Чтение онлайн

Сам Вольский выглядел по-другому, чем в рекламе по телевизору. Почему-то я представляла его ниже. А он – сантиметров сто девяносто, не меньше. При этом широкоплечий, статный. Его русые волосы были зачесаны назад. Аккуратные, прямые, словно вырезанные из дерева черты лица венчала ухоженная бородка. Пепельно-серый костюм как нельзя подходил к его глазам.

– Я…

Сама не знала, что сказать ему.

– Тихо. Успокойся. Я знаю кто ты.

– Голубоглазов…

– Я знаю, что он тебя заставил стать его женой. И могу тебе помочь отделаться от него. Если ты поможешь мне, - говорил Вольский, смотря мне в глаза.

– Что вам нужно?

Он потянулся в карман, достал оттуда что-то небольшое, размером с ноготь.

– Тебе нужно вставить это во включенный компьютер Голубоглазова.

– Что это? – прошептала я, чувствуя, что вся трясусь от страха.

– Флэшка. На ней программа, которая перешерстит все файлы на его компьютере и отправит мне нужные файлы, - он шагнул ко мне.
– Да не бойся ты так. Эти файлы – доказательства темных делишек нашего волчонка. Если передать их куда следует – он сядет в тюрьму. И надолго. Видишь? Ты помогаешь сама себе. Оттуда он до тебя не дотянется.

– А может, вы меня просто увезете и я расскажу журналистам…

– Что? – прервал он. – Слезливую историю о том, как Виктор Голубоглазов заставил тебя стать его женой? Это быстро замнут, а ты получишь врага, который вскоре может править страной.

– Мне страшно…

– Послушай, если не поможешь мне – можешь не дожить до выборов.

Меня передернуло.

– Ты ему нужна только как красивая картинка рядом. А твоя смерть в автокатастрофе накануне дня голосования подымет его рейтинги. Я не пугаю, просто говорю, что он на это способен.

Он протянул мне флэшку, я попыталась её взять, но из-за трясущихся пальцев обронила на пол. Вольский тут же поднял её.

– Не теряй. От этого зависит не только твоя жизнь. Ни мне, ни тебе, ни кому-либо еще, кто знает каков он на самом деле, не захочется, чтобы такой тип встал во главе государства.

Он шагнул ко мне, протянул руку и бросил флэшку в декольте моего платья.

– Мне нужно идти. Не нужно, чтобы Голубоглазов узнал, что мы говорили. Успокойся и иди к нему.

Он развернулся и вышел из подсобки, а я какое-то время молча стояла и смотрела в закрытую дверь. Все мое естество, каждая клеточка тела билась в страхе. Сиюминутное желание выбросить флэшку Вольского куда-то за ящики нарастало с каждым мгновеньем.

Так, стоп.

– Возьми себя в руки, - вслух проговорила я.

Мне нужно наказать Голубоглазова. Он не должен меня сломать. А это – лучший способ сделать это. Другого может и не подвернуться. Я должна это сделать!

Стиснув пальцы в кулаки, вышла из подсобки, зашла куда собиралась – в уборную. Сделав свои дела, посмотрела в зеркало. Блин, вся трясусь, как осиновый лист, побледнела, похожа на призрак. В таком виде к оборотню нельзя. Он точно поймет, что что-то здесь не так.

Надо успокоиться.

Успокойся.

Вот только не получалось. Никак. Успокоишься тут оказавшись меж двух огней национального, мать его, масштаба!

Могу ли я доверять Вольскому? Правду ли он говорит? Черт! А если нет? От страха я и не спросила, что же такого натворил Голубоглазов и доказательства чего мне нужно добыть.

 Конкуренту оборотня на меня плевать. Он просто хочет победить на выборах. Но здесь враг моего врага – мой друг. Нужно это сделать. Необходимо. Интуиция подсказывала, что Голубоглазов и правда может сделать со мной что угодно.

А теперь успокоиться.

Я покинула уборную, направилась в зал, по пути взяв с подноса официанта бокал с шампанским и в мгновенье осушив его. Кажется, легче.

Оборотень все еще сидел рядом с толстяком и, кажется, был увлечен разговором настолько, что и не заметил, как я отходила. Я встала у стены, так, чтобы не очень привлекать к себе взгляды собравшихся здесь персон. Было в них что-то неприятное, при чем в каждом. Я словно бы оказалась на шабаше нечистой силы.

– Эй, красавица! – услышала голос, повернулась и увидела подвыпившего мужчину, идущего ко мне шатающейся походкой. – Не хочешь развлечься? Тут есть пару комнат. Там уютно.

– Нет, не хочу. Уйдите, пожалуйста.

– Да ладно тебе! Чего скучать? Знаешь, кто я? Нет? Пошли, расска…

Он вмиг умолк. Направил взгляд в сторону и застыл. Кажется, даже протрезвел. Я проследила за его взглядом и увидела идущего к нам Голубоглазова. Оборотень был явно чем-то недоволен. Напряженное лицо выглядело так, будто он прямо сейчас готов кого-нибудь прикончить.

– Извините. Я перепутал вас с подругой. Извините, пожалуйста, - дрожащим голосом пробормотал незнакомец и почти что бегом направился к выходу. Одного вида оборотня хватило чтобы напугать этого человека до усрачки.

Черт возьми, что же ты такое, Виктор Голубоглазов?

***

Уж не знаю, о чем говорил оборотень с тем толстяком, но для него разговор явно сложился неудачно. На его лице так и читалось негодование. Он показал мне жестом идти за ним и направился к черному ходу, где нас уже ждала машина.

– Забирайся, - сказал он, открывая дверь.

Я залезла в машину, он примостился рядом и нервно забарабанил пальцем по колену. Меня это выводило из себя, хотелось провалиться в бездну, только бы не слышать этих звуков. Затем он достал телефон, позвонил куда-то.

– Кудрев не согласился. Действуй, - сказал он и вернул аппарат во внутренний карман пиджака. Уж не знаю, кому звонил Голубоглазов и что имел ввиду, но возникло ощущение, будто бы он только что отдал приказ об убийстве.

Я вся задрожала. Когда-то он и насчет меня сделает такой же звонок. Единственное, что я могу – помочь Вольскому.

– С тобой что-то не так, - оборотень посмотрел мне в глаза.

Пальцы до боли сжались в кулаки.

– Знаешь, не привыкла еще быть твоей игрушкой, - ответила ему.

– Ты пила? – спросил он.

– Бокал шампанского, - с облегчением кивнула я.

– Больше не пей.

– И почему же?

– Я не хочу видеть тебя пьяной. Чувствовать запах алкоголя. Мы различаем запахи куда лучше вас, и поверь, в этом мире нет ничего хуже женщины, воняющей спиртным.

Спорить я не хотела, хоть можно было упрекнуть его в том, что он и сам пил на моих глазах. Мало ли что ему придет в голову. Вдруг опять озвереет. Потому просто кивнула и отвернулась к окну. Все-таки другого выхода, кроме как выпить, у меня не было. Хоть алкоголь я никогда особо не любила. Могла выпить бокал вина на какой-нибудь праздник – на этом и все.