Чтение онлайн

А с кем ты познакомился, путешествуя по Скандинавии?

Мы, собственно, туда и поехали, чтобы познакомиться с Мортиисом из Emperor.

Какие впечатления оставило знакомство?

Помню, в одной из комнат все стены были обклеены обложками альбомов. Нигде раньше я не видел такой коллекции. Даже сфотографировался на ее фоне. Сам хозяин, приятный, вежливый и скромный, казался человеком с другой планеты. Он мог ничего не есть целыми днями. Или съедал на завтрак какую-нибудь булочку и все, ничего больше. По вечерам приходила его девушка, румынка, родом из Трансильвании. Раньше она встречалась с Евронимусом из Mayhem, конечно, пока он был еще жив… Мы часами рассуждали о буре, которая разыгралась в мире андеграунда. Это было опасное время. Мортиис переехал в Швецию, просто потому что должен был сбежать из Норвегии. На родине он боялся за свою жизнь.

А у него был повод?

После того как Викернес убил Евронимуса, стало жарко. Мир раскололся: одни хотели отомстить «предателю из Burzum», другие предателем считали лидера Mayhem. Угрозы стали обыденным делом. И дама с косой могла прийти к любому. До этого же постоянно горели церкви. Неудивительно, что проснулась полиция — рейды и обыски не облегчали жизнь.

Кого ты считал предателем?

Я был вне всего этого. Меня история ужасала и возбуждала одновременно. С блэк-металом не шутили, ведь распрощаться с жизнью можно было в любой момент, но именно это и притягивало к нему людей. Я не высовывался и наблюдал за ситуацией. События в Норвегии стали гласными и в Польше. Нашей средой тоже заинтересовались спецслужбы. Меня минули их визиты, но некоторых моих знакомых дергали по нескольку раз. О блэк-метале заговорили. Люди начали осознавать, что существует такое явление. Помню, как я сидел и клацал по клавишам старой печатной машинки, отвечая на письма. В комнату вошел отец и без слов положил на стол брошюрку, вещавшую: «Блэк-метал — рассадник угрозы». Какой-то кретин раздавал в очереди.

Селину не пугало это все?

Она была в меня влюблена и одобряла мой выбор.

Вы прожили вместе несколько лет…

Это были мои самые продолжительные отношения. Они длились так долго, потому что Селина была любящей, преданной и понимающей. Я же — невежей и деспотом. Все должно было быть под моим контролем. Мой хороший день был ее хорошим днем, плохой — ее плохим.

Она не была против такого расклада?

Нет. Ни разу не дала понять, что что-то не так. Да и я не был таким уж кровавым диктатором. Не это имелось в виду. Просто у меня был принцип, который я считал нормальным. А Селина полностью принимала мою напористость. Это был своего рода симбиоз, но именно я решительно доминировал. Хотя, на самом деле, по части отношений в то время я был чайником. Спустя несколько лет я почувствовал усталость, начал интересоваться другими женщинами… Если бы можно было повернуть время вспять, я бы ударил себя по лицу и сказал: «Бля, остынь, парень!»

Ты плохо относился к близким?

Я не был очень уж любезен. Отец неоднократно обращал на это мое внимание. Говорил, что я нехорошо обхожусь с людьми. Я вообще не понимал, о чем идет речь. Мне казалось, что именно я сдаю карты. В этом нет ничего плохого, если внимательно следить за тем, чтобы не обидеть других. Надеюсь, что я все-таки научился уважать людей. И если считаю себя правым, то стараюсь настоять на своем, но без хамства и наглости. Я доходил до этого годами, не раз испытывая горькие минуты. И часто по своей собственно вине.

Отношения с Селиной распались по твоей вине?

Я разъезжал по студиям, знакомился с новыми людьми. Почувствовал в какой-то момент, что хочу освободиться и начать что-то новое. Я просто ее бросил. Сделал это без предупреждения, с бухты-барахты. Селина приходила в себя несколько недель. Потом у нее начались новые отношения. Когда я об этом узнал, впал в бешенство. Ведь только я мог диктовать условия! А тут она перехватила эстафету и разыграла собственную партию. Я терпел, переживал, но дороги назад не было. Я потерял контроль над ситуацией. Поэтому и отправился в очередное путешествие по Скандинавии. В этот раз один. Я должен был сбежать.

Прошло пятнадцать лет. Ты сильно изменился?

В каждом из нас сидит идиот и мудрец. Во мне тоже. Я могу быть язвительным и грубым в обращении, бросить трубку, а через час уже пленять комплиментами…

Кажется, стерпеть тебя рядом все еще тяжело…

Я работаю над этим. Сейчас я сразу раскрываю все карты, потому что хочу построить отношения, а не иллюзию. Раньше, когда знакомился с девушкой, я сначала распускал перья и убеждал ее, что я весь такой замечательный и обаятельный, каким на самом деле не являюсь. Всегда ухоженный, одет с иголочки… Сейчас не скрываю, что есть и другая сторона: когда я просыпаюсь рано, у меня помятое лицо и вид далеко не свежий. Эта сторона даже интереснее. И у женщин тоже. Мне нравится, когда в паре нет никаких табу. У меня есть знакомые, которые до сих пор живут в неведении. Я спрашивал, может ли жена случайно при них испортить воздух. «Старик! Никогда!» Вот они живут в иллюзии, идеализируя своих партнерш, считая, что настоящие женщины и в туалет по-большому не ходят. Это глупо. Со мной приключилась такая история недавно: у девушки случайно вырвалось на первом свидании… Она улыбнулась и все превратила в шутку. В ее поведении не было стыда. Мне это понравилось. Именно на такой основе надо стоить отношения. Я не натурист, но все-таки что естественно, то не безобразно.

Тюрбан на голове, маска на лице и огурцы на глазах — тебя не пугает такая картинка?

Как раз наоборот. Это мило. Помню, в одно из наших первых свиданий с До-ротой я поехал к ней в Варшаву. Мы развлекались всю ночь. На следующий день я должен был возвращаться в Гданьск, но все равно пообещал ей, что, как высплюсь, приду приготовить завтрак. Я пришел около полудня, но все равно разбудил ее. Дода поднялась и открыла мне дверь. Не побежала в ванную, не начала краситься и не оттолкнула меня. И прекрасно! Если ты кого-то любишь, то видишь его красоту всегда. Я часто говорю и пишу о серьезных вещах, о принятии крайностей, о танце sacrum и profanum [14] . Как же я мог бы не применять это в своей жизни? Нет различий между святой и грешницей — это всегда одна и та же женщина.

Ты продолжаешь навязывать другим свою точку зрения?

В жизни мне необходимо быть вдохновляющей стороной. Но в отношениях я люблю равенство. Хочется быть и вдохновителем, и вдохновляемым.

Влюбленные в тебя девушки с большими глазами, которые говорят: «Да, да, да…», — не твой тип?

Пусть девушка будет влюблена, но лишь при условии, что и я влюблен в нее.

Как девушке произвести на тебя впечатление?

Есть много способов. Например, знанием в областях, в которых я ничего не понимаю. Если я увижу, что девушка разбирается в том, что для меня остается чем-то из разряда черной магии, или если окажется, что она прекрасно владеет каким-то языком, который звучит, как разговор инопланетян… Могу увлечься. Словом, в девушке должно быть что-то. Я живу музыкой, музыкой зарабатываю на жизнь, поэтому спрашиваю девушек, что они слушают. Есть два ответа, которые означают дисквалификацию: «радио» или «всё». Хуже плохого вкуса может быть лишь его отсутствие. По правде, не в музыке дело, это только повод… Иногда на меня влияют абсолютно прозаичные вещи. Например, если девушка приготовит какое-нибудь экзотическое блюдо…