Чтение онлайн

В своих агрессивных войнах немецкие феодалы проявляли неслыханные жестокости. Особенно свирепствовали они в отношении славян, оказывавших захватчикам непрекращающееся сопротивление. Посредством жестоких расправ захватчики стремились устрашить славянское население, заставить его подчиниться их игу и платить тяжелые дани. Видукинд не без восхищения рассказывает, как саксонские феодалы устраивали расправы над пленными славянами. Однажды они обезглавили 700 пленных славян вместе с их князем и выставили голову князя для устрашения населения. «Их советчика с выколотыми глазами и вырванным языком оставили в куче трупов» [747] .

Випо рассказывает о дикой расправе над пленными славянами, учиненной по приказанию Конрада II: «Он изувечил множество пленных язычников, многих предал мучительной казни» [748] .

По словам саксонского анналиста, немецкие захватчики вырывали своим жертвам ноздри и отрубали конечности [749] .

Опустошительные вторжения и дикие расправы предпринимались с целью выколачивания даней из славянского населения. По рассказу Випо, Конрад II, вторгнувшись в славянские земли, до такой степени усмирил славян страшными опустошениями и пожарами, что они с избытком заплатили наложенные когда-то на них дани [750] .

В итальянских и других военных походах общегосударственного значения главнокомандующим являлся король. Отдельными ополчениями и частями командовали сами собравшие и возглавлявшие их князья или их уполномоченные (фогты) [751] .

В X – XI вв. ополчениями герцогств командовали обычно племенные герцоги. Вот как описывает Видукинд сражение на Лехе (955 г.): «Первый, второй и третий легионы составляли бавары, которыми командовали уполномоченные герцога Генриха (сам он отсутствовал по болезни), четвертый легион составляли франки, которых возглавлял герцог Конрад, шестой и седьмой легионы составляли швабы во главе с герцогом Бурхардом. Избранные чешские воины составили отдельный легион в тысячу человек» [752] . Саксы в этой битве не участвовали, так как они были заняты в войне с Полабскими славянами.

Подобная организация боя сохранялась и в XI в. В сражении на Унштруте 1075 г. против восставших саксов первыми пошли в наступление швабы под командованием герцога Рудольфа; далее в бой вступили бавары во главе с их герцогом Вельфом; наконец в наступление пошли нижнелотарингцы под командой герцога Готфрида Горбатого и верхнелотаринцы во главе с герцогом Дитрихом [753] .

Церковные феодалы, как и светские, лично участвовали в походах и иногда выступали в роли командующих отдельными отрядами. Церковные соборы запрещали епископам и аббатам носить оружие [754] . Но на эти постановления мало обращали внимания, и некоторые из прелатов, подобно светским вельможам, не расставались с военными доспехами [755] .

Войска в поход собирали и готовили сами феодалы – вассалы короля (principes), согласно королевскому приказу. Упоминания хронистов о графствах, по которым будто бы собирались войска [756] , следует понимать не иначе, как в географическом смысле. Король направлял свои приказания князьям, в том числе и графам. Вотчинники, не имевшие графских прав, собирали своих вассалов и министериалов (в исключительных случаях и крестьян; графы – кроме собственных вассалов и министериалов [757] , призывали еще и аллодистов неиммунитетной территории. Подтверждением к сказанному может служить упоминавшаяся выше разверстка Оттона II. Она направлена отдельным князьям. Фигурирующие среди князей несколько графов и маркграфов посылают незначительные контингенты, состоявшие, по всей вероятности, в большинстве своем из их собственных ленников [758] .

Пожалование иммунитетом обычно включало в себя и передачу иммунисту права располагать военным банном над населением зкзимированной территории. В некоторых иммунитетных грамотах об этом специально оговоривалось [759] , в других это подразумевалось в общей формуле запрета introitus (nec... homines... distringendos nec ullas reddibitiones aut inlicitas occasiones requirendas... nostris ac futuris temporibus... ingredi audeat) [760] . Военный банн и связанные с ними штрафы были включены даже в формулу принадлежности некоторых королевских дипломов [761] .

В военном устройстве Германского феодального государства, несмотря на все его слабости, существовал определенный порядок: организация крупных предприятий наступательного и оборонительного характера осуществлялась всеми, или большинством феодалов страны под руководством королевской власти. Обязанность участвовать в этих предприятиях возлагалась государственными законами и ленным правом на всех вассалов и сеньоров. Уклонение от выполнения этой обязанности должно было повлечь за собой по закону наказание – потерю ленов и т. п. [762] . Но на деле феодальная юстиция не всегда приводилась в действие. Крупные нарушители – князья часто избегали всякого наказания, так как у короля не было возможности их наказывать. Наказание осуществлялось только тогда, когда король имел поддержку у основной массы князей. Так было, например, в конфликте с Генрихом Львом (1180 г.). Право, в тех случаях, когда оно касалось феодальных магнатов, могло быть реализовано только с помощью силы, в зависимости от реальной политической ситуации.

По общегосударственному плану военной организации феодалы некоторых областей освобождались от участия в общих военных походах и должны были участвовать только в наступательных и оборонительных предприятиях местного значения. Так, все ленники восточнее Саалы участвовали только в войнах со славянами [763] . Вассалы фульдского аббатства обязаны были служить только в границах Тюрингии и Саксонии [764] . Аналогичные привилегии королевская власть выдавала и другим церковным учреждениям.

Некоторые феодальные землевладельцы освобождались от самостоятельного участия в походах и должны были взамен этого предоставлять помощь (adiutorium) другим [765] .

Для военных предприятий местного значения в Германии, как и в свое время во Франкском государстве, привлекались обычно только военные контингенты нескольких областей [766] .

Мы обрисовали общегосударственную военную организацию. Эта военная организация соответствовала общим интересам немецких феодалов – их внешним агрессивным устремлениям и потребностям обороны. Она создавала своеобразный порядок в общей феодальной анархии. Однако, представление о военной жизни феодального государства было бы весьма неполным, если бы мы опустили внутренние феодальные войны, непрестанно опустошавшие страну и разорявшие трудящееся население. Основная причина этих внутренних столкновений и войн заключалась в стремлении обладавших вооруженной силой феодалов захватить друг у друга земли и различные блага, создаваемые трудом крепостных. Вместе с тем феодальная знать стремилась к установлению своего политического суверенитета и господства, к ослаблению королевской власти и подчинению ее своим узким местным интересам. Таким образом, цели этих внутренних войн ничем по существу не отличались от целей внешних агрессивных феодальных войн. Это тем более очевидно, что внутренние войны иногда переплетались с внешними. Так было, например, во время венгерских вторжений 953 – 955 гг. По своим масштабам некоторые внутренние войны не уступали внешним. Многочисленные восстания и военные столкновения при Генрихе IV даже превосходили внешние военные предприятия этого короля.

Описание бесконечных феодальных военных столкновений и смут не представляет какого-либо научного интереса. Для историка важно проследить тенденцию этой перманентной внутренней феодальной анархии: кто и против кого воевал, к каким результатам приводили внутренние феодальные столкновения.

Феодальные смуты имели свою закономерность [767] . В конце IX, начале X в. чаще всего происходили военные столкновения между отдельными магнатами в областях (во Франконии между Конрадинерами и Бабенбергами [768] , в Тюрингии между Попонами и Эгионами [769] , в Баварии – между Лиутпольдингами и Арибонами, в Саксонии между Лиудольфингами и соперничавшими с ними фамилиями [770] . В ходе этой борьбы наиболее могущественные династы укрепили свое положение в областях и создали сравнительно сильную герцогскую власть. На базе герцогств строилась теперь вся общегосударственная организация. С упрочением королевской власти при Саксонской династии началась постоянная борьба королей с герцогами. Внутренние смуты X в. в своем большинстве представляли восстания герцогов и крупной знати против монархии.

В XI в. все большее политическое значение приобретала крупная светская и церковная знать, начинавшая превращаться в территориальных князей. Эта знать вела совместную борьбу с королевской властью и в то же время непрестанно вступала во взаимные столкновения из-за расширения своих территориальных владений. Начиная с XII в. столкновения между растущими территориальными княжествами приобретали все более широкие масштабы.

Таковы основные линии развития внутренней анархии. Но кроме этих крупных столкновений феодальные будни были еще наполнены непрекращающимися грабительскими действиями рыцарей. В XI в. страна покрылась бургами, из которых рыцари непрестанно предпринимали свои разбойничьи набеги [771] .