Истинная за Завесой
Шрифт:
Помогите мне, пожалуйста! Если вдруг заметите что-то, что "не сходится" – имя, событие, деталь – дайте знать в комментариях. Ваша обратная связь – это как маяк для корабля в тумане моих фантазий. ?
Спасибо вам огромное за понимание и помощь! Вы – лучшие!
Глава 20. Бабочки, Объятия и Книги Со Счастливым Концом
Второй день в золотых хоромах начался с того, что Катя проснулась и поняла: силы возвращаются. Настоящие силы, а не призрачные. Голова была ясной, тело послушным, лишь легкая слабость напоминала о недавней битве с лихорадкой. Пока в комнате никого не было, она встала с невероятно мягкой кровати и подошла к огромному окну. Открыла его.
Воздух ворвался в комнату – теплый, нежный, пахнущий горными травами и далекими снегами. Пейзаж захватывал дух: острые пики, укутанные в утренние туманы, темная зелень хвойных лесов внизу, бездонная синева неба. Катя глубоко вдохнула, чувствуя, как энергия жизни наполняет каждую клеточку. Красота Этерии, такая дикая и могущественная, все еще поражала ее.
«Миледи Катя! Опять на ногах?!» – ворчливый голос Луизы прозвучал с порога. Служанка несла поднос с настоями и чаем, ее брови были грозно сдвинуты. «Лекари сказали – покой! А вы тут ветерки ловите!»
Катя весело рассмеялась, обернувшись. «Лу, я же живая! И чувствую себя почти человеком! Посмотри, какая красота!» Но, видя непреклонное выражение лица Луизы, она с театральным вздохом капитулировала, вернувшись на кровать. «Ладно, ладно, злой надзиратель. Покорюсь. Но чаю побольше, пожалуйста!»
Завтрак с Далином проходил в ставшей уже привычной, но все еще странной атмосфере тихой вежливости. Он был безупречно одет, ел аккуратно, но в его золотистых глазах по-прежнему лежала тень глубокой грусти. Она была настолько явной, что Катя не выдержала. Отложив ложку, она осторожно спросила:
«Лорд Далин… что-то случилось? Вы выглядите… озабоченным.»
Он поднял на нее взгляд. Не холодный, а скорее… усталый. Отвечал медленно, подбирая слова, как философ, размышляющий о вечном.
«Душа… разрывается, Катарина. Одна ее часть требует одного. Другая – прямо противоположного. И ни та, ни другая не желает уступать.» Он отпил из бокала, его взгляд скользнул куда-то мимо нее, в пространство, где бушевала его внутренняя буря.
Катя задумалась. Ответа на этот душевный разлад у нее не было. Только понимание сложности его положения. Она молча кивнула, не решаясь лезть в чужую боль глубже.
После завтрака, когда Луиза убирала посуду, Катя шепотом спросила ее о ритуалах распознавания души. Луиза покачала головой, ее лицо стало серьезным.
«Миледи, это… очень древнее и тайное знание. Доступное лишь высшим магам Совета Старейшин или хранителям древних архивов. Я… я не знаю деталей. Но постараюсь что-нибудь найти в библиотеке герцога. Осторожно.» В ее глазах читалась тревога. Этот путь был опасен.
От скуки Катя взяла роман «Пламя Сердца». К ее удивлению, он оказался захватывающим, полным приключений и настоящего чувства между драконом-изгоем и простой девушкой-лекарем. Но конец… конец был печальным. Дракон пережил свою возлюбленную на многие десятилетия. Он похоронил ее на вершине их любимой горы и больше никогда не принимал человеческий облик. Остаток своей долгой жизни он провел в образе зверя, охраняя ее могилу, пока силы не покинули его. История о неизбежной разлуке и вечной верности тронула Катю до слез. Драконы живут дольше людей…
За обедом, под впечатлением от книги, Катя поделилась с Далином этой грустной историей. Рассказывала о любви, потере и верности дракона.
«Терять любимых… невыносимо тяжело, – сказал Далин тихо, когда она закончила. Его пальцы сжали край стола. – И не каждому дано оправиться от такой потери. Некоторые раны… не заживают. Они просто становятся частью тебя.» В его глазах снова мелькнула знакомая боль, глубокая и старая. Катя лишь молча кивнула, понимая, что затронула что-то очень личное.
После обеда Катя позволила себе короткий сон, а проснувшись, чувствовала себя уже слишком бодрой для постельного режима. Надоело валяться! Она встала и решила исследовать свои новые хоромы более тщательно. Комната действительно была шедевром – светлая, просторная, каждая деталь продумана для комфорта и эстетики. Потом ее взгляд упал на дверь, которую она раньше не замечала – рядом с гардеробной. Она открыла ее… и ахнула.
Ванная комната. Но это была не просто ванная. Это была тихая волшебная гавань. Стены и пол были искусно выложены камнями, имитирующими берег горного озера. В центре бил небольшой, но настоящий водопад, чья чистая вода стекала в огромную чашу ванны из молочно-белого камня, похожего на мрамор. Но самое потрясающее – это были бабочки. Не настоящие, а созданные чистейшей магией света и иллюзии. Десятки сияющих, полупрозрачных бабочек порхали под самым потолком, оставляя за собой мерцающие следы. Они переливались всеми цветами радуги, создавая ощущение живого сада под куполом. Воздух был напоен свежестью воды и легким, цветочным ароматом.
«Боже мой… – прошептала Катя, делая шаг внутрь. – Это… дверь в сказку?» Она невольно потянулась к ближайшей «бабочке», но ее пальцы прошли сквозь иллюзию.
«Лучшие маги иллюзионисты и геоманты Этерии трудились над этим», – раздался спокойный голос за ее спиной. Катя вздрогнула и обернулась. Далин стоял в дверном проеме, прислонившись к косяку. Он смотрел не на нее, а на водопад и бабочек, и в его глазах читалось… удовлетворение? – « Я очень надеялся, что тебе понравится.»
«Ты серьезно?!» – Катя не смогла сдержать восторг. Она широко раскинула руки, охватывая взглядом всю комнату. – «Далин, это же не просто ванна! Это настоящая сказка! Спасибо! Огромное спасибо!» Импульсивно, на волне искренней благодарности и восхищения, она сделала шаг и обняла его.
Далин замер. Совершенно окаменел. Его руки повисли в воздухе, глаза расширились от чистого, немого шока. Катя, осознав, что натворила, мгновенно отпрянула, как от раскаленной плиты. Щеки пылали.
«Прости!» – выпалила она. – «Это… порыв чувств! Совсем не подумала!»
Но Далин уже пришел в себя. И выражение его лица… Его лицо светилось. Буквально. Как будто он выиграл в спортлото невероятный джекпот. Грусть в глазах испарилась, уступив место чистому, безудержному счастью и легкому смущению.
«Не извиняйся», – проговорил он, голос чуть хрипловатый от неожиданности. – « Это… лучшая благодарность. Искренняя.» Он смотрел на нее, словно видя впервые. «Готова к ужину?»
Катя, все еще смущенная, но и окрыленная его реакцией, кивнула. «Да. Но… можно не в кровати? За столом? Я уже достаточно окрепла.»
Ужин прошел на неожиданно легких нотах. Катя не могла перестать говорить о волшебной ванной комнате – о водопаде, о мерцающих бабочках, о том, как мастерски создана иллюзия природы.
«Представляешь, – смеялась она, – я сначала потянулась поймать бабочку! А она – раз! – и сквозь пальцы! Как же здорово придумано!»