Исследование о растениях
Шрифт:
(8) Растет это дерево, как уже было сказано, и у индусов, и в Аравии. Есть там, говорят, и другие деревья с цветами, похожими на левкой, только без запаха и величиной вчетверо больше фиалки. Есть другое дерево со множеством листочков, как у розы. Ночью они складываются, с восходом солнца начинают раскрываться и в полдень окончательно развертываются; с наступлением вечера опять постепенно сжимаются и ночью складываются. Местные жители говорят, что дерево засыпает. [495] Растут на этом острове и финиковые пальмы, [496] и виноградные лозы, и другие плодовые деревья, и смоковницы, листья на которых не осыпаются. Небесная влага там выпадает, но для плодовых деревьев ею не пользуются; на острове имеется множество ключей, и все поливают водой оттуда; это очень полезно и для хлеба, и для деревьев. Поэтому после дождя жители пускают ключевую воду на поля, словно затем, чтобы она смыла дождевую. [497] Рассмотренные сейчас деревья, пожалуй, и все, которые растут во внешнем море.
495
Это Tamarindus indica L. Дерево это появилось на Барейне очень рано, так как торговые сношения между этим островом и Индией завязались очень давно: уже Андросфен любовался изящными тросточками из индийского бамбука, с которыми прогуливались жители Тила. «Со множеством листиков» означает перистый лист тамаринда, на котором Андросфен и его товарищи впервые наблюдали движение в растительном мире. Обозначение ?????????? («многолистное» «со множеством листиков», «лепестков») введено было Феофрастом для характеристики перистого листа. Тот, кто впервые описывал тамаринд, прибавил для ясности еще «как роза». (Лист розы, перистый, с яйцевидными листочками, был хорошо знаком грекам). Ежедневное движение тамариндовых листиков описано с большой точностью и живостью. Наблюдатель обратил внимание на связь этих движений со временем дня и выбрал удивительно точные и живописные слова, которые трудно поддаются переводу: ???????? — «смыкаться» говорится о смыкающихся веках («дерево спит»): им выражено постепенное складывание отдельных листочков; ??????????; и ?????????? передает медленное раскрывание и собирание листочков, а ?????????? — третью стадию их движения — полное развертывание.
Описание тамаринда у Феофраста разорвано, «...другие деревья с цветами, похожими на левкой...» — это тоже тамаринд, насколько можно судить по его цветам. Брецль (ук. соч., стр. 130) объясняет этот «разрыв» случайной неполнотой заметок, хранившихся в государственном вавилонском архиве.
Перистый лист тамаринда.
Вверху — лист начинает свертываться; внизу — свернувшийся лист.
496
Финиковые пальмы и теперь являются главным деревом Барейна.
497
Греки понимали все значение, которое имеет вода для растительного царства. Этот урок неустанно повторяла им и их собственная, бедная водой родина; пустыни, которые они повидали, закрепили его. Но вода, в которой нуждались их родные деревья и травы,-была пресная ключевая вода; на Тиле греки получили новый, неожиданный урок: оказалось, что есть места, где соленая вода предпочтительнее для растений, чем дождевая. Слова о поливке растений ключевой водой, которой как бы стремятся смыть дождевую, объяснил сам же Феофраст («Причины растений», II.5.5): «Если правду говорит Андросфен, то на острове Тиле... ключевая вода полезнее для деревьев и всех растений, чем дождевая, так как она солоновата, почему после дождя и производят поливку именно ею. Объяснить это можно привычкой, ибо привычка становится как бы природой».
8
(1) После них следует сказать о растительности: речной, болотной и озерной. Есть три вида ее: деревья, растения трявянистые и кустистые. Под травянистыми я разумею, например, болотный сельдерей и другие, подобные ему растения; под кустистыми — тростник, сыть, рhlео, ситник, осоку, которые растут почти во всех реках и в таких местах, где много воды.
В некоторых местах среди такой растительности встречаются ежевика, держи-дерево и другие деревья, например ива, серебристый тополь, платан. Одни из водяных растений целиком находятся под водой, другие — только немного из нее выдаются; у третьих — в воде только корни и небольшая часть ствола, а все остальное снаружи. Так бывает с ивой, ольхой, платаном, липой и со всеми деревьями, любящими воду..
(2) Эти деревья встречаются почти на всех реках; они растут даже в Ниле. Платан, правда, попадается редко, а серебристого тополя и вовсе мало; зато очень многочислен ясень, простой и «коровий». Речных растений [498] в Египте вообще так много, что перечислить их по отдельности каждое невозможно: вообще говоря, они все съедобны и сладкого вкуса. Сладостью они, по-видимому, различаются; особенно питательны три растения: папирус, так называемое sari и растение, которое там зовут mnasion.
498
«Речных» добавлено по смыслу; в тексте, видимо, пропуск.
(3) Растет папирус не на глубоких местах, а там, где воды бывает локтя в два, а то и меньше. Корень у него, толщиной с запястье сильного мужчины; длина больше чем четыре локтя. Он растет по дну, пуская в ил кривые корни, тонкие и густые, и выгоняет вверх стебли, которые и называются «папирусом»: трехгранные, высотой в десять локтей, с жидкой, ни к чему не годной метелкой. Плодов на папирусе нет вовсе, стебли же разрастаются у него во все стороны. (4) Корни его употребляют вместо дерева не только на дрова, но и для изготовления разнообразной утвари: в них много красивой древесины. Самый папирус служит для многого: из него делают лодки, из коры плетут паруса, рогожи, некоторые одежды, подстилки, канаты и многое другое. Чужестранцам наиболее знакомы папирусные свитки. Папирус является важнейшим подспорьем в деле питания: все местные жители жуют его в сыром, вареном и печеном виде; сок они проглатывают, а жеванную массу выплевывают. Таков папирус и таково различное его использование. [499] Растет он и в Сирии на озере, где водится и душистый тростник: из него Антигон [500] велел делать корабельные канаты.
499
Папирус (Cyperus papyrus L), которого в Египте было так много, теперь там почти не растет; он встречается только в Нубии и Абиссинии, и то изредка. Древние в Европе его не знали; папирус, растущий в Сини», лии около Сиракуз, — это сирийский папирус (Cyperus syriacus Pari.), привезенный в X в. арабами из Сирии. Папирус может расти только в стоячих неглубоких водах, в затонах, болотах, у берегов реки («где воды бывает локтя в два» — около 1 м). Он укрепляется в иловатое дно с помощью нитевидных корешков («тонкие густые корни» Феофраста); корневище имеет большое распространение в горизонтальном направлении («длина больше чем в четыре локтя» — около 2 м). Стебель достигает 5 м высоты; он трехгранный, белый в своей подводной части и буро-зеленый в надводной. Корневище папируса в молодости мягко, сочно, ароматно и нежного приятного вкуса; Диодор Сицилийский (I.80) рассказывает, что оно было главной статьей детского питания в Египте. В старости оно деревенеет и тогда употребляется как топливо и для разных поделок. Геродот пишет, что нижняя часть папируса (т. е. стебель над корневищем) высотой в полметра тоже идет в пищу. «Если кто желает иметь особенно вкусный папирус, то печет его в пылающей печи» (II.92). Он же рассказывает, что Ксеркс велел египтянам заготовить из папируса снасти для своего флота; при переброске моста через Геллеспопт использованы были канаты из папируса (VII.25.34.36). Челноки из папируса осмаливали, чтобы сделать их водонепроницаемыми; они считались очень прочными и были самым распространенным типом судна по всему Нилу. Еще в конце XVIII в. челны эти были в большом употреблении в Абиссинии. Наиболее известен был папирус за пределами Египта как растение, из которого делали бумагу.
500
Антигон — один из знаменитейших полководцев Александра Македонского, захвативший после смерти Александра всю верхнюю Азию и Сирию.
(5) Sari растет в воде на болотах и в долинах, когда оттуда схлынет река. Корень у него твердый, скрученный; из него и растут так называемые saria. Высотой они локтя в два, а толщиной с большой палец на руке; трехгранные, как папирус, со сходной метелкой. Их тоже жуют и выплевывают жеванную массу. Корень этого растения идет для кузниц: так как его древесина тверда, то из него получаются превосходные угли. [501]
(6) Mnasion — растение травянистое и годится только для еды. [502]
501
Sari — Cyperus auricoraus Sieber.
502
Mnasion — Cyperus esculentus L., земляной миндаль, чуфа (растение сем. осоковых). Он развивает на подземных побегах небольшие клубни, которые и посейчас употребляют в пищу в сыром, вареном и поджаренном виде.
Таковы растения, отличающиеся своей сладостью. Растет в болотах и озерах еще другое растение, [503] которое не держится за землю; по природе своей оно похоже на лилию, только обильнее листьями, которые расположены друг против друга, как бы в два ряда. Цвета оно яркозеленого. Его употребляют врачи от женских болезней и при переломах.
(7) (Эти растения живут в реке, если их не выбросит течением на землю. Бывает, что оно уносит их с собой, от них разводится множество других).
503
Это Ottelia alismoides Pers.
«Бобы» растут в озерах и болотах; стебель у них высотой самое большее в четыре локтя, а толщиной в палец; он похож на мягкий безузлый тростник и внутри весь заполнен отростками, образующими как бы соты. Стебель заканчивается головкой, похожей на круглое осиное гнездо; в каждой из ее ячеек, несколько выдаваясь оттуда, сидит боб; числом их самое большее тридцать. Цветок вдвое больше, чем у мака; окраска у него яркорозовая; головка находится над водой. С каждой стороны у этого растения имеются крупные листья, равные по величине фессалийской шляпе, с таким же стеблем, как у самого «боба». [504] Если раздавить одно из его зерен, то увидишь нечто горькое и клубкообразное, из чего образуется pilos. [505]
504
Это Nelumbium niciferum Gartn., который сейчас в Египте уже не встречается. Греки давно заинтересовались этим красивым растением; вот описание его у Геродота (II.92): «Есть в реке и другие цветы, похожие на розы; плод у них помещается в особой чашечке, вырастающей сбоку из корня; он похож по виду на соты осы. В чашечке содержится множество съедобных зерен, величиной с косточку маслины; их едят сырыми или сушеными». Феофраст дает описание более подробное и точное: стебель Nelumbium действительно похож на тростниковый, только без узлов; в крупных, яркорозовых цветках находится своеобразная коническая завязь или собственно цветоложе, разросшееся в конус с основанием кверху, в которое и погружены несколько завязей, превращающихся по отцветании в соплодие («головку»), действительно напоминающие осиное гнездо; из этого соплодия торчат плоды. На длинных черешках, похожих на стебель, сидят крупные воронкообразно вогнутые листья, которые Феофраст сравнивает с широкополой фессалий-ской шляпой.
505
Pilos: непонятно, о чем идет речь. Шнейдер думал, что имеется в виду зародыш.
(8) Таковы свойства плода. Что касается корня, то он толще самого толстого тростника [506] и с такими же образованиями внутри, как у стебля. Его едят сырым, вареным и печеным; для болотных жителей он заменяет хлеб. Растение это в большом количестве разводится само собой, но его и сеют, заделывая семена в комья грязи, смешанной с мякиной, чтобы они ушли глубоко и оставались в земле, не портясь. [507] Таким образом и устраивают грядки для этих «бобов». Растение это, однажды принявшись, остается навсегда. Корень у него крепкий и не очень отличается от тростникового, но только колючий., Поэтому крокодил, не обладая острым зрением, избегает этого растения, боясь наколоться на него глазом. [508] Растут «бобы» и в Сирии, и в Киликии, но в этих странах не вызревают; водятся также в одном небольшом озере около Тороны на Халкидском полуострове: [509] здесь они превосходно вызревают.
506
Все кувшинковые обладают подводным корневищем, достигающим иногда большой толщины.
507
Перевод этого места Гортом — «смешав сначала хорошенько семена с мякиной» — не дает смысла: каким образом легкая мякина могла придать вес зернам и каким образом при бросании (????????????) она не разлеталась по ветру? Хороший комментарий к этому месту дает Клинген*, который рассказывает, что индусы перед высевом заключают семена Nelumbium в ком влажной глины. То же делали и древние египтяне, прибавлявшие только к земляному кому еще мякины, которая считалась у древних удобрением. Что касается съедобности этого растения, то семена его в Индии, в Японии и корневища, и семена, а в Китае корневища — идут в пищу. У нас Nelumbium растет около Астрахани в некоторых пресноводных или солоноватых заводях Каспия, в устье Куры и Аракса, а в последнее время и в плавнях Терека (больше в Европе его нигде нет), а также на Дальнем Востоке.
__________
* И. Клинген. Среди патриархов земледелия. 1899, I, стр. 262.
508
Одна из многочисленных басен о крокодилах. Геродот (II.68)» тоже пишет, что крокодил в воде слеп.
509
Халкидский полуостров в Македонии находится между заливами Фермейским и Стримонским. Он выдавался в море тремя узкими полуостровами; на среднем из них (Сифония) и был город Торона.
(9) Так называемый лотос растет в большом количестве по равнинам, которые были затоплены водой. Стебель у него похож по своему характеру на «бобовый», листья также напоминают шляпу, только они меньше и тоньше; плоды растут так же, как у «бобов»; цветы белые, сходные своими узкими лепестками с лилиевыми; лепестков этих много и они посажены густо один над другим. При заходе солнца они складываются и цветочная головка закрывается; с восходом она раскрывается и поднимается над водой. Это происходит, пока головка не созреет и цветок не осыпется. (10) Головка эта величиной с самую крупную маковую, так же как маковая, она вся опоясана рубцами, только семена в ней сидят гуще. Они похожи на просо. На Евфрате, говорят, у лотоса головка и цветы скрываются из виду под водой до полуночи, причем погружаются в воду глубоко: рукой их не достать. На рассвете они опять поднимаются вверх, все больше и больше, по мере того как светлеет; вместе с солнцем показывается над водой цветок, раскрывается и, раскрывшись, еще тянется вверх: значительная часть его выдается теперь над водой. (11) Египтяне ссыпают эти головки вместе и оставляют их, пока они не загниют; когда же оболочка на них подгниет, они моют их в реке, выбирают семена, подсушивают их, толкут и делают хлеб, который и употребляют в пищу. Корень лотоса называется korsion; он круглый, величиной с айву, покрыт черной корой, напоминающей шелуху каштана, но внутри белый; если его сварить или испечь, он приобретает цвет яичного желтка и делается сладким на вкус. Едят его и сырым, но лучше всего он вареный в воде и печеный. [510] Таковы растения, живущие в воде.
510
Это Nyniphaea lotus L. — белый лотос, сходный с нашей белой кувшинкой, Nymphaea alba. Он принадлежит к числу немногих растений, уцелевших от древней египетской флоры, и встречается кое-где в озерах и болотах нижней дельты Нила, возле Розетты. И до сих пор жители дельты собирают его корневища и семена и едят их. Описание лотоса у Феофраста точной верно: стебель действительно похож на стебель Nelumbium; листья тоже напоминают шляпу, но тоньше и меньше; цветы белые, со множеством лепестков, закрывающиеся на ночь и скрывающие под своими лепестками «головку», т. е. завязь с тычинками Шаровидный, похожий на маковую головку плод заключает в себе очень много семян; головка вся в рубцах, идущих как бы поясами вокруг нее; «опоясана рубцами» — сказано очень точно, но сравнение с маковой головкой здесь неверно: у мака нет таких рубцов. Корневище лотоса снаружи черновато, внутри слегка желтоватого цвета. Что касается употребления в пищу лотоса, то Геродот (II.92) пишет следующее: «Когда река выступает из берегов и заливает равнину, на воде вырастают в большом числе лилии, называемые у египтян «лотосом». Они срезают их, сушат на солнце, потом разбивают макоподобные семена лотоса, добываемые из середины лотоса, и приготовляют тесто, которое пекут на огне. Корень этого лотоса также съедобен и имеет довольно приятный складковатый вкус, он круглый и величиной с яблоко».
(12) В песчаных местах, расположенных недалеко от этой; реки, растет под землей растение, которое называется malinathalle, круглой формы, величиной с мушмулу, без косточек и без коры. Оно выпускает листья, похожие на листья сыти. [511] Местные жители собирают их и варят в напитке, приготовленном из ячменя: они делаются тогда очень сладкими. Их все едят как лакомство.
(13) В этих местах для крупного рогатого скота и для овец все растения съедобны, но есть одно, растущее в озерах и в болотах, которое для них особенно хорошо. Скот ест его зеленым на пастбище, а зимой волы получают его во время работ в виде сена: они отъедаются на нем одном; без всякого другого корма. [512]
511
Это земляной миндаль, чуфа (Cyperus esculentus), который уже упоминался в этой же главе (§ 6) под названием mnasion. Такое дублирование можно встретить у Феофраста нередко; его источники обозначали одно и то же растение разными именами или говорили об одном и том же растении как о двух разных, потому что один раз подметили в них одни черты, а в другой раз другие, забыв при этом о первых. Корневище земляного миндаля маслянисто и сладко; его и теперь употребляют как; дессерт, а в Испании из него делают вкусный оршад.
512
Это дикий сахарный тростник.
(14) Есть еще одно растение, которое само собой растет в хлебах. Местные жители очищают хлебные зерна от его семян, слегка их обталкивают и бросают зимой в сырую землю. Когда появятся молодые всходы, их скашивают, высушивают и дают, не отделяя от завязавшихся семян, волам, лошадям и вьючным животным. Зерна у него величиной с кунжутные, круглые, зеленого цвета, исключительного качества. [513] Вот, пожалуй, и все растения, свойственные одному Египту.
513
Это Corchorus trilocularis L.