Чтение онлайн

Тест на «защищенность от дурака», позволяющий определить людей с дисфункциями, состоит в оценке степени их вовлеченности в такие глобальные вопросы, как социальная справедливость, религиозные благотворительные дела, политика или экология. Чем больше они отдаются этим делам, тем более запущенна их собственная жизнь. В этом и заключается лицемерие человеческой натуры: сосредоточиваться на чужих проблемах, когда невозможно решить собственные.

Необъяснимое желание обывателя хвататься за неразрешимые мировые проблемы дает «общественным мудрецам» мощное орудие для манипуляций. Они используют гордость в качестве одного из механизмов, дающих власть над людьми, заставляя их много работать и мало думать. Невежественный народ подводят к мысли, что его, народа, жертвы способствуют достижению более значительной цели. Обыватель, с его убогой повседневной жизнью, спасает свою гордость наивной верой в то, что его усилие, каким бы незначительным оно ни было, повлияет на решение вечных мировых проблем.

Нелегко и, прежде всего, смешно слушать, как слабые, сбитые с толку люди, которые неспособны членораздельно описать ясную картину того, что их окружает, с пеной у рта бросаются в пучину вечного и бесконечного. Эта комедия превращается в трагедию, когда «общественные мудрецы» пользуются этим туманом в людских мозгах, чтобы протащить ценности, наносящие вред простому человеку и улучшающие жизнь элиты общества. И если циник еще может утверждать, что такая самоубийственная линия поведения является следствием глупости самого человека, то Лао-цзы на сей счет высказывался вполне откровенно. Он недвусмысленно предостерегал человечество от этой опасности.

Даос непременно заметит, что на протяжении всей истории «хорошие» ценности принадлежат аристократии, а «плохие» — простонародью. Так, например, Конфуций описывал «доброго» человека как «благородного мужа», опрятно одетого и наслаждающегося музыкой и чтением книг. Просто замечательное соответствие для 1 % населения — правящей аристократии и богатых торговцев. Однако для 99 % китайцев, бедных и вынужденных тяжко трудиться на своих полях семь дней в неделю, только чтобы выжить, это описание совершенно не подходило. Даже и теперь «хорошие» ценности семей, живущих в респектабельных пригородах, ценности, проповедуемые религиозными лидерами и политиками, не имеют никакого значения для людей, живущих в бедных городских кварталах. Подобным же образом ценности адвоката, окончившего университет, непонятны неученому каменщику.

Литература и театр показывают нам немало нелепых ситуаций, когда аристократы воображают, будто понимают простых людей и пытаются вести себя, как они. Столь же нелепы и попытки простолюдинов подражать аристократам. У каждой социальной группы есть свои представления о том, что такое хорошо и что такое плохо, своя культура и своя система ценностей. Те, кто находится на вершине общественной пирамиды, кому неимущие подражают и кого почитают, постоянно пропагандируют свои ценности через различные каналы связи, существующие в обществе.

Учение Дао, напротив, выходит за пределы социальных слоев и их традиций. Ценности даосизма одинаково годны и для богача, и для бедняка. Поскольку для Дао безразличны традиции общества, хороших или плохих ценностей в даосизме не существует. Есть только практические принципы, которые работают. Разумеется, «общественные мудрецы» будут трудиться не покладая рук, чтобы исказить эти неизменные принципы:

Человек Дао признает, что каждая социально-экономическая группа обладает присущими только ей ценностями и не существует способов, которые позволили бы одной группе по-настоящему понять ценности другой. Обособленность Ценностей выражается в том, что каждая группа по-своему одевается, имеет свой жаргон, слушает свою музыку и определенным образом ведет себя. Таким образом, «хорошее» поведение определяется непосредственным окружением того или иного человека. Поэтому даос считает выражение «я бы на твоем месте» абсурдом, так как «я» — это не «ты» и, стало быть, не могу понять умом твои ценности.

В целом мысль о том, что хороших или плохих ценностей не существует, содержит в себе глубокую мудрость. Она требует, чтобы даос смотрел поверх общественного соглашения и вместо него воспринял бы те ценности, которые находятся за пределами этого соглашения. Например, даос знает, что и у воров есть представление о чести, и если общество может клеймить воров как «безнравственных», то даос не столь категоричен в своих суждениях. Красноречивый факт из истории религии: на протяжении тысячелетий и стражи порядка, и преступники поклонялись в даосских храмах одному и тому же божеству. Признавая, что ценности социума служат всего лишь орудиями для манипуляций, которыми располагает правящий класс, личность получает в свое распоряжение более утонченное интеллектуальное оружие, позволяющее отразить атаку надзирающей власти элиты и избежать дальнейшей путаницы и заблуждений.

Одна из самых важных идей Лао-цзы — это его объяснение процесса, из-за которого простой человек утратил свою изначальную природу и от этого сделался существом, полным неудовлетворенности. Понимая этот процесс, ученик-даос может попробовать устранить тот вред, который общество нанесло его природной сути, и отвоевать свою душу. Лао-цзы говорит о древних временах, когда человечество принимало свою изначальную природу, а затем описывает упадок даосизма:

Итак, уже тогда «общественные мудрецы» скармливали «человечность» и «справедливость» стадам простого народа, создавая тем самым основу для знаний и мудрствования. Знания и мудрствование затем прогрессировали до следующей стадии социальной болезни, при которой лицемерие сделалось вопиющим, и в результате начался хаос. Общество утратило свою природную суть тысячи лет назад, и человечество сделалось унылым сборищем погибших душ, потерявших всякую связь со своей природной сердцевиной.

Хорошим примером того «мудрствования» социума, против которого нас предостерегает Лао-цзы, является классическая «Американская Мечта». Современные американские Ценности определяют типичный жизненный цикл американской семьи (а также многих семей в западном мире, в целом, по большому счету, взявшем Америку за образец). Что же это за ценности? В сущности, это набор требований, необходимых, как считается, для счастья, а на самом деле порождающих совсем обратное — неудовлетворенность. Трудовая этика и идеал «жизни как потребления» вбиваются в головы молодежи всеми членами общества, во главе которого стоят «общественные мудрецы». Для счастья требуется большой дом, дорогой автомобиль, целый выводок детей, набожность и долгосрочные сбережения. Все это фактически становится критерием счастья, погоне за которым граждане посвящают всю свою жизнь и которое на самом деле приводит их к крайней нужде.

Давайте посмотрим, как достижение американской мечты разворачивается во времени на самом деле. После детских лет, проведенных в школе, типичный восемнадцатилетний юноша (или девушка) направляет все свои усилия, чтобы ценою целого состояния получить образование в колледже. Ожидается, что дальше последует брак, в котором молодые муж и жена будут оба работать полный рабочий день, чтобы позволить себе купить в рассрочку свой первый дом. Далее традиция предписывает завести ребенка, несмотря на такую реальность, которая заставит молодую мать после короткой передышки вновь окунуться с головой в свою карьеру, чтобы семья могла позволить себе внушительный ипотечный кредит и расходы на детский сад.