Чтение онлайн

Фрейя сжимает кулак у меня под боком, и я понимаю, что она принимает мое объяснение. Но Эбигейл, приподнявшись на локте, кладет свою маленькую ладошку мне на щеку.

— Ты просто извинись, пап. — Она хмурится, словно не может поверить, что я до этого не додумался. — Тогда ссоре конец.

Я расплываюсь в улыбке. Житейская мудрость от пятилетнего ребенка.

— Мне бы очень хотелось, чтобы все было так просто, милая, — говорю я ей, и в этом нет лжи. Потому что, если бы Пейдж было достаточно простых извинений, я бы не лежал здесь, с моими детьми, задыхаясь от мысли, что они цепляются за меня, будто боятся, что я исчезну, лишь только они отпустят. Потому что за последний год я чертовски редко появляюсь в их жизни. И это, по общему признанию, только моя вина. Я сам решил переехать в город. Думал, что, как только окажусь вне досягаемости, Пейдж поймет, что на самом деле ей совсем не хочется быть матерью-одиночкой. И лучше пусть я буду рядом, готовый помочь, чем черт знает где. Я все просчитал, но не учел одного — моя упрямица жена воспримет это как вызов.

— Пора спать, — быстро говорю я, мысленно встряхиваясь, прежде чем высвободиться из клубка объятий маленьких ручек. Обернувшись, я вижу, что Эллиот ползет за мной, и мне удается поймать его тот момент, когда он чуть не падает с матраса.

— Эй! Ты куда? — шутливо спрашиваю его и поднимаю, чтобы оттащить обратно к изголовью надувной кровати.

— Не-е-е-т! — он пронзительно протестует и его визг становится все громче и громче. Как я могу положить его обратно к Фрейе и Эби? Они смотрят на меня с укором, потому что совместный сон с Эллиотом восторга у них не вызывает, даже тогда, когда он не впадает в истерику.

— Оставайся здесь, со своими сестрами. Договорились, приятель? — Одним быстрым движением я расстегиваю молнию на спальном мешке и укрываю его, подоткнув по бокам. Потому что мне совсем не хочется воевать с ним внутри палатки.

— Соса, — вопит он, его лицо краснеет, и он начинает толкаться и пинать спальный мешок. — Соса!

— Он хочет свою соску, — объясняет Эби, пытаясь помочь.

Я закрываю глаза, чтобы они не выдали мой гнев. Глубокий вдох. Я спокоен и держу себя в руках. И я не представляю в голове те ужасные вещи, которые готов пожелать своей, почти бывшей жене.

Когда я снова открываю глаза, мой сын уже отпихнул спальный мешок и подкатился к краю кровати. Обойдя матрас, я подхватываю его извивающееся и вопящее тело, не обращая внимания на протесты.

Итак, у меня два варианта. Я могу лечь обратно и удерживать его, пока он не заснет, а затем попытаться улизнуть, стараясь не разбудить.

Или я могу пожалеть себя. И я выбираю второй вариант, который позволит мне открыть одну из бутылок Modelo, которые мой отец положил в багажник своей машины.

— Ладно, — говорю я, поднимая Эллиота на бедро, — Идем со мной. Пожелай своим сестрам спокойной ночи!

— А почему он не ложится? — ворчит Фрейя, когда я наклоняюсь, чтобы поцеловать ее в лоб.

— Он не может заснуть. — придвигаюсь, чтобы поцеловать Эби. — Люблю тебя. Засыпай.

Схватив спальный мешок Эллиота, я выключаю фонарь и выхожу из палатки. Свободной рукой расстегиваю молнию, прежде чем отнести сына туда, где мой отец со своим псом сидит перед кострищем.

— Она выбрала чертовски удачное время, чтобы отучить его от соски — говорю я, устраиваясь в сетчатом походном кресле. Я готов к тому, что малыш на моих руках начнет сопротивляться. Но вместо этого он прижимается ко мне, его голова утыкается в подбородок, и я укутываю его в спальный мешок.

— Сомневаюсь, что вообще есть подходящее время для таких вещей. — Мой отец сцепляет руки за головой, спокойно наблюдая за мной.

В ответ на его заявление я лишь хмыкаю и киваю на шесть банок пива, стоявших рядом с его креслом.

— Не передашь мне одну, пожалуйста.

Достав бутылку, он откупоривает ее и протягивает мне со словами: — сегодня спросил у Пейдж о том бракоразводном деле, над которым вы оба работаете.

— И что? — Я замечаю, кроме бутылки, что я держу в левой руке, в упаковке так и осталось стоять пять из шести. Неужели мой отец сегодня решил стать трезвенником? — Что она сказала?

— Она не в восторге от этого.

Так и должно быть. Наверное, мне не следовало рассказывать ему об этом деле, потому что я чувствую, сейчас он начнет читать мне нотации.

— Она может бросить в любое время. — Пожав плечами, я делаю глоток. Насыщенный медовый аромат приятно омывает мои вкусовые рецепторы.

Обветренное лицо моего отца выглядит мрачным в приглушенном свете мерцающего пламени. — Послушай, я понимаю, что ты имеешь дело с важным клиентом и не можешь отказаться, но то, что Пейдж — адвокат противоположной стороны, не означает, что тебе дано право вести с ней, как последний мудак.

Я стискиваю зубы.

— Мне нравится, что ты считаешь меня источником всех неприятностей.

— Нет, — отвечает он, закатывая глаза, — Я достаточно времени провел рядом с вами, чтобы понять, что дерьмо летит в обоих направлениях. Но здесь у тебя преимущество, Логан. Это у тебя налаженная карьера и стабильная зарплата. Она может потерять гораздо больше, чем ты.

Сжав губы, я пристально смотрю на алые всполохи в чаше с огнем, тепло от которого согревает мое лицо.

— Это она настаивает, чтобы я отказался от этого дела. Я сказал ей, что никаких проблем не будет. Не знаю, что я еще могу сделать.

Отец наклоняется в кресле вперед, упираясь локтями в колени.

— Она бросила свою карьеру ради вашей семьи. Она все еще зависит от тебя, и не думай, что я не знаю, что тебе выгоднее оставить все, как есть сейчас. Я могу себе представить, сколько зарабатывает в год партнер в такой фирме, как ваша. Сколько из этого ты отдаешь Пейдж и детям, оплачивая их траты? Для тебя же это капля в море.

Одарив его горькой улыбкой, отвечаю:

— Забавно, а я-то думал, что ты гордишься мной. Вот почему ты все эти годы вкладывал каждый лишний пенни в мое образование, верно? И ты даже не разрешаешь мне возместить ту сумму.

— Не в этом дело, — говорит он тем низким, угрожающим тоном, от которого в детстве у меня всегда болел живот. — Мне не нужны твои деньги, сынок. Я не вкладывал деньги в себя. Я предлагал тебе возможности. Я сделал все, что мог, и знаю, что совершал ошибки. Каждый родитель совершает. Но я чертовски уверен, что не воспитывал тебя домашним тираном.

Его слова, бьют как обухом по моей голове. Он прав? Я издеваюсь над Пейдж?

Нет, это она велела мне уйти. Это она пытается забрать МОИХ детей. Она не жертва. Она никогда не позволит себе быть жертвой.

И все же…

— Я просто хочу вернуть ее.

 Признание вырывается наружу и будто кусок плоти вырывают из моей груди, оставив беззащитно биться в агонии. Вот что крутилось в моей голове после утренней встречи с Шэрон.

После того, как отношения между мной и Пейдж, казалось, целую вечность были дерьмовыми, переезд прошлым летом, на самом деле принес облегчение. Но даже скучая по своим детям и прежней жизни, не способный выбросить Пейдж из головы, одна только мысль о том, чтобы прикоснуться к другой женщине вызывает у меня отвращение. И я думаю, что убедил себя, что на самом деле не хочу ее возвращения и нам лучше быть порознь, чем вместе.