Истинная для дракона-магистра
Шрифт:
– Кьяртон, не смешно. Все знают, что ты на дух не выносишь людей. Зачем пугаешь адептку? Бедняжка аж дар речи потеряла, на ней лица нет!
Райан соизволил отойти от стола. Прислонившись к стене у окна, он пристально смотрел, как я поднимаюсь с кресла, хватаясь руками на покрытую лаком столешницу. Едва переступая ватными ногами, я пошла к выходу, но Дансмор покачал головой и указал на стул.
– Сядьте.
“Да что им от меня понадобилось?” - чуть не плача, подумала я.
– “Сначала один ведёт себя до ужаса странно! Гипнотизирует, подавляет волю и внушает постыдные мысли. Теперь ректор не даёт мне уйти, а мне уже пора на занятия!”
– Это ещё зачем?
– озвучил мой вопрос Кьяртон, вернувшись на своё рабочее место.
– Райан, это я должен спросить, зачем вы изводите прилежную адептку, в то время, как среди ваших подопечных творится чёрт знает что?
Чёрный дракон нехорошо нахмурился. Его верхняя губа дёрнулась в знакомом презрительном жесте, а пальцы начали выбивать рваный ритм по гладкой столешнице.
– Что такое, Дансмор?
– Да всё! Но начнём с этого.
Папка со звонким шлепком упала на стол куратора-магистра. Кьяртон тут же придвинул её к себе и раскрыл на первой странице. Пробежавшись по ней глазами, он молча кивнул, достал из ящика старомодное перо, поставил размашистую подпись в самом низу и вернул папку ректору.
– Даже не спросил за что отчислили одного из вверенных тебе адептов?
– раздражённо спросил ректор, но едва Кьяртон раскрыл рот, продолжил.
– То, что ты являешься двоюродным братом короля не даёт тебе…
– То, что я двоюродный брат короля, не даёт ТЕБЕ, ректор Дансмор, разговаривать со мной в подобном тоне, - неожиданно рявкнул магистр, хлопнув ладонями по столу.
– Особенно при адептах! С другими лаэрами ты, как миленький, соблюдаешь субординацию. Значит, дело во мне, так?
Я решилась подать голос, чтобы убраться из эпицентра набирающего силу скандала:
– Простите, ректор, магистр, можно я пойду?
Дансмор вздрогнул, как будто уже забыл о невольном свидетеле и, взяв со стола Кьяртона папку, протянул мне:
– Отнеси моему секретарю.
Кивнув, я взяла папку, прижала к груди и пулей вылетела из кабинета. Едва за мной закрылась дверь, как до моих ушей донеслась отборная брань. Впрочем, она слишком быстро стихла.
Кабинет ректора располагался в другом конце коридора. Я прошла почти половину пути, как вдруг в голову пришла отчаянная мысль.
“Если адепт отчислен, то можно посмотреть за что именно?” - вкрадчиво шепнул мне внутренний голос.
– “Никто же не запретил мне заглядывать внутрь. Только донести до кабинета.”
Поддавшись шальной мысли, я огляделась по сторонам, раскрыла папку и едва сдержала радостный крик!
“Шахтал Закияр, земной мир, восемнадцать лет. Отчислен за кражу драгоценных камней из кабинета алхимии и последующую продажу в Горинске.”
Но не это меня взволновало.
Дрожащим пальцем я вела по строчке, что располагалась над подписью Кьяртона:
“Отбытие в земной мир через портал номер три. Шестой день недели, девять часов вечера.”
И адрес! Там был адрес портала, который находился в Горинске!
– Ну всё, подлый дракон-гипнотизёр, - возбуждённо прошептала я, держа в руках папку, как великую драгоценность.
– Мне пора домой.
Глава 41
Ожидание выходных было невыносимым. Несмотря на то, что я для себя уже всё решила, занятия и домашку никто не отменял.
Как назло, у меня всё лучше и лучше получалось работать со стихией. Лаэры на уроках меня сдержанно хвалили, Руперт подсказывал нюансы, которые я, в силу земного происхождения не понимала. Я же в свою очередь помогала Олесе найти общий язык с Гэрольдом Нивэном Третьим.
Правда, Третий-Шестой был недоволен. Помня о том, что мы изображали расставшуюся парочку, я гоняла к нему соседку с записками по самым ерундовым поводам. Первые пару дней ненаследный принц сдержанно улыбался Лесе, внимательно читал содержимое моих записочек, писал ответ и перекидывался с довольной девушкой несколькими ни к чему не обязывающими фразами.
Однако на четвёртый день, когда мы встретились на месте нашей с Кьяртоном “дуэли” после занятий, золотой дракон в ультимативной форме заявил, что лучше не будет со мной общаться, зато терпеть назойливых прилипал тоже не будет.
Мы приняли экстренное решение “внезапно помириться” и даже позволили обнаружить себя в нашем укрытии нескольким драконам с боевого факультета, однокурсникам Гэри. Слухи о наших с ним отношениях вяло возобновились, но интереса ни для кого уже не представляли.
Ночь перед днём “икс”, как я его назвала, прошла для меня беспокойно. Мне снился кошмар: стервятники гоняли меня по пустому зданию академии, а я в отчаянии звала магистра Кьяртона. Жуткие твари, что встретились мне в квартале Аспидов, загнали меня на крышу Горинской Академии Высшей Магии. Медленно, шаг за шагом, я отступала к самому краю, но когда они подошли так близко, что я почувствовала их слабый гнилостный запах, мне не оставалось ничего другого, кроме как прыгнуть вниз.
– Грозная!
– сквозь мой истеричный вопль пробился взволнованный голос подруги.
– Маргарита, проснись!
Я открыла глаза и обнаружила себя в нашей с Лесей комнате. Подруга сидела на краю разобранной постели, вцепившись в моё плечо, а я судорожно глотала воздух ртом и не могла произнести ни одного внятного слова.
– Кошмар, да?
– понимающе спросила она и, не дождавшись моего ответа, добавила.
– Понимаю, от перенапряжения такое бывает. Первый курс самый сложный, потом привыкнешь.
“Уже нет”, - подумала я, изо всех сил отгоняя от себя мысль, что неплохо было бы остаться. И плевать на мнение и желания Кьяртона.
Выпив стакан воды, я вновь забралась под одеяло и осторожно сомкнула веки.
“Тоже мне, Истинный”, - накручивала я себя, испугавшись кошмара.
– “Мог бы и спасти вообще-то. Каким образом? Ну это уже не мои проблемы. Придумал бы что-нибудь.”
Под собственное ворчание, я довольно быстро уснула и на этот раз вообще без снов.
Конечно же, я проспала!
Пулей летела к стоявшему у ворот недовольному Гэри, который ёжился под сильным ветром, но и не думал уехать в Горинск без меня.