Чтение онлайн

В начале вечера Мыш принес Елене бокал кока-колы. Она осторожно взяла, покрутила в руках с тем же пытливым выражением в глазах, которое Блэк уже успел окрестить Взглядом. С большой буквы. Кока-колу она словно рентгеном просветила. И поставила на стол. И больше ничего. Ни пива, ни "Энерджайзера", ни коктейлей. Даже минеральной воды не попросила, а ведь в баре было жарко и душно. И, между прочим, на ней ни капли пота.

Блэк перевел взгляд на большое зеркало у стойки, в котором отражалась Елена. И сам себе поставил шесть, за наблюдательность. В зеркале отражался лишь темный силуэт. Все свечение было здесь.

Мысленно пожелав себе "ни пуха" и сам же послав себя к черту, Блэк встал и подошел к Елене.

– Привет, - вполголоса сказал он, - Ты молчаливая сегодня.

Она повернулась.

– Да.

Блэк растерялся. Тщательно выстроенный в голове разговор девушка поломала одним коротким словом даже не из трех букв, а всего из двух.

– Я слушаю, - продолжила она, - и смотрю. Здесь все так интересно.

– А ты раньше никогда не была в "Бродяге"?

– Нет. Я раньше не была... Не была, - Елена мечтательно улыбнулась и подняла лицо к низко висящему потолку с матовыми желтыми фонариками, дающими приглушенный свет, - Быть... Сбыться. Ты когда-нибудь думал о том, что чувствует мечта, когда она сбывается?

– Что?

– Ей интересно...

– Интересно, как поведут себя те люди, у которых она сбылась?
– уточнил Блэк

Елена качнула головой:

– Просто интересно. Все.

– Никогда не думал об этом под таким углом, - признался Блэк

– Аленка, потанцуем?
– Игорек вырос, словно из-под земли, чертовски не вовремя. Блэк не успел среагировать. Был уверен, что Елена пошлет его подальше... Но она с готовностью кивнула.

– Ну и чего ты ждал?
– обругал себя Блэк, - сказала же "все интересно". С чего ты взял, что интереснее других?

Лариска опустилась на стул рядом, заглянула в лицо. Блэк ответил тем же. С минуту она пыталась играть с ним в "гляделки", потом рассмеялась, махнула рукой и отошла.

Он смотрел на пару в центре танцпола.

Большой минус профессионализма в том, что его не выключишь. Помимо воли Блэк отмечал, где ошибся Игорек. Не довел движение, немного провис... был чуть более резок, чем нужно. Это была обычная медленная композиция, и пара просто покачивалась в такт музыке, но покачиваться тоже можно по-разному. Елена была совершенна.

– У вас есть "Князь Влад"?
– негромко спросил Блэк девушку в форме, которая колдовала у центра.

– Конечно, - кивнула она, - у нас приличное заведение. Поставить после этой?

– Нет. Сейчас.

Блэк аккуратно раздвинул танцующих. Музыка оборвалась на середине фразы.

– В чем дело? Еще полчаса до закрытия, - возмутился кто-то из парней.

– Передохни, - бросил Блэк приятелю и уверенно, как на репетиции, положил руки на плечи Елены.

– Ого!
– присвистнула Лариска.

Темные глаза Елены засияли от любопытства.

Тревожный ритм накрыл бар и отразился глазах партнерши. Она готова. Мгновенная перестройка. Безупречна... Есть ли под этой совершенной оболочкой живой человек? Кости, мышцы, кровь? Проверить можно лишь одним способом - прикоснуться. Глазам Блэк уже две недели как не верил. Глаз - вообще медленный и слишком консервативный прибор, его легко обмануть. Не зря же в старину говорили: "отвести глаза". Своему телу, тренированному восемью годами тяжелейшей работы, Блэк доверял.

Оказалось - напрасно. Музыка подчиняет вернее, чем оружие. Не зря же у Гаммельского Крысолова была дудочка, а не ружье. В следующую секунду Блэк уже не помнил, что за эксперимент затеял. В его руках был идеальный инструмент, с которым можно сделать все, показать все... Все, что годами колотилось в стенки сердца и не находило выхода.

Блэк всегда знал себе цену, и знал, что она высока, но гением себя не считал. Безупречный контроль над своими движениями, которого он настойчиво добивался и добился, означал, что Блэк всегда, в любых обстоятельствах сделает то, что нужно. Но не больше. Гениальность танца заключалась в том, чтобы в какой-то момент "отпустить" себя. Блэк знал, что если он однажды не решится на это, то танец в его жизни так и останется хобби. А он - просто способным мальчиком. Знал и - не мог решиться. Боялся. Себя боялся. Кто знает, что он может сотворить, когда его в нем нет?

Наверное, с катушек он все-таки слетел не сам. "Помогла" Елена. В какой-то момент перестало иметь значение все, кроме идеального инструмента, который податливо прогибался в его руках под немыслимым углом и вздрагивал в том же ритме, что и он. Блэк не осознавал, что делают его руки, ноги, спина. Как поворачивается голова. В его руках был чистый свет, и он скользил по этому лучу вверх и вниз, то почти касаясь лицом пола, то глотая пересохшими губами желтые блики лампочек под потолком. Футболка начала ощутимо мешать "сверхпроводимости" и ее не стало. Насколько шокирующее это выглядело со стороны? Блэк не знал, потому что впервые в жизни, танцуя, забыл уголком глаза посматривать в зеркало.

Когда наступила тишина, она была абсолютной. Не просто закончилась композиция. Закончились все звуки вообще. Никто не жевал и не глотал, никто не шевелился. Похоже, даже не дышали. Все. И "Стрит-Данс", и персонал, и немногочисленные посетители. Вновь обретя способность видеть, в первые мгновения Блэк видел только глаза. Сотню глаз, прикованных к нему и Елене.

Тишину нарушил Игорек.

– Вот, мать твою... Увидишь такое, и уверуешь в Господа...
– и неожиданно размашисто перекрестился.

Никто не засмеялся.

Легко обнимая Елену за плечи, Блэк вернулся к своему месту за столиком. Кто-то молча налил ему стакан минералки, и он, так же молча, половину выпил, а другую опрокинул на себя. Натянул футболку, поданную кем-то еще, может быть, Лариской? Не обратил внимания.

Осторожно, словно ступая по льду, подошла Настя. Она совершенно протрезвела, словно и не было "бабахнутых" трех или пяти коктейлей.

– Знаешь, это было почти за гранью, - призналась она.

Блэку говорить не хотелось. Им владело странное чувство, что он, вот только что, все уже сказал.

– За гранью приличия?
– все-таки поинтересовался он.

– За гранью реальности.

Они еще немного помолчали. Елена тихонько сидела рядом. К минералке она так и не прикоснулась. Настя ничего не заметила, а Блэк уже перестал удивляться. "Удивлятор" заклинило.

– Знаешь, я говорила с твоим отцом, - после паузы призналась Настя. Было заметно, что признание далось ей с некоторым трудом.