Исправительный лагерь для ведьмы или Бюро добрых дел
Шрифт:
– А ты?
– судорожно выдохнула, боясь услышать его ответ.
– Я же сказал. Садишься и улетаете, - с нажимом повторил Демьян.
– Как благородно, - не удержался атаман от колкости, хотя в словах сквозила злоба.
– Василиса, ты поняла?!- прикрикнул Демьян, и я кивнула, - Тогда живо выполняй!
Я дрожащими пальцами распутала кнут, бросилась к блюдцу, подхватила на руки и, в последний раз глянув на ведьмака, побежала к ковру. Мы взмыли в небо, оставляя внизу двоих, одному из которых сегодня придется умереть.
Глава 23
В избушку мы вернулись к обеду. Ковер-самолет оказался практичной вещью, ни в какое сравнение с Летучим-кораблем. Я на руках внесла Кота в избушку и положила на стол, думать о Демьяне сейчас не было сил, я сосредоточилась на пушистом друге, чувствуя, что теряю его.
– Он не приходит в себя, - нервно затараторила, - Почему он не приходит в себя? Блюдце, что делать?
– Я не знаю, - вздохнул тот, и я совсем распаниковалась. Блюдце всё знает, почему сейчас у него нет ответа. Почему именно сейчас? Что если Кот умрет?
– Пошлепай по щекам, - предложил Колобок. Он тоже волновался, хоть и пытался скрыть истинные чувства. Я легонько хлопнула Кота по лицу, но ничего не произошло.
– Не помогает, - отчаянно захныкала я, приложив ухо к его груди. Сердце билось, но так слабо. По щеке скатилась слеза отчаяния. Так, Василиса, соберись. Ты справишься.
– Хорошо, хорошо. Я же ведьма? Ведьма. Значит смогу что-то сделать.
Я схватила книгу по ведьмовству и распахнула на оглавлении. Так, что тут у нас? Предсказания, порча, привороты, противоядия... вот оно! Простое исцеление. Годится.
В книге было сказано, что заклятие способно исцелить мелкие повреждения, срастить кости, убрать синяки. Я надеялась, что оно поможет, ибо на нечто большее я не была способна. Зазубрив инструкцию и слова заклятия, я встала над телом Кота, положила одну руку ему на грудь, вторую на голову и зашептала на непонятном языке, прикрыв глаза. Шкурка пациента под моими ладонями нагрелась, подтверждая, что всё идет правильно. На лбу выступили капельки пота, но губы продолжали шептать.
– Давай, - взмолилась я, - Ну давай же!
Слова заклятия иссякли. Я отошла и устало открыла глаза. Мир кружился, но всё что меня волновало, оставалось неизменным. Кот не очнулся.
– Просыпайся, мохнатая морда!
– взвизгнул Колобок и с размаху приземлился Коту на грудь. Тот распахнул глаза и жадно вздохнул.
– О. Получилось, - хмыкнул Колобок и откатился в сторону, давая Коту как следует продышаться.
– Всё закончилось? Мы спасены?
– пьяным, но вполне осознанным голосом спросил Кот, - Я его уделал?
– Кот, с твоей клептоманией и желанием драть людям лица нужно что-то решать, - вся в слезах рассмеялась я, сжимая мохнатую лапку, - Но да, ты его уделал.
– Да что решать, притопить его и дело с концом, - влез в разговор Колобок. Он сентиментальностью не отличался, а вот любопытством ещё как. Едва опасность отступила, румяный потерял к нам всякий интерес и катался из стороны в сторону, рассматривая избу.
– Но, но! Я вообще-то всем жизнь спас, - раздухарился Кот, медленно садясь. Раз начал спорить, значит всё в порядке, жить будет.
– Не всем, - очнулся блюдце, и все посмотрели на него. Как же я сразу не подумала? Наше всевидящее око.
– Ты видишь Демьяна?
– надежда в моем голосе была на гране мольбы. Когда опасность, грозящая Коту, миновала, пришел страх за ведьмака. Ох, сейчас, я была готова верить в чудо.
– Нет, но чувствую.
– И что это значит?
– озвучил общие мысли Колобок.
– Значит, что он в порядке, но найти его я почему-то не могу.
У меня от сердца отлегло. Я не заметила, как от напряжения сжала столешницу, а теперь, отпустив контроль, осела на пол, борясь с головокружением. Сегодняшний день казался бесконечным, ещё и недосып, стресс и адреналин. Будь я в своем мире после пережитого срочно бы записалась на прием к психотерапевту.
– Так что, будем искать ведьмака или вздремнём?
– дружелюбно предложил Колобок, присматривая местечко для ночлега.
– Ты вообще-то не в команде, так что катись подобру-поздорову, - злобно шикнул Кот, стреляя глазами в противника. Я вдруг поняла, что один вопрос остался не решенным.
– Раз уж подняли эту тему, думаю нам стоит обсудить твою дальнейшую судьбу, пирожок.
Колобок напрягся и как-то испуганно посмотрел сперва на меня, потом на кровожадно улыбающегося Кота и вздрогнул.
– И что вы намерены со мной делать?
Кот уже было открыл рот, чтобы ляпнуть какую-то гадость, но я захлопнула его пасть ладонью и ответила первой:
– Отведем домой к бабке с дедом. Как и обещали.
Колобок испугался ещё сильнее, откатился на добрые три метра и отрицательно замотал единственной частью тела.
– Уж лучше верни меня разбойникам. Они милосерднее.
Я непонимающе посмотрела на выпечку. Перед глазами встали печальные лица бабки с дедом, отчаянно жаждущие встречи с внучком.
– Почему ты упрямишься? Старики тебя любят.
Я бы многое отдала, чтобы вернуться во времена, когда меня любили, хоть рана давно затянулась. Я помню их голоса и порой до боли скучаю по любимым объятиям, но дыра в груди больше не кровоточит, зарубцевалась, превратившись в вечный шрам. В моём случае ничего нельзя изменить, но у Колобка ещё был шанс.
– Их любовь душит, а у меня ведь даже нет шеи, - с отчаянием в голосе начал объяснять Колобок и развернулся так, чтобы никто не видел его печальных глаз.
– Да, порой, родные перегибают палку. Но они любят тебя, ты ведь это понимаешь?
– Да, понимаю, - кивнул румяный, - Я вообще не собирался сбегать. Гулял себе по лесу и заблудился. А когда понял, что не могу вернуться, таким свободным себя почувствовал. Я словно только тогда жить начал. Они создали меня, как игрушку, чтобы скрашивал их унылую старость, но так уж вышло, что я живой и хочу быть кем-то большим, нежели утешением.
Меня проняло до глубины души, Колобок говорил искренне, а мне, казалось, он вообще не способен на подобные вещи.