ЖАНРЫ

Исправительный лагерь для ведьмы или Бюро добрых дел
Шрифт:

– Ну нет, конечно. Только достойнейшим из нас доступна речь.

В избе громко фыркнул блюдце.

– Хорошо, тогда что здесь делают все эти не достойнейшие?

Я махнула рукой в сторону столпившейся у избы кучи животных. Их было немерено, пушистые, хвостатые, рогатые, большие и маленькие, травоядные и хищники, сотни животных столпились у нашего порога и смотрели на меня.

– Тише, - дернул меня Кот, - Они ведь теперь тебя понимают.

Я хлопнула ладонью по губам и мило улыбнулась, сглаживая неловкость.

– Извиняюсь. Так и что всем этим прекрасным созданиям нужно?

– Откуда я знаю? Спроси их сама.

– Может, лучше ты?
– с надеждой посмотрела на пушистого.

– Я звериную речь не понимаю.

– Серьёзно?
– громче, чем следовало, возмутилась я. Кот дернул меня за сарафан, призывая угомониться.

– Сказал же. Лучшим из нас дарован дар разговаривать с людьми, других языков мы незнаем.

– Бред, какой-то.

Я качнула головой, отказываясь понимать законы здешнего мира, и вышла вперед. Нужно разобраться с этой шайкой, пока они здесь лагерь не разбили.

– Эм, всем здравствуйте, - от волнения я сжала руки так, что побелели костяшки.

Звери слушали меня внимательно, ловили каждое слово, от этого становилось не по себе. Я ведь не знаю, что всем им сказать.

– Приветствую всех, здесь собравшихся. Мы всегда рады видеть каждого, кто пришел с добрыми намерениями, - начала я свою дипломатическую речь, - Но хотелось бы знать, с какой целью вы явились, и чем я могу помочь?

Вперед вышел олень с великолепными рогами. Он уставился своими чернющими глазами прямо в мои, и в голове раздался мелодичный голос:

"Мы здесь, чтобы поприветствовать новую ведьму и признать в ней хранительницу"

Я отшатнулась, как от удара. Слышать чужие голоса в голове было до того странно, что казалось, мне это всё мерещится.

"Не бойся, ведьма. Прими нашу клятву, как залог крепкой дружбы"- раздался другой голос. Я поискала в толпе и каким-то шестым чувством поняла, что он принадлежал белочке, облюбовавшей пенек возле оленя.

– Так, рановато. Я же испытания ещё не прошла, да и Лес ваш меня пока не признал, или как там положено.

Не знаю, радоваться или грустить, видя замешательство на лицах собравшихся. Звери зашептались, я не слышала слов, но чувствовала их волнение.

"Мы чувствуем в тебе нужную силу. Позволь нам совершить свой долг и приклонить пред тобой колени, завершив обряд"- вновь выступил олень, перекрыв своим голосом шум толпы.

– А если я всё-таки не стану вашей хранительницей.?

"Мы будем верны своему слову и покуда ты здесь, станем оберегать и служить"- вступил в разговор барсук и гордо вскинул подбородок. Другие звери солидарно закивали, принимая решение. Теперь, все ждали моих слов.

А я не знала, как поступить. С одной стороны, я ведь их ни о чем не прошу, они добровольно пришли, сами хотят произнести клятву и буквально просят принять её. Но с другой... У меня вновь чувство, что я обманщица, прямо как дома. Люди или звери идут ко мне за помощью, а я вру им в глаза и получают от этого выгоду. Раньше, меня такие вещи не беспокоили, но теперь, здесь, после всего пережитого, хочется что-то поменять в своей жизни.

– Нет. Я не приму вашей клятвы.

Среди зверей поднялась волна тревоги. Я замахала руками, призывая к спокойствию. Мой голос тонул в купе звериных голосов, и никто не слушал. Тогда, собравшись, я закричала мысленно "Тиихоооо" и все, как по команде обернули головы.

– Я не приму вашей клятвы, пока не стану полноправной ведьмой, - продолжила, заполняя наступившую тишину, - Я не стану обманывать ваше доверие и сыпать пустыми обещаниями. Когда и, если я стану хранительницей, мы встретимся ещё раз и всё повторим. Но не сейчас.

Животные обдумывали мои слова. Как-то невольно глаз упал на крепкие копыта кабанов и острые зубы волков, стало боязно. А если, оскорбленные моим отказом, они решат прикончить обидчицу, выстоит ли изба? Или лучше сразу бежать, пока звери не опомнились? К счастью, испуг не успел сформироваться, когда слово взял олень.

"Мы принимаем твоё предложение, ведьма, и вернемся, когда ты примешь власть Леса и магию рода"

С губ сорвался выдох облегчения. Животные начали разбредаться, кто куда, а я так и стояла на крыльце, провожая их глазами.

– Думаю, сегодня обойдемся без ягод.

Глава 17

Опьянённая второй победой, я сразу собралась в дорогу, как только блюдце известило, что есть новое задание. Всего одно дело и свободна. На этот раз топать было не далеко, наши наниматели жили в соседней деревне.

"Старик да старуха". Именно так подписались заказчики и просили найти их сына, сбежавшего из дома пару недель назад. Родители волнуются, как бы с ним ничего не стряслось и просят помощи.

– Как мило. Думаю, за это доброе дело мне точно вернут молодость.

– Доброе дело, не может быть добрым, если сделано из корыстных побуждений, - нравоучительно поднял коготь вверх Кот.

– Ой, не нуди. Ладно же всё. Денюшек заработаем, людям поможем, личико вернём. Прекрасный день!

Кот кивнул, поддавшись моему хорошему настроению, и уже через пол часа пешей прогулки мы сидели перед двумя пожилыми людьми, убитыми горем.

Особые приметы у вашего сына есть?
– продолжала я допрос, стараясь как можно больше узнать про ребёнка. Всё-таки не просто будет отыскать нужного, если у него не окажется каких-то отличительных черт.

– Ну...- начал Дед, - Он маленький, румяный. О, и круглый!

– Ага, маленький, румяный и ...прошу прощения?
– оторвалась я от записей, - То есть, вы имеете ввиду, что мальчик пухленький?

– Мальчик?
– переспросила Бабка.

– Эмм. А разве нет?
– совсем растерялась я. Речь ведь всё это время велась о сыне. Или у них дочь?

Моя уверенность в успехе миссии пошатнулась, кажется, всё будет сложнее, чем казалось. Может у них и ребёнка то никакого нет? Но Бабка вдруг всплеснула руками и качнула головой, торопливо выдав то, что округлило мои глаза до размеров блюдца:

– Что вы, нет! Наш пирожок совсем не мальчик. Он круглый хлебушек, который я оставила остывать на окошке. А зовут Колобок.

Я шокировано уставилась на пожилых родителей и призадумалась, не стоит ли посоветовать им сходить к врачу вместо того, чтобы представлять, будто хлеб является их сыном.

Поделиться с друзьями: