Чтение онлайн

Втроём они вышли на улицу. Ночная темень разбегалась в тех местах, где горели не очень яркие фонари. Они дарили дорожкам белый свет, и этого было достаточно.

Девушка мельком разглядела несколько строений, а именно двухэтажные дома, больше похожие на коттеджи. На более дальних строениях поблёскивали огни, которые обозначали другие дома. Словно охранник пустоши на перепутье тропинок стоял белоснежный фонтан, но разглядеть его в ту ночь у Элис не получилось – трое двинулись по другой дороге.

Тропы Мариэльской школы шли от каждого домика по нескольким маршрутам, что не могло не радовать тех, кто либо обожает не спеша прогуливаться, либо очертя голову бежит на занятия.

– Спасибо за помощь. Люси сказала, что сама займётся отчётом поискового отряда.

– Конечно, директор Милс. Спокойной вам ночи. Пока, Элис.

– Пока.

Потрепав свои соломенные волосы под шапкой, он помахал на прощанье и зашагал по каменной тропинке к своему домику.

Двое молчали, пока Элис не расспросила отца о порталах. Существует несколько видов и открывать их можно по-разному. Это зависит от умений и навыков волшебника, а также расстояния до пункта назначения. Чем дальше – тем замысловатей движения. Джон никогда не был хвалённым портальщиком, потому уделял особое внимание знаниям и выполнял дотошно старые инструкции по использованию магии. Та же Рита Мёрфи, открыв такой же портал на территории школы, могла сделать это просто, чуть ли не по щелчку пальцев. Нельзя сказать, что Джон был настолько слаб, что даже выпускница школы пользовалась магией лучше него. Просто Рита была натренированной и способной к магии больше, чем директор и большинство знакомых ей портальщиков.

– Я даю тебе возможность собраться с мыслями до завтра, пап. У меня будет много вопросов. Я хочу, чтобы ты рассказал мне всё. Рассказал правду, – заметив колкий взгляд дочери, мужчина понимающе кивнул.

Они дошли до двухэтажного домика – самого большого строения из тех, где жили учащиеся. На двери приколочена прямоугольная деревянная табличка с плавными сторонами и надписью: «Домик рифов». Внешняя облицовка домика каменная, крыша – треуголка. Под дверью лежал оранжево-коричневый коврик, освещаемый лампочкой сверху.

Щёлкнула ручка, и перед Истом предстало помещение, которое одолевала ночная, почти непроглядная тьма. Лишь из открытой двери и окон прорывался свет от лампочки и далёких фонарей. Джон забрал чемодан дочки, и оба вошли внутрь.

Слева проход в гостевую комнату, где стоял широкий, вместительный диван, мешки, набитые маленькими, круглыми, пенопластовыми шариками, исполнявшие роль кресел, книжные полки, пара рабочих столов с незаконченными проектами, телевизор; толстый, с огромным ворсом тёмно-коричневый мягкий ковёр. Незамеченной для Элис оказалась кладовая, дверь в которую пряталась в незримом для неё углу.

Справа от входа висели крючки для верхней одежды в длинный ряд, в углу блеснула ручка огнетушителя. Напротив слабо освещён узкий коридор и несколько дверей.

Элис сняла грязную обувь, заметив несколько стоек с кроссовками. Правило есть правило – обувь необходимо снимать, чтобы не пачкать большой ковёр гостевой комнаты и тонкие дорожки в коридорах домика.

Деревянные половицы лестницы заскрипели под ногами. На втором этаже продолжался коридор, справа и слева по пять комнат. Лёгкий свет фонаря из единственного окна на втором этаже, расположенного в конце длинного коридора, освещал краешек ковра и дверь в душевые и туалет.

– Работают? – заметив несколько установленных камер на углах между стенами и потолком, тихо удостоверилась Элис.

– Да, – шепнул он, остановившись возле самой дальней комнаты слева от входа, расположившейся напротив окна в другой стороне. – Так что не устраивай никаких дебошей, я буду всё видеть, – Истом усмехнулась, заставив папу, не видевшего в темноте выражения её лица, тоже улыбнуться.

Он замолчал, легонько прихватив девочку за плечи и поцеловав её в макушку, шурша седой и колкой бородой. Десятиклассница незаметно дёрнулась от колючего подбородка папы, что не осталось без его внимания.

– Добро пожаловать домой, радость моя.

Элис благодушно улыбнулась и забрала у него вещи. Дверь комнаты растворилась, и утомлённая девушка аккуратно перенесла избитый сундук на колёсах через небольшой порожек. Дверь за ней затворил Джон.

Соседка по комнате спала, сладко, но тихо посапывая. Элис старалась не шуметь и не разбудить её. Она нащупала справа от себя свободную кровать. Истом уперлась плечом в шкаф и, опустив испачканный за путешествие чемодан на пол без ковра, поставила туда же грязную обувь. Истом без сил плюхнулась на спальное место и уронила голову на подушку. Она грезила будущим счастьем на новом месте.

«Сейчас всё в моих руках. Не оплошай, Элис! На этот раз судьба на твоей стороне!»

Хотя в голове угря и витали мысли о завтрашнем разговоре с отцом, эмоциональная слабость и физическое переутомление выиграли. Она уснула далеко не сразу, долго проворочавшись, но всё равно присоединилась к полухрапу соседки.

***

Кабинет с глянцевыми серыми стенами. На небольшом столе лежат папки с документами. За ним сидит женщина в очках. Напротив неё стоят двое на расстоянии метра. Они не отводили друг от друга глаз.

– Здравствуй, Джон.

– Здравствуй, Лира, – мужчина пригляделся к её самодовольной улыбке. Уверенная в себе женщина слегка наклонила голову набок и осмотрела бывшего мужа, незаметно надув губки, облицованные стойкой яркой красной помадой.

– Видишь, как жизнь может повернуться? Она, наверно, прыгает от счастья? Посмотрю, как ты поживёшь с этой настырной девчонкой.

– Мы можем побыстрее закончить? – мужчина обратился к женщине, сидевшей за столом.

Она перепроверяла наличие всех документов. Джон не желал видеть Лиру, но обстоятельства обязывали его сейчас, в позднюю ночь или же раннее утро, срочно отправиться в отдел семейного судопроизводства Комиссионного центра, чтобы решить окончательно возникший вопрос под именем «Элис» в свою пользу.

– Подождите немного, – она перелистывала страницы, ставя на них печати и тем самым заверяя возможность передачи ребёнка отцу и переезд моновки, Лиры Истом, обратно на территорию Верэбриума.

Лира не сводила с него глаз. Она – мать, которой пришлось покинуть родной мир, чтобы её ребёнок жил в безопасности, любви и заботе. Женщина лишилась возможности использовать магию, даже говорить о ней.

Истом свыкалась, нашла работу, обустроилась не без помощи КЦ. Она начала новую жизнь, которая умопомрачительно отличалась от старой. Если бы только Элис знала, что маме пришлось бросить всё ради неё…