Чтение онлайн

— Вон Лира моя перебрала всё до последнего, — продолжает она, и в голосе звучит усталая ирония. — Мне казалось, я просто сойду с ума, разбирая её балетные пачки, этот бисер по всему дому, ленты, иголки, пяльцы для вышивания… Господи, чем она только не занималась! Она даже твоего Свята научила играть на губной гармошке! Вот сейчас она успокоилась и занимается только рисованием.

— Полностью согласна, — кивает Селеста, и её голос звучит мягче. — Пока маленькая — пусть ходит. Мирослава моя тоже чем только не занималась. Правда, её, как ни странно, девчачьи дела не увлекают. Ей бы что-нибудь разобрать и попытаться собрать обратно. Но пока что все разобранные часы в нашем доме ни разу не собрались во что-то нормальное. Она разберёт их, а потом «Ой, не работает». И пошла искать, чтобы ещё что-нибудь разобрать.

Мы смеёмся, и в воздухе становится легче. Это правда. Все дети такие. Любопытные, непоседливые, хватающиеся за всё подряд.

Селеста отпила вина из своего бокала, а потом хитро прищурилась и сказала:

— А ты купи себе костюмчик.

И поиграла бровями.

Я непонимающе уставилась на неё:

— Какой костюмчик?

Майя рядом засмеялась как то сильно звонко, заразительно:

— Точно. Костючик принцессы. Прозрачный…

Я покраснела до корней волос, кажется, и поняла, о чём идёт речь.

Эти две извращенки подбивали меня на эротический костюм.

Они предлагали мне соблазнить моего мужа.

Вот же две хитрые лисы.

— Серьёзно? — выдавливаю я, и голос звучит выше обычного.

— Абсолютно, — отвечает Селеста, и в её глазах танцуют искорки. — Ты покажешь ему, что восточные танцы — это не только про шаровары и детские мультики. Это про страсть. Про соблазн. Про то, как женщина может свести мужчину с ума одним движением бёдер.

Майя кивает, соглашаясь:

— Он увидит тебя в этом костюме, и все его возражения растворятся в воздухе. Поверь мне.

Я отпила вино и подумала о том, что нам срочно нужно разнообразить интимную жизнь. А мне ещё и найти музыку. И посмотреть пару видео.

Потому что соблазнять Бранда… это всегда было моей любимой игрой.

И если это поможет нашей дочери получить то, что она хочет... почему бы и нет?

***

Я приезжаю домой после того, как увезла детей к Майе в гости.

Свят был в восторге ведь Лира наконец приехала из лагеря для художников. Аида немного капризничала, но когда увидела Миру, которую привезла Селеста с её коллекцией разобранных механизмов, тоже успокоилась.

Майя при этом выглядела такой осведомлённой, ещё и так многозначительно мне подмигнула, что я уже пожалела о том, что взялась за эту идею.

— Удачной охоты, — прошептала она мне на ухо, когда я уже садилась в машину.

Щёки вспыхнули огнём, и я поспешно захлопнула дверцу.

Всю дорогу домой руки дрожали на руле. Сердце колотилось где-то в горле, а в животе порхали бабочки. Или это называется нервами? Я не знаю. Я только знаю, что чувствую себя одновременно глупо и возбуждённо.

Я собираюсь соблазнить своего мужа.

В костюме танцовщицы.

Господи, во что я ввязалась?

***

Заходя в дом, я слышу тишину. Бранд всё ещё в кабинете. Я знаю это по свету, который просачивается из-под двери, по едва уловимому запаху виски.

Поднимаюсь в спальню. Достаю из шкафа пакет, который спрятала ещё вчера. Подальше, за стопкой полотенец, чтобы Бранд случайно не нашёл. Разворачиваю.

Нежно-белый костюм с блёстками, которые переливаются даже в полумраке комнаты.

Тонкая полупрозрачная ткань, расшитая серебряными нитями. Лиф, едва прикрывающий грудь. Шаровары с низкой посадкой, открывающие живот и бёдра. Пояс с монетками, которые звенят при каждом движении. И вуаль. Лёгкая, почти невесомая, прикрывающая нижнюю часть лица.

Я переодеваюсь медленно, наблюдая за собой в зеркале.

Ткань скользит по коже, холодная и гладкая. Блёстки ловят свет, рассыпаются искрами по телу. Я затягиваю пояс на бёдрах, поправляю лиф, накидываю вуаль. Распускаю волосы. Они падают волнами до поясницы, обрамляют лицо.

Смотрю на своё отражение и почти не узнаю себя.

***

Спускаюсь по лестнице босиком. Осторожно, чтобы не греметь. Монетки на поясе тихо позвякивают. Сердце стучит так громко, что кажется, его слышно во всём доме.

Подхожу к двери кабинета. Достаю телефон, включаю музыку, которую нашла вчера, после того как пересмотрела десяток видeо. Восточная, чувственная, с глубоким басом и дробным ритмом. Ставлю телефон на тумбочку около двери, увеличиваю громкость.

Музыка разливается по коридору, проникает в кабинет.

Я делаю глубокий вдох. Вспоминаю, чему научилась тайком от мужа. Движения бёдрами, волны, изгибы тела, которые отрабатывала перед зеркалом, краснея и смущаясь.

Толкаю дверь.

И вхожу.

Бранд сидит за компьютером, спиной ко мне. Широкие плечи напряжены, пальцы застыли над клавиатурой. Он слышит музыку, но ещё не обернулся.

Я начинаю танцевать.

Медленно. Плавно. Бёдра качаются в такт музыке, руки поднимаются над головой, тело изгибается волной. Монетки на поясе звенят. Тихо, ритмично, гипнотизирующе.

Бранд оборачивается.

И замирает.

Взгляд горит нечеловеческим огнём. Тёмным, хищным, поглощающим. Глаза сужаются, губы приоткрываются. Я вижу, как напрягаются мышцы на его шее, как сжимаются кулаки.

Он не отрывает от меня взгляда.

Я продолжаю танцевать, приближаясь к нему. Руки скользят по телу. По шее, по груди, по животу. Бёдра описывают восьмёрки, круги, волны. Я чувствую себя одновременно смущённой и невероятно сексуальной.

Бранд встаёт со своего кресла . Резко, почти рывком. Пересаживается на диван, отодвигает журнальный стол в сторону одной рукой, будто он ничего не весит. Садится, расставив ноги, откидывается на спинку.

Смотрит на меня так, будто хочет сожрать.

Я танцую, краснею, чувствую, как жар поднимается от груди к лицу. Вижу, что Бранд возбуждён. Это видно по тому, как он дышит, по тому, как его взгляд скользит по моему телу, задерживаясь на груди, на бёдрах, на оголённом животе.

Чувствую, как метка посылает волны дикого, поглощающего возбуждения по моему телу через связь, которая соединяет нас. Это накатывает на меня горячей волной, заставляет дрожать, сжимает что-то внизу живота.

Я подхожу к нему. Останавливаюсь между его ног. Медленно опускаюсь, садясь на него сверху. Ноги по обе стороны от его бёдер, руки на его плечах.