Чтение онлайн

И сделал то, чему научил меня Валерьян: направил через свою руку тонкую нить спокойствия. Просьбу, обращённую к чужой магии. Как с деревьями. Как с лесом, когда я прошу его о помощи. “Успокойся. Я рядом. Ты не один”.

Только с людьми этот эффект был раз в десять слабее. Но всё равно подействовал.

Данила вздрогнул. Пламя на его ладонях замерцало и стало чуть тише.

– Вдох. Медленнее. Ещё медленнее. Теперь выдох, – говорил я.

Парень вдохнул. Рвано, со свистом, как будто воздух не хотел проходить в лёгкие. Выдохнул. Огонь ослаб ещё на полтона. Ещё вдох. Ещё выдох.

Белые струйки начали втягиваться обратно в ладони Данилы. Прямо с пола они стремились к своему создателю, становясь тоньше и бледнее.

Жар в вагоне спадал, и я почувствовал, как возвращается нормальный воздух, пусть и провонявший гарью. Благо окна были открыты.

Через пару минут пламени не осталось. Руки Данилы дымились, но огня на них не было. Парень стоял, дрожал всем телом и смотрел на свои ладони так, словно видел их впервые в жизни.

– Я его остановил? – шёпотом спросил он.

– Ты его остановил. Сам.

Данила медленно сполз по стене и сел на пол. Закрыл лицо руками. Его плечи вздрагивали, но скорее от осознания случившегося. Ему двадцать лет, и он только что чуть не сжёг поезд с людьми. Есть от чего дрожать.

Я сел рядом с ним и помолчал. Сейчас не время для разговоров.

Мужик, который лежал на полу, очухался и на четвереньках пополз к выходу. Я его не останавливал. Судя по всему, он совсем не пострадал. Почему-то пьяницам всегда везёт, даже слышал истории, когда они падали с пятого этажа и отделывались лёгкими синяками.

Поезд остановился на полустанке. Ночь, темень, фонарь на столбе качается от ветра.

Пассажиры высыпали из вагонов и встали кучками вдоль путей, переговаривались, успокаивали детей. Кто-то ругался, и одна старушка причитала так громко, что перекрывала даже шипение магического паровоза.

Я вывел Данилу из вагона и усадил на бревно, поваленное недалеко от путей.

Ярина уже ждала снаружи со своей механической крысой на плече. Она шевелила усиками и вертела медной головой по сторонам, реагируя на шум.

Кстати, друидка порывалась пойти за Данилой со мной, но я велел ей оставаться и в случае распространения пожара попытаться остановить его магией. Благо этого ей делать не пришлось.

– Ты хоть живой? – спросила Ярина, глядя на Данилу.

– Живой, – ответил я.

– А вагон как? Мы теперь поди из-за этого горе-мага отсюда вообще не уедем! Придётся новый поезд ждать!

– Вагон не очень, но это ещё не значит, что работники поезда будут долго разбираться. Людей можно направить в другой вагон и поехать дальше.

– А если заявят обратное? Я не хочу торчать здесь до утра! – буркнула она. – Предлагаю пойти и узнать.

Идти не пришлось, потому что почти сразу ко мне подошёл старший проводник, пожилой мужчина с седыми усами и таким выражением лица, с каким, наверное, капитан корабля осматривает пробоину в корпусе.

– Вы знаете этого мага? – без предисловий спросил он, указывая на Данилу.

Начинается. Я знал, что этот разговор будет, и готовился к нему с того момента, как почувствовал запах белого огня.

– Я барон Дубровский. Этот человек состоит на моей службе. Все претензии вы можете обсудить со мной лично, – серьёзно ответил я.

– Ваш человек чуть не спалил мне весь состав, – проводник говорил тихо, но каждое слово падало, как удар молотка. – Третий вагон теперь в непригодном состоянии. Обивка сгорела, три купе повреждены, оконные рамы покоробились от жара. Вы хоть представляете, сколько стоит ремонт вагона, барон?

– Представляю. Но прежде чем обсуждать ремонт, давайте выясним, что произошло на самом деле.

– А что тут выяснять? Я прекрасно видел, как ваш человек стоял посреди вагона и извергал из рук огонь! И я видел, как он потом его обратно в себя втянул, когда вы подошли! Так что не надо мне рассказывать, что это случайность. Маг, который не контролирует свою силу в общественном месте – это угроза для всех.

Я слушал и не перебивал. Пусть выговорится. В моей прошлой жизни усвоил одно правило: когда человек кричит, дай ему прокричаться, а потом говори сам, только спокойно. И никогда не оправдывайся, пока не изложишь свою версию событий.

– Вы правы, мой человек потерял контроль, – начал я, когда проводник замолчал. – Но вы видели только финал. А “причина” вон там сидит на насыпи и пытается прикурить.

Проводник обернулся на пьяного мужика. Он сидел недалеко, в трясущихся руках держал папиросу. Зажечь её никак не получалось.

– Этот? Он-то тут при чём? – не понял проводник.

– При том, что именно этот человек спровоцировал моего егеря. Полез к нему в тамбуре, где парень просто стоял у окна и дышал воздухом. Фактически он напал на него, находясь в нетрезвом состоянии. Мой егерь, молодой необученный маг, не умеет сдерживать свою силу, когда на него нападают пьяницы. Скажите честно, вы бы сдержались?

Проводник открыл рот, потом закрыл. Он понимал, что ситуация сложнее, чем казалась с первого взгляда.

– Приведите того мужчину, – предложил я. – Спросим его при свидетелях.

Пьяного подтащили. Мужик средних лет, рыхлый, в недорогой, заляпанной одежде. Мелкий чиновник или приказчик, судя по костюму. Протрезвел наполовину, и в его глазах читалось то паскудное осознание, которое приходит к пьяницам наутро: что именно он натворил вчера и что за это придётся отвечать.

– Как было дело? – спросил проводник. – Рассказывайте без утайки, мы всё равно узнаем правду. Лучше здесь, чем в городе у дознавателя!

Мужик замялся. Посмотрел на Данилу, который сидел на лавке и не поднимал головы, затем тихо начал отвечать:

– Я... ничего не делал. Стоял в тамбуре, курил. Этот парень подошёл, я попросил его отойти, а он...

– Данила, – позвал я. – Расскажи, что было.

Парень поднял голову. Голос у него был тихий, надломленный.

– Я вышел из купе подышать, стоял у окна в тамбуре. Этот человек вышел из своего купе, пьяный, споткнулся об мою ногу и начал орать. Я сказал, что не ищу неприятностей и готов уйти. Он меня толкнул. Потом схватил за ворот и ударил по лицу. Кулаком. И тогда я... вспыхнул.