальчик переставлял с места на места бумажные фигурки. Невольно я стала свидетелем его игры. Поделки из зеленой бумаги (по-видимому, что-то типа динозавров) атаковали серых (я отметила их, как рыцарей). Вдруг маленький фантазер поднял на меня глаза, и круглые дуги бровей подскочили. Пару секунд он мешкался, но любопытство пересилило. Вытянув из кармана джинсового комбинезона скомканную бумажку, он написал на ней что-то мелком. Я смотрела как он, поднявшись и нарочито шаркая, бредет к моему столу. Склонив голову, мальчик смущенно протянул мне клочок.

– «Будьте нашей принцессой», – прочитала я, сделав вид, что никаких ошибок в записке не было.

– Это они попросили. – прокомментировал он, очевидно, имея в виду «рыцарей». Главное, чтобы не «динозавров». Он все еще неловко переминался, но взгляд у него был лукавый. Настоящий маленький волшебник.

– А какие обязанности у принцессы? – пришлось поинтересоваться мне. Нельзя же просто соглашаться на должность, не узнав, что придется делать!

Новый знакомый задумался. Кажется, ему и самому до этого не приходило это в голову.

– Быть красивой и ходить на бал, – наконец решил он.

– Пожалуй, я готова попытаться, – и мы скрепили договор крепким рукопожатием. – Принцесса Дана рада знакомству.

– А я Гарри, – выпалил он, разглядывая меня на этот раз в упор.

– Ты здесь с родителями? – я отодвинула соседний стул, и мальчик плюхнулся, сделав довольную мордашку.

Он энергично помотал кучерявой головой.

– Я на лето у бабушки. Она здесь главная.

Я оглянулась и заметила за длинным столом хозяйку отеля – она в этот момент тоже поглядела в нашу сторону и шутливо погрозила внуку пальцем. Элегантна в свои годы, длинное платье в азиатском стиле выгодно подчеркивает прекрасно сохранившуюся фигуру. Женщина, передавшая частичку своей магии по наследству.

– Принцесса Дана, а что ты делаешь сегодня вечером?

Я засмеялась, отложив ложку в сторону.

– Как вернусь, буду абсолютно свободна.

– Тогда мы будем ждать, – восхищенно откликнулся Гарри.

На самом деле, мой путь занял у меня от силы десять минут. Приметив во время одной из прогулок отличное место для уединенного пикника, я искала момент, чтобы вернуться туда вновь. Огонек, постепенно разгорающийся у сердца, убеждал, что сегодня стоит прихватить с собой не только тосты.

Вчерашняя непогода сменилась жарким полднем, и, сидя на траве в льняном платье, я могла лишь желать слабого порыва ветра. Тосты и баночка с черничным джемом поджидали меня в корзинке, но на протяжении двух часов они оставались нетронутыми. Вокруг были разбросаны цветные карандаши; иногда некоторые из них терялись в траве, и я беспокойно перебирала пальцами зеленеющий ковер. Когда кто-то проходил мимо, я защищала страницы скетчбука забрызганной красками обложкой.

На десятке страниц застыло лицо, то статичное, словно высеченное из мрамора, то взволнованное очередной вспышкой молнии. Цвета прыгали по коже и спадающей челке. Я свободно играла с ними, меняя каждый раз по своему усмотрению. Солнце, все более агрессивное, направило лучи на мою неприкрытую голову. Однако порхающие по бумаги карандаши успокоились еще нескоро. Уставшие пальцы разжались. Я взирала на свое последнее творение.