Истинная на минималках
Шрифт:
Он протянул руку, и Эмили, немного поколебавшись, пожала ее. Его рука была теплой и сухой.
– Рад познакомиться, Эмили. Вы выглядите бледной, – проговорил он, – Может, вам стоит выйти на свежий воздух?
Эмили очень хотелось оказаться подальше от громкой музыки и удушающей атмосферы зала, которая давила на неё, но она не знала как далеко может отойти, не знала размер своего "поводка".
– Я в порядке, – пробормотала Эмили, стараясь выдавить из себя улыбку. – Просто немного устала.
Он нахмурился, явно не поверив ее словам. Его взгляд скользнул по ее рукам, крепко сжимающим бокал, и по напряженной линии плеч.
– Не думаю, что это только усталость. Пойдемте, я провожу вас в сад. Там тише и прохладнее.
Эмили колебалась. Ей действительно хотелось глотнуть свежего воздуха, но мысль о возможной расправе, приводила ее в ужас.
Девушка не видела, как в тени колонны замер темный мужской силуэт, который в ярости сжимал кулаки, снедаемый ревностью и чувством собственничества. От того, что к его истинной прикасаются другие мужчины, тем более что только сегодня он заметил как она хороша.
И злился ещё больше от того, что сегодня это заметил не только он.
38.
Но искреннее беспокойство нового знакомого заставили ее сдаться:
– Хорошо, – тихо ответила она, позволяя ему взять себя под руку. – Спасибо.
Девушка надеялась, что её голова не превратиться в ошмётки, едва она выйдет за дверь.
Алкоголь немного притупил боль и они медленно двинулись к выходу, пробираясь сквозь толпу танцующих и болтающих людей.
Разговор завязался легко, как будто они были знакомы много лет.
Она смеялась, шутила, поддерживала беседу.
Мужчина оказался внимательным слушателем и остроумным собеседником.
И с каждым словом, с каждым жестом, Эмили чувствовала, как страх уступает место любопытству.
Девушка почувствовала, как напряжение постепенно отпускает ее, когда они оказались в прохладном полумраке сада.
Аромат цветущих роз и жасмина окутал её, словно мягкое покрывало, успокаивая израненную душу. Она прикрыла глаза, вдыхая этот пьянящий воздух, чувствуя, как тяжесть, сковывавшая её движения, понемногу растворяется в вечерней прохладе.
Внезапно из темноты появился силуэт. Эмили вздрогнула, готовая к худшему, но фигура приблизилась, и она увидела знакомое лицо. Это был Блэквуд, он кивнул её спутнику:
– Спасибо, Алекс, дальше я сам.
Эмили удивленно выдохнула, наблюдая, как Мейсон бесшумно скользит к ней по гравийной дорожке.
Его лицо, обычно непроницаемое, сейчас казалось смягченным лунным светом, пробивающимся сквозь листву:
– Эмили нам нужно уходить! Сейчас же, пока Олдбрук не вернулся!
В его глазах читалось беспокойство.
Мужчина, протянул к ней руку. Но она отшатнулась, не доверяя никому.
– Никуда я с вами не пойду! Это всё из-за вас!
Голос дрожал, выдавая бурю эмоций, клокочущую внутри.
– Послушай, сейчас не время для обвинений, — Блэквуд попытался сохранить спокойствие в голосе, – Олдбрук не остановится ни перед чем, а не позволю ему этого сделать.
– Вы не понимаете, через что я прошла! Из-за вас, я едва не лишилась рассудка. Из-за вас меня похитили, морили голодом, кусали и издевались!
Воспоминания нахлынули, сдавливая горло.
Он сделал шаг вперед, снова протягивая руку, на этот раз более настойчиво.
В его глазах мелькнула тень раскаяния, которая, возможно, была лишь игрой лунного света.
– Доверься мне хоть раз, Эмили. Это единственный шанс выжить.
Девушка отшатнулась, словно от огня. "Довериться ему? После всего, что произошло?" Её взгляд метался между его лицом и протянутой рукой, в голове боролись страх и отчаянная потребность в защите.
– Выжить? А что, если выживание с вами окажется хуже смерти? – прошипела она, сжимая кулаки. – Я лучше встречу Олдбрука лицом к лицу, чем снова стану вашей марионеткой.
К тому же я не могу уйти из-за этого, — девушка указала на ошейник.
Мужчина подошёл ближе, глаза вспыхнули янтарём и он разломал несчастный металл, как щепку.
– Они были правы, вы тоже чудовище, — потрясённо пробормотала девушка глядя ему в глаза.
Блэквуд опустил руку, его лицо помрачнело. Он понимал её гнев, её страх, но времени на уговоры почти не оставалось.
– Олдбрук уже близко, Эмили, — с этими словами он зажал рукой с платком ей рот.
И через пару минут тело девушки обмякло.
– Неужели это было так необходимо?
– спросил Алекс, когда мужчина подхватил бесчувственную Эмили на руки.
– Мне некогда её уговаривать, — рявкнул мужчина.
– Ты всегда всё привык решать силой, Мейсон. За это мы все уважаем тебя, но в любви одной силы не достаточно.
– При чём здесь любовь?
– скривился мужчина.
– Она твоя истинная. Ты же не станешь отрицать, что она тебе не безразлична, — Алекс покачал головой.
– Зачем все эти сложности, Мейсон? Просто скажи ей.
– Она и так будет моей.
– Ладно, делай, что должен, — вздохнул Алекс, следуя за ним.
– Только помни, что у всего есть своя цена. И иногда эта цена оказывается слишком высокой.
Блэквуд остановился, прислушиваясь. Ветер донес до него отдаленный звук, который он не мог разобрать наверняка. Но что-то в этом звуке заставило его напрячься.
– Нам пора.
Мужчины погрузили Эмили в машину. Мейсон сел за руль, а Алекс расположился на заднем сиденье, наблюдая за неподвижной девушкой.
Всю дорогу они ехали молча, каждый думал о своем. Мейсон размышлял о том, что любовь всегда казалась ему слабостью, чем-то, что может помешать достижению цели.