Чтение онлайн

[61] Мирлея, позже названная Апамея, был важным портом вблизи Киоса; см. критическое примечание.

[62] Митридат III из Киоса и I из Понта, если совпадает с Митридатом из книги 19.40.2, и Плутарх, Деметрий 4, сын Ариобарзана, который, вероятно, был братом Митридата II, то в нашем переводе племянник наследует своему дяде.

[63] Гексера, вероятно, судно с одним рядом весел с каждой стороны, каждым веслом управляют шесть человек, а не корабль с шестью ярусами весел на каждой стороне. См. Тарн, Hellenistic Military and Naval Developments 122–141.

Переводчик: Agnostik.

1. (4а) Все разумные люди должны сторониться порока, но особенно жадности, ибо этот порок, из-за ожиданий прибыли, побуждает многих к несправедливости и становится причиной очень большого зла для человечества. Отсюда, покуда это есть истинная столица нечестивых деяний[1], проистекает много великих неудач не только для частных граждан, но даже для величайших царей[2].

Царь Антигон, который поднялся из частного сословия до наивысшей власти и стал могущественнейшим царем своего времени, не был доволен дарами Фортуны, но намеревался забрать несправедливо в свои руки все остальные царства, поэтому он потерял свою собственную власть и лишился жизни.

(2) Птолемей, Селевк и Лисимах объединились против царя Антигона; не столько по зову доброй воли в отношении друг друга, сколько вынуждаемые страхом каждого из них за самого себя, они двинулись с готовностью действовать сообща в борьбе с сильнейшим.

В бою, слоны Антигона и Лисимаха бились как если бы природа сочетала в них в равной степени мужество и силу.

(3) После этого[3] какие-то халдеи пришли к Антигону и предсказали, что если он позволит Селевку вырваться из своих рук, следствием этого может быть то, что вся Азия станет владением Селевка, а сам Антигон потеряет свою жизнь в бою против него... Это тронуло его глубоко... потому что он был впечатлен славой, какой пользовались эти люди... Они действительно прославились, предсказав Александру, что если он войдет в Вавилон, то умрет. И так же, как и в случае Александром, произошло с пророчеством относительно Селевка, которое исполнилось в соответствии с заявлениями этих людей. Об этом пророчестве мы будем говорить подробно, когда мы подойдем к соответствующему времени.

(4b) Антигон, царь Азии, вел войну против союза четырех царей: Птолемея, сына Лага, царя Египта, Селевка, царя Вавилонии, Лисимаха, царя Фракии, и Кассандра, сына Антипатра, царя Македонии. Когда он вступил с ними в бой, он был пронзен множеством стрел, и его тело было вынесено с поля и похоронено с царскими почестями. Его сын Деметрий[4], однако, присоединившись к своей матери Стратонике, которая оставалась в Киликии со всеми их ценностями, отплыл в Саламин на Кипре, так как тот был в его владении.

(5) Что касается Селевка, после раздела царства Антигона, он взял свое войско и отправился в Финикию, где, в соответствии с условиями соглашения[5], он пытался присоединить Келесирию. Но Птолемей уже занял города этой области, и осуждал Селевка, потому что, хотя он и Птолемей были друзьями, Селевк одобрил назначение себе в долю районов, которые принадлежали Птолемею, кроме того, он обвинил царей, не предоставивших ему никакой доли завоеванных земель, хотя он был соучастником в войне против Антигона. На эти обвинения Селевк ответил, что только те, кто победил на поле боя[6] должны распоряжаться добычей; но в вопросе о Келесирии, ради дружбы, он не стал бы пока ссориться, но обдумает позже как лучше всего бороться с друзьями, которые покушаются на чужие права.

(6) Так случилось, однако, что город[7] не долго просуществовал, ибо Селевк разрушил его и переместил население в город, который он основал и назвал Селевкия в свою честь. Но что касается этих вопросов, мы рассмотрим их далее детально и подробно, когда мы подойдем к соответствующему периоду.

Если кто-то хочет узнать о колониях посланных в эту область[8] из Греции, есть тщательные отчеты по этому вопросу географа Страбона, Флегонта, и Диодора Сицилийского.

2. (1) Когда Коркира была осаждена с суши и с моря Кассандром, царем Македонии, и была в шаге от капитуляции, она была спасена Агафоклом, царем Сицилии, который сжег весь македонский флот.

(2) Не было недостатка с каждой стороны величайшего духа соперничества, ибо македоняне стремились к спасению своих судов, в то время как сикелиоты желали не только считаться победителями карфагенян и варваров Италии, но и проявить себя на греческом поприще как более чем равные македонянам, чьи копья покорили Азию и Европу.

(3) Если бы Агафокл, высадив свою армию, напал на врагов, которые были рядом, он легко бы разгромил македонян; но, поскольку он не знал о сообщении, которое было получено и сковало ужасом людей, он был удовлетворен, высадив свои силы, созданием трофея, и тем самым доказав истину пословицы, "Много есть пустых тревог на войне". Ибо заблуждение и обман часто совершают столько же, сколько вооруженные действия.

3. (1) Когда, по возвращении из Коркиры, Агафокл присоединился к армии, которую он оставил позади, и узнав, что в его отсутствие лигуры и этруски подняли мятеж, потребовал с них плату за своего сына Агатарха[9], и приговорил их всех к смерти, в количестве по меньшей мере две тысячи человек. Это деяние оттолкнуло бруттиев, после чего Агафокл пытался захватить город, называемый Эфы (Ethae)[10]. Когда варвары, тем не менее, собрали большое войско и совершили неожиданное ночное нападение на него, он потерял четыре тысячи человек, и в результате вернулся в Сиракузы.

4. (1) Агафокл собрал свои морские силы и отплыл в Италию. Задумав двигаться на Кротон, поскольку он хотел осадить город, он послал гонца к Менедему, тирану Кротона и своему другу, предложив ему не тревожиться напрасно, говоря, что он сопровождает свою дочь Ланассу с царскими почестями в Эпир для бракосочетания[11]; и такой уловкой он захватил кротонцев врасплох. Затем он блокировал город и окружили его стеной от моря до моря, и с помощью камнеметов и подкопа разрушил крупнейшие здания[12]. Когда кротонцы увидели это, они испугались и, открыв ворота, приняли Агафокла и его армию, которые ворвались в город, разграбили дома, и убили обитателей мужского пола. С соседними варварами, как япигами, так и певкетами, Агафокл заключили союз и снабжал их пиратскими кораблями, получая взамен долю добычи. Затем, оставив гарнизон в Кротоне, он отплыл обратно в Сиракузы.

5. (1) Диилл, афинский историк, составил всемирную историю в двадцати шести книгах и Псаон из Платей написал продолжение этой работы в тридцати книгах[13].

6. (1) В войне с этрусками, галлами, самнитами и другими союзниками римляне убили 100 тысяч человек в консульство Фабия[14], в соответствии с Дурисом.

(2) Что-то подобное[15] сообщают Дурис, Диодор и Дион: что, когда самниты, этруски, и другие народы были в состоянии войны с римлянами, Деций, римский консул, коллега Торквата[16], схожим образом посвятил себя на смерть, и в этот день были убиты сто тысяч врагов.