Чтение онлайн

[95] Продолжение главы 44.5.

[96] См. характеристику Пифона Книга 18.7.4.

[97] Фишер предполагает, что упоминание о кавалерии утрачено в рукописях в этом месте.

[98] Т.е. Мелеагр и Минота и их последователи.

[99] См. Книга 18.39.5–7 о предыдущем распределении.

[100] Стасандр, которому Ария и Дрангиана был назначены Антипатром (Книга 18.39.6), поддержал Эвмена (глава 14,7).

[101] См. Плутарх, Эвмен 19.2.

[102] Певкест никогда не играл важную роль, но он, кажется, пережил Антигона и сохранил или восстановил уважение Деметрия (Phylarchus, FGrH 81,12).

[103] См. гл. 17.3, 18.1.

[104] О золотой лозе, которая стояла с золотым платаном в гробнице персидского царя см. Геродот 7,27; Афиней 12.514F.

[105] Продолжение в гл. 55.1.

Переводчик: Agnostik.

49. (1) Теперь, когда мы завершили изложение событий в Азии, мы должны обратить наше внимание на Европу и изложить, что произошло там после событий ранее описанных[1]. Хотя Кассандр закрыл Олимпиаду в Пидне в Македонии, он был не в состоянии штурмовать стены из-за зимних бурь, но став лагерем возле города, возвел частокол от моря до моря, и блокировал порт, чем препятствовал всякому, кто, возможно, пожелал бы чтобы помочь царице в этом деле. (2) А так как запасы были быстро исчерпаны, возник сильный голод среди осажденных, что они были полностью обессилены. По правде говоря, они были доведены до такой крайней нужды, что выдавали каждому солдату пять хиниксов[2] зерна в месяц, пилили дрова и кормили опилками слонов, убили вьючных животных и лошадей ради еды. (3) Хотя положение города было настолько серьезным, Олимпиада в то время все еще цеплялась за надежду спасения извне, слоны умерли из-за отсутствия пищи, всадники, которые не были на довольствии и не получали никакой пищи, почти все погибли, и немалое число солдат постигла та же участь. (4) Некоторые из не-греков, своими естественными потребностями преодолели угрызения совести, добывая мясо сбором тел погибших. Так как город был быстро заполнен трупами, тех, кто обременял общество царицы[3], хотя они похоронили некоторые из тел, другие бросили за городской стеной. Вид их был ужасен, а их зловоние было невыносимо, и не только для знатных женщин, которые принадлежали к двору царицы и пристрастились к роскоши, но и для солдат, которые были приучены к трудностям.

50. (1) Когда наступила весна и потребности росли день ото дня, многие из солдат собрались вместе и обратились к Олимпиаде, с просьбой отпустить их из-за отсутствия припасов. Так как она не могла решить ни проблему какой-либо пищи вообще, ни прорвать блокаду, она позволила им уйти. (2) Кассандр, после любезного приема всех дезертиров и предельно дружелюбного общения с ними, послал их в разные города, потому что он надеялся, что когда македоняне узнают от них, как слаба Олимпиада, они бы отчаялись в ее деле. (3) И он не ошибся в своем предположении о том, что произойдет: те, кто решился сражаться на стороне осажденных, изменили свое мнение и признали Кассандра, и только людьми в Македонии, которые сохранили свою верность были Аристон и Моним, из которых Аристон управлял Амфиполем, а Моним - Пеллой. (4) Но Олимпиада, когда она увидела, что большинство из ее друзей перешли к Кассандру и что те, кто остался, были не достаточно сильны, чтобы прийти к ней на помощь, попыталась спустить на воду квинквирему и этим способом спасти себя и своих друзей. (5) Когда, однако, дезертир доставил новости об этой попытке врагам, Кассандр отправился в плавание и перехватил корабль, Олимпиада, признав свое положение безнадежным, отправила послов оговорить условия. Когда Кассандр высказал мнение, что она должна передать все свои дела в его руки, она с трудом убедила его дать единственную оговорку, что он гарантирует ей личную безопасность. (6) Как только он овладел городом, он послал людей, чтобы захватить Пеллу и Амфиполь. (7) Тем временем Моним, правитель Пеллы, узнав судьбу Олимпиады, сдал свой город, но Аристон сначала намеревался удержать свою позицию, так как у него было много солдат и он недавно добился успеха. То есть, за несколько дней до этого в борьбе с полководцем Кассандра Кратевой он убил большую часть противников, и когда Кратева с двумя тысячами человек бежал в Бединды в Бисалтии[4], он окружил его, взяв в осаду, и отпустил его на условиях сдачи оружия. (8) Аристон, ободренный этим и не зная о гибели Эвмена, полагая, кроме того, что Александр и Полиперхонт поддержали бы его, отказался сдать Амфиполь. Но когда Олимпиада написала ему не требуя от него верности и приказывая ему капитулировать, он понял, что нужно исполнять приказ, и передал город Кассандру, получив обещания о своей собственной безопасности.

51. (1) Кассандр, видя, что Аристон пользовался почетом из-за продвижений по службе, полученных от Александра[5], и заботясь о том, чтобы убрать с пути любого, кто способен произвести переворот, довел его до смерти через посредство родичей Кратевы. Он также подстрекал родственников тех, кого убила Олимпиада, обвинить указанную женщину на общем собрание македонян. (2) Они сделали, как он приказал, и, хотя Олимпиада не присутствовала и не могла говорить в свою защиту, македоняне осудили ее на смерть[6]. Кассандр, однако, послал некоторых из своих друзей к Олимпиаде, советуя ей тайно бежать, обещая предоставить судно для нее, и доставить ее в Афины. (3) Он действовал таким образом не с целью обеспечить ее безопасность, а для того, что бы она, осудив себя на изгнание, встретила смерть в поездке, чтобы казалось, что предъявленное наказание было заслуженным; поэтому он действовал осторожно, а также из-за ее ранга и из-за непостоянства македонян. (4) Когда Олимпиада, однако, отказалась бежать, но, напротив, была готова предстать перед судом всех македонян, Кассандр, опасаясь, что толпа может изменить свое решение, если она услышит слова защиты царицы и вспомнит все преимущества, дарованные всему народу Александром и Филиппом, послал двести солдат, которые лучше всего предназначены для таких задач, приказав им убить ее как можно скорее. (5) Они, таким образом, ворвались в царский дом, но когда они увидели Олимпиаду, спасовали перед ее высоким рангом, они оставили свою задачу невыполненной. Но родственники ее жертв, желая снискать благосклонность Кассандра, а также отомстить за своих мертвецов, убили царицу, которая не издала неблагородных женских мольб.

(6) Таким был конец Олимпиады, которая достигла самого высокого достоинства из женщин своего времени, будучи дочерью Неоптолема, царя эпиротов, сестра Александра, который совершил поход в Италию[7], а также женой Филиппа, который был самым могущественным из всех, кто до этого времени правил в Европе, и мать Александра, чьи деяния были величайшими и самые прославленные.

52. (1) Что касается Кассандра, теперь, когда его дела успешно соответствовали его намерениям, он стал лелеять в своих надеждах приобрести македонское царство. По этой причине он женился на Фессалонике, которая была дочерью Филиппа и сводной сестрой Александра, так как он желал установить преемственность с царственным домом[8]. (2) Он также основал на Паллене город, названный Кассандрея по его имени[9], объединив с ним в единый город города полуострова, Потидею, и значительное число соседних городов. Кроме того, он поселил в этом городе олинфян, тех кто выжил[10], в немалом количестве. (3) Так как крупные наделы земли, и земли плодородной, тоже были включены в границы Кассандреи, и так как Кассандр был очень честолюбив в возвеличивании города, он быстро добился большого развития и стал сильнейшим из городов Македонии. (4) Кассандр решил покончить с сыном Александра и его матерью Роксаной, так что бы не могло быть наследника царства; но в настоящее время, так как он хотел бы понаблюдать, что простые люди будут говорить об убийстве Олимпиады, и так как у него не было новостей об успехах Антигона, он поместил Роксану и ребенка под стражу, переведя их в цитадель Амфиполя[11], командование которого он доверил Главкию, одному из самых своих надежных приверженцев. Кроме того, он забрал пажей, которые, согласно обычаю, воспитывались как товарищи мальчика, и он распорядился, что он больше не должен иметь царского содержания, но только такое, какое было свойственно для любого обычного частного человека. (5) Уже после этого он ведет себя как царь, управляя делами государства; Эвридику и Филиппа, царицу и царя, а также Кинну, которую убил Алкета, он похоронил в Эгах по царскому обряду[12]. После чествования мертвых погребальными играми, он призвал тех македонян, которые были пригодны к военной службе, потому что он решил сделать поход в Пелопоннес. (6) В то время как Кассандр занимался этими вопросами, Полиперхонт был осажден в Азории[13] в Перребии, но, узнав о смерти Олимпиады, он, наконец, отчаявшись добиться успеха в Македонии, бежал из города с несколькими последователями. Оставив Фессалию и взяв на себя войска во главе с Эакидом[14], он удалился в Этолию, полагая, что он может переждать там в наибольшей безопасности и наблюдать за изменениями ситуации; ибо он случайно был в дружеских отношениях с этим народом.

53. (1) Но Кассандр, после сбора достаточных сил, вышел из Македонии, желая изгнать Полиперхонова сына Александра из Пелопоннеса; из тех, кто противостоял Кассандру, он один остался с армией, и он удерживал стратегически важные города и местности. Кассандр пересек Фессалию без потерь, но когда он обнаружил проход в Фермопилах охраняемый этолийцами, он с трудом выбил их и вступил в Беотию. (2) Призвав со всех сторон выживших фиванцев, он предпринял восстановление Фив[15], полагая, что это была весьма удачная возможность основать еще раз город, который был широко известен не только за свои достижения и мифы, которые рассказывали об этом, и он предположил, что этим милостивым действием он приобретет бессмертную славу. (3) Дело в том, что этот город пережил очень много превратностей судьбы и был уничтожен до основания несколько раз, и поэтому будет уместно рассказывать здесь основные события его истории. (4) Когда, после наводнения, случившегося в дни Девкалиона, Кадм построил Кадмею[16], которую он назвал своим именем, там собрался с ним вместе народ, который некоторые называют Спартои[17], потому что они были собраны со всех сторон, а другие Фивагены[18],потому что они были родом из Фив, но были изгнаны и рассеяны в результате наводнения. (5) Как бы то ни было, эти люди затем поселились в городе, но позже энхелейцы победили их в войне и изгнали, в тот раз Кадм и его последователи также были изгнаны в Иллирию[19]. Позже Амфион и Зефий стали хозяевами места, и затем построили нижний город в первый раз, как сказал поэт:

Сначала ими были созданы Фивы семивратные.[20]

Тогда обитатели места были изгнаны во второй раз, ибо Полидор, сын Кадма, вернулся и был недоволен обстановкой из-за несчастий, которые случились с Амфионом в связи с его детьми[21]. (6) В следующий раз, когда потомки Полидора были царями[22] и вся страна уже получила название Беотии от Беота, который был сыном Меланиппы и Посейдона и был правителем области, фиванцы уже в третий раз пострадали от изгнаний, ибо Эпигоны из Аргоса взяли город осадой[23]. (7) Выжившие изгнанники укрылись в Алалкомении и на горе Тилфосий[24], но когда аргивяне ушли, они вернулись в свой родной город. После того, как фиванцы отправились в Азию на Троянскую войну, оставшиеся были изгнаны вместе с остальными беотийцами пеласгами[25]. (8) После этого они встретились со множеством несчастий, и лишь с большим трудом в четвертом поколении в соответствии с пророчество ворона они вернулись в Беотию и восстановили Фивы[26]. С этого времени город существовал на протяжении почти восемьсот лет, фиванцы сначала стали вождями своего народа, а затем спорили за главенство среди греков[27], пока Александр, сын Филиппа, не захватил город штурмом и не разрушил его.

54. (1) На двадцатый год после этого Кассандр, в своем стремлении к славе, предварительно получив согласие беотийцев, восстановил город для тех фиванцев, которые выжили. (2) Многие из греческих городов поддержали переселение, как из-за своей жалости к несчастным, так и из-за славы города. Афиняне, например, перестроили большую часть стены, а другие греки, не только из Греции, а также из Сицилии и Италии, возвели некоторые здания в меру своих возможностей, и другие посылали деньги на насущные потребности. (3) Таким образом, фиванцы восстановили свой город.

Повернув, Кассандр отправился с войском в Пелопоннес, но обнаружив, что Александр, сын Полиперхона, заблокировал Истм сторожевым отрядом, повернул на Мегары. Там он построил баржи, на которых он перевез слонов в Эпидавр, погрузив остальную армию на лодки. Подступив к городу аргивян, он заставил его отказаться от союза с Александром и присоединил к себе, (4) затем он победил города Мессении кроме Итомы, и получил Гермион путем переговоров. Так как Александр не вступал в бой, он оставил на краю Истма в направлении Герании[28] две тысячи солдат под командованием Моликка и вернулся в Македонию.

55. (1) Когда этот год прошел, Праксибул был архонтом в Афинах, а в Риме Навтий Спурий и Марк Поплий были консулами[29]. Пока они исполняли должность, Антигон оставил Аспиза, туземца, сатрапом Сузианы[30], а сам, решив переправить все деньги к морю, подготовил повозки и верблюдов, и, взяв сокровища, отправился в Вавилонию с армией. (2) Через двадцать два дня он прибыл в Вавилон, и Селевк, сатрап страны, приветствовал его подарками, достойными царя и пиршеством для всей армии. (3) Когда Антигон, однако, потребовал отчета о доходах, Селевк ответил, что не готов подвергнуться общественному расследованию своего управления этой страной, которую македоняне дали ему в знак признания его заслуг при жизни Александра[31]. (4) Так как спор становился все более серьезнее с каждым днем, Селевк, исходя из судьбы Пифона[32], опасался, что Антигон как-нибудь воспользуется предлогом и предпримет попытку уничтожить его; ибо Антигон, казалось, хотел убрать с пути всех своих сообщников, которые имели высокое положение и были способны претендовать на участие в управлении. (5) Поэтому, чтобы избежать этого, он бежал с пятьюдесятью всадниками, намереваясь удалиться в Египет к Птолемею; ибо широко распространился слух о доброте Птолемея и его радушии и дружелюбии к тем, кто бежал к нему[33]. (6) Когда Антигон узнал о бегстве, он был доволен, поскольку оказалось, что он сам был избавлен от необходимости накладывать руки насилия на человека, который был его другом и деятельно помогал ему, и что Селевк, осуждая себя на изгнание, отдал свою сатрапию без борьбы и опасности. (7) Но затем халдейские астрологи пришли к нему и предсказали, что если когда-нибудь он позволит Селевку вырваться из своих рук, следствием этого может быть то, что вся Азия станет владением Селевка, а сам Антигон потеряет свою жизнь в бою против него. При этом Антигон раскаялся в своем прежнем поведении и послал людей в погоню за Селевком, но они, после преследования его на определенное расстояние, вернулись не выполнив задания. (8) Хотя Антигон обычно в других случаях презирал пророчества такого рода, он был немало обеспокоен в это время, будучи взволнован славой этих людей, ибо они были известны великими познаниями и умением делать наиболее точные наблюдения за звездами. Действительно, они заявляли, что многие несчетные годы они продолжали изучение этих материй. Считается также, что они предсказывали Александру, что, если он войдет в Вавилон, он умрет[34]. (9) И так же, как и в случае с пророчеством об Александре, было так, что это пророчество в отношении Селевка было исполнено в соответствии с утверждениями этих людей. Об этом мы будем говорить подробно, когда мы подойдет к надлежащему периоду[35].

56. (1) Селевк, благополучно прибыв в Египет, благожелательно был встречен Птолемеем. Он горько обвинял Антигона, рассказав, что Антигон решил убрать из сатрапов всех людей высокого положения и, в частности тех, кто служил при Александре; в качестве примеров этого он назвал убийство Пифона[36], удаление Певкеста из Персии[37], и свои собственные переживания; (2) все эти люди, неповинные ни в каких преступлениях, и даже оказавшие крупные услуги по дружбе, терпеливо ожидали награды за добродетель. Он также сделал обзор огромных вооруженных сил Антигона, его неисчислимому богатству, и его недавних успехов, и пришел к выводу, что в результате он стал высокомерным и лелеет в своих честолюбивых планах приобрести все македонское царство. (3) Такими доводами он подталкивал Птолемея готовиться к войне, он послал некоторых из своих друзей в Европу, наставляя их, чтобы подобными аргументами они обратили Кассандра и Лисимаха во врагов Антигона. (4) Они быстро выполняли свои поручения, и семя раздора и великих войн дало ростки. Но Антигон, который проследил, исходя из вероятности, какие действий Селевка будут следующими, отправил послов к Птолемею, Лисимаху и Кассандру, призывая их сохранить существующую дружбу. Затем он утвердил в качестве сатрапа Вавилонии Пифона, прибывшего из Индии[38], а затем, снарядив свою армию, пошел в Киликию. (5) Он прибыл в Мал[39] и, после восхода Ориона[40], распределил армию на зимние квартиры. Кроме того, он взял деньги из Кинды[41] на сумму десять тысяч талантов. Помимо этого ему досталось от ежегодных доходов одиннадцать тысяч талантов. В итоге он был грозным противником как из-за размера своей армии, так и из-за объема своего богатства.