Чтение онлайн

Я презрительно фыркаю. Упаковщик покупок в магазине напротив, наверняка, может сказать обо мне то же самое.

Не могу сдержать сарказма, и отвечаю с колкостью:

— Ух ты! Эти выводы ты сделал, просто наблюдая за мной? Может ты экстрасенс и умеешь читать мысли?

— Это была просто разминка — говорит он, и я начинаю раздражаться от того, как он игнорирует мои пикировки. — Дальше я начинаю съезжать на территорию догадок. Но, держу пари, ты была любимицей учителей… верно? Тебе же поручили читать прощальную речь на выпускном? Ты не похожа на человека, который позволит уступить другому эту честь. И ты никогда не пойдешь на что-то рискованное или бунтарское. К примеру, не сделаешь пирсинг или татуировку. Я прав?

У меня перехватывает горло, потому что я не в силах отрицать то, что он говорит. Как он мог разглядеть во мне это? Неужели я настолько предсказуема?

— И ты никогда не делала ничего такого, что могло бы разозлить твоих родителей, — продолжает он.

— Вообще-то, — отвечаю я, царапая швы на покрывале, — Я часто их расстраивала. Например, однажды в выпускном классе, мама застала нас с парой друзей, когда мы курили травку в моей спальне.

Он усмехается.

— Это была твоя травка?

Я поджимаю губы.

— Нет.

— Тебя друзья уговорили?

Я начинаю чувствовать жалость к любому, кто когда-либо был свидетелем и отвечал на его вопросы.

— Да, по-моему, но…

— Ты затягивалась? Или пробовала потом курить еще раз?

Очень хорошо, что темнота скрывает меня, потому что я заливаюсь краской.

Мое молчание говорит само за себя, так как вместо того, чтобы ждать ответа, он говорит, посмеиваясь:

— Это не в счет, Уотерс.

Я не склонна к насилию, но мне очень хочется врезать ему по губам, и я знаю, что это доставит мне огромное удовольствие.

— Во всяком случае, — продолжает он, — я почти уверен, что всю жизнь люди выбирали тебя лидером. И всякий раз, когда тебе приходится работать в группе, ты все делаешь сама, потому что хочешь быть уверена, что все сделано правильно. Ну, чтобы чужая лень и неумелость не помешали твоему успеху.

Тьфу ты! Его слова возвращают меня в двенадцатый класс на урок обществознания. Тогда мне совсем не хотелось получить четверку или даже тройку по проекту создания правительства страны, только из-за того, что попала в группу с одноклассниками, которых оценки интересовали мало. Что мне оставалось делать? Плыть по течению? Ну уж нет, спасибо.

И все же меня нервирует, что Логан МакКинли читает меня, как открытую книгу.

— Может мне начать называть тебя Шерлоком? — холодно спрашиваю я.

— Я еще даже не добрался до самого интересного.

— Чего именно?

— Главная причина, по которой ты одинока, заключается в том, что большинство парней не могут справиться с тобой, — говорит он низким, почти интимным голосом. — Ты слишком умна. Слишком независима. Ты не нуждаешься в них, и они тебя боятся.

Ух ты!

Ух ты! Ух ты! Просто ух ты!

Однажды в апреле мне довелось купаться в Тихом океане. Ледяная вода выбила весь воздух из моих легких, и я больше минуты не могла снова вздохнуть. Вот что я сейчас чувствую.

Я определенно недооценивала этого человека. Потому что он прав… Я поражена. Как будто он показал мне мое отражение в зеркале, в которое я не осмеливалась заглянуть, и теперь знаю почему. Я увидела в нем то, что есть на самом деле: я не нуждаюсь в парне, чтобы доказать, что я лучшая. Мне не нужен парень, чтобы он заботился обо мне, помогал или поддерживал меня в достижениях цели. И я всегда этим гордилась. Так почему же сейчас я чувствую себя так, будто земля разверзлась передо мной?

Я в бешенстве спрашиваю его:

— Теперь ты закончил?

В ответ он придвигается ближе. И я напрягаюсь, почувствовав тепло его тела и тонкий запах алкоголя и крема для бритья. Затаив дыхание, я предвкушаю прикосновение его рук. Где он прикоснется ко мне в первую очередь?

Где я хочу, чтобы он прикоснулся ко мне в первую очередь?

Но он просто склоняется надо мной.

— Я не боюсь тебя, Пейдж Уотерс, — говорит он. — А ты боишься меня?

О… мой бог!

— А я должна? — Слышу свой голос, словно издалека. Каждое нервное окончание в моем теле напряжено и готово воспламениться.

— Нет, если ты не возражаешь, что я больше не намерен ждать — его голос похож на мурлыканье, и он близко ко мне. Чертовски близко!

— Я и не подозревала, что ты ждешь. — Мое дыхание слишком громкое. Знает ли он, что делает со мной? Может ли он ответить?

— Ты пригласил меня на свидание, и после отказа почти не разговаривал со мной.

Его рука опускается на подушку рядом с моей головой.

— Это тебя смутило?

Мое сердце начинает трепыхаться и вскоре дрожь распространяется по всему телу. Я не хочу отвечать, не хочу уступать ему ни одной позиции.

Но все же, что-то заставляет меня неохотно признаться:

— Наверное.

— Хорошо.

А потом он отвечает на мой безмолвный вопрос, о том, где он прикоснулся бы ко мне в первую очередь, положив руку мне на шею. Меня пугает ощущение его ладони, внезапный жар там, где его кожа соприкасается с моей, похожа на удар тока. Я не могу сдержать тихий, почти неслышный вздох, когда он проводит по изгибу моего подбородка большим пальцем. Он продолжает движение, пока его ладонь не оказывается на моей щеке, а пальцы перебирают волосы на затылке.

У него большие руки. Сильные, наверное. И я уверена, что он точно знает, как правильно их использовать. Мне до боли хочется шепнуть ему, что я хотела ощутить его руки и губы с той самой минуты, как его глаза встретились с моими в конференц-зале, пять месяцев назад. Я знаю, это глупо и неправильно, и я провела бесчисленные часы, презирая себя за такие мысли.

Песня заканчивается, и новая начинается с фанкового и знакомого гитарного риффа, за которым следует быстрый и бодрый ритм, а затем появляется узнаваемый фальцет Принса, поющего первые строки Kiss.

Это, должно быть, шутка. Мне тяжело дышать, и я стараюсь скрыть это. Сексуальный ритм почти заставляет меня двигать бедрами. Я чуть было не сдаюсь, ухватившись за него. Все мое тело горит от предвкушения и желания отпустить свои сомнения. Я представляю его губы на своих губах, его руки, гладящие, ищущие и соблазняющие, решительные и самоуверенные.

Я могла бы заполучить его прямо сейчас. Наши конечности переплетаются. Соприкоснувшись обнаженной кожей, мы задыхаемся и почти теряем голову. Он может войти в меня… Боже, от одной этой мысли меня чуть не накрывает оргазм. Каждая клеточка моего тела кричит: «Возьми меня!». Это все, чего я хочу прямо сейчас, всего несколько минут грубого, плотского блаженства. С этим мужчиной.