Чтение онлайн

По вдохновению свыше случилось, что по поручению вашей милости на деньги, полученные от апостольского престола, здесь уже изготовлены типографские знаки почти для всех языков, из которых легко изготовить много свинцовых знаков, называющихся матрицами, как для русских, московитов, валахов и болгар, так и для всей Персии и других отдаленных областей и других народов. А что об этом до сего времени не позаботились, я сам увидел в Московии, так как свод Флорентинского собора не принес нам никакой пользы. Если впоследствии дело изменится, московитам, которые по необходимости приезжают в Ливонию и Литву для торговли мехами, можно будет помочь книгами, а тем русским и другим столь же многочисленным молодым людям, лишенным знания книг и истинного благочестия, будет дано в руки оружие, с помощью которого они повсюду будут обращать своих родителей и родственников.

В самой Ливонии, в Дерпте, Ревеле, Эстонии, Риге и других местах простой народ пользуется литовским языком, а к этому языку католики никогда не обращались, пренебрегая им.

То, что нужно издать на шведском языке, очень важно сделать в Ревеле, где много шведов и финнов, чтобы оттуда оказывать помощь шведскому королевству, ведь шведский король, захватив несколько крепостей у московита, послал в Россию, чтобы вызвать оттуда священников, которые исповедуют веру по греческому образцу. Так еретики и схизматики не отказываются ни от каких попыток, чтобы истинную церковь сделать как бы изгнанницей.

Для типографского дела, я надеюсь, будет достаточно 4 тысяч золотых.

Если ваше святейшество соблаговолит, когда дело разрастется, отдать их на другое святое дело или самим семинариям, можно будет самым строгим образом проследить за тем, чтобы оно исполнялось.

Что же касается остального, имеющего отношение ко всей деятельности, то она такова, как я уже писал вашей милости в книге «Московия», откуда также можно будет извлечь кое-что, способствующее распространению божественного богопочитания в Ливонии.

Да ниспошлет господь вашей милости долгую жизнь во славу его имени, да пошлет ему бестрепетных работников, с помощью которых плоды столь большого поля, уже готового для жатвы, будут собраны в хранилищнице господа Иисуса Христа.

В Бартуе [506] , в границах Венгрии. 30 марта 1583 г.

Важнейшим историческим сочинением Поссевино является «Московия». Трактат состоит из нескольких, различных по характеру частей: описательная часть представляет собой две книги (комментарии) в виде посланий к папе Григорию XIII. В «Московию» также входит дипломатическая переписка, связанная с событиями 1581—1582 гг., запись бесед о религии и протоколы Ям-Запольского перемирия.

Первое издание «Московии» было осуществлено в 1586 г. (Possevini A. Moscovia. Vilnae, 1586). Затем издавалась в Кёльне в 1587 и 1595 гг., в Антверпене — в 1587 г., в 1592 г. — в Ферраре в переводе на итальянский язык, а также в сборнике Старчевского Historiae Ruthenicae scriptores exteri saeculi XVI, v. II. Berl.— Petr., 1842, p. 275—366. Далее — Historiae Ruthenicae... Отдельные части трактата создавались в разное время. Первую книгу под назавнием «О делах московских, относящихся к религии» сам Поссевино датирует 29 сентября 1581 г. Что касается второй книги, то она написана позже. Исследователь Поссевино иезуит Павел Пирлинг считает, что она была написана в 1584 г. (Pierling P. La Russie et le Saint-Siege, v. II. Paris, 1897, p. 230. Далее — Рierling P. La Russie...). Однако высказывания самого Поссевино позволяют уточнить датировку. В трактате «Ливония», законченном 30 марта 1583 г., Поссевино дважды упоминает о «Московии» как о сочинении уже завершенном, причем ссылается именно на вторую книгу. Такое уточнение датировки заставляет пересмотреть положение Пирлинга о том, что «Московия» — сочинение, созданное в полемике с польским историком Гейденштейном (Гейденштейн Р. Записки о московской войне. Спб., 1884). «Записки о московской войне» Гейденштейна были закончены в 1584 г. (по некоторым сведениям в 1585 г. См.: Лимонов Ю. А. Культурные связи России с европейскими странами в XV—XVI вв. Л., 1978, с. 169). Известно, что Поссевино был недоволен выходом в свет сочинения Гейденштейна, так как, по его мнению, оно недостаточно полно освещало роль святого престола и лично Поссевино при заключении Ям-Запольского перемирия (Pierling P. La Russie.., v. II, p. 232).

Можно предположить, что появление книги Гейденштейна заставило Поссевино поторопиться с изданием в 1586 г. уже написанной «Московии».

При работе над «Московией» Поссевино пользовался различными источниками, как письменными, так и устными. В особой записке он перечисляет эти источники (напечатана в ДАИ, с. 20—22). К письменным источникам относятся книги о России Герберштейна, Гваньини, Кобенцеля, Джовио, Кампензе, письма и инструкции пап Льва X, Климента VII, Пия V, Григория XIII при снаряжении посольств в Москву, донесения послов польского короля Сигизмунда Августа, побывавших в России, выписки из русских архивов, сделанные Поссевино в Старице. Устные источники: беседы со Стефаном Баторием в Вильно, Диене и Полоцке, со шведским королем Юханом III, с бывшим послом императора Максимилиана Кобенцелем в Граце, с русским посланником Истомой Шевригиным, переводчиками Поплером и Паллавичино, с флорентийским купцом Джованни Тедальди и др. (Поссевино беседовал с Тедальди 11, 12 и 13 июля 1581 г. в Диене, куда этот 78летний флорентийский купец приехал из Гданьска, где жил постоянно. Запись этих бесед Поссевино отослал в Рим. Перевод и комментарии бесед с Тедальди см.: Шмурло Е. Известия Джованни Тедальди о России времен Иоанна Грозного. — ЖМНП, 1891, № 5—6, с. 122—134). Кроме того, во второй книге «Московии» Поссевино приводит список использованной им богословской литературы, касающейся вопросов «схизмы» (см. 70—71 перевода).

Содержание первой книги «Московии» под общим названием «О делах московских, относящихся к религии» далеко выходит за рамки чисто религиозных проблем.

Изложив сначала вопросы церковной иерархии, упомянув об обрядах русской веры, не совпадающих с католическими, Поссевино высказывает мысль, которую впоследствии положит в основу своего плана окатоличивания восточных областей Европы: русские чрезвычайно религиозны, но несведущи в вопросах религии, поэтому цель посланцев апостольского престола на первых порах — просветительская, они должны разъяснять догматы и обряды «истинной веры».

Поссевино предупреждает о трудностях, которые могут встретиться папским посланцам: русские почти не дают возможности общаться с иностранцами, поэтому здесь невозможна деятельность проповедников. Кроме того, в пограничные с Россией области проникла реформация и нужно очень опасаться ее влияния. Недостаточное знакомство русских с латинским и греческим языками заставляют думать об издании книг на русском (славянском) языке и об учреждении соответствующих типографий в западных областях России.

Поссевино формулирует здесь еще в первоначальном виде свой план вовлечения России в сферу влияния папского престола: «Нужно обучать народ языку, писать книги на их наречии и их буквами, издавать их в свет, в особенности если наши люди смогут обосноваться в Полоцке или Дерпте (если Ливония отойдет от московского князя), чтобы иметь возможность из безопасного места воздействовать на московитов». Это высказывание Поссевино, сделанное до начала Ям-Запольских переговоров, чрезвычайно важно для уяснения степени беспристрастности иезуита как посредника. В соответствии с планами идеологического воздействия на Россию папскому представителю выгодно было настаивать на переходе возможно большей территории Ливонии, в особенности ее крупных городов, к Польше. И далее Поссевино советует как можно скорее принимать практические меры: основать коллегии для русских в Вильне или Полоцке, наиболее способных учеников посылать в Прагу или Оломоуц. При этом Поссевино, инспектировавший по дороге в Россию иезуитские коллегии и семинарии в Богемии и Австрии и знакомый с характером образования в них, настаивает на изменении цели преподавания, он требует большего внимания к чисто практическим дисциплинам и более тщательного изучения современных языков, знание которых можно было бы применить в настоящее время. Коллегии должны иметь прочную материальную основу, в их распоряжение нужно отдать часть земель, принадлежавших ранее русской церкви.

В первом же комментарии, отдавая известную дань традиционной оценке национального характера русских, довольно распространенной в сочинениях иностранцев о России XV—XVI вв. и свидетельствующей о поверхностном знании русской истории, Поссевино говорит о беспрекословном, впитанном с молоком матери, повиновении великому князю. Однако он полемизирует с большинством иностранцев, писавших об этой «национальной черте» характера русских (например, с Герберштейном: «Этот народ находит более удовольствия в рабстве, чем в свободе». — Герберштейн С. Записки о московитских делах. Спб., 1908, с. 74, см. также у Гваньини в Histgriae Ruthenicae., v. I. Berl.—Petr., 1841, p. 24) и объясняет эту покорность самодержавным характером власти московского князя. Тем не менее эта традиция безоговорочного подчинения, по мнению иезуита, будет очень удобной, если Московия завяжет более тесные связи с Римом и подчинится его влиянию.

Поссевино интересуют многие подробности жизни русских: семья великого князя, ритуал приема послов, одежда царя и его сыновей, имущественные взаимоотношения царя и его подданных, некоторые обычаи. С особенным раздражением упоминает он об обычае великого князя мыть руки после приема послов.

Рассказывая об обрядах русской церкви, Поссевино подчеркивает, что их различие с католическими не столь существенно, чтобы могло помешать сближению церквей.

Иезуит советует не обольщаться надеждой привлечь Ивана IV королевским титулом, на что очень рассчитывал апостольский престол: «что касается королевского или цезарского титула, тот, кто сам себе их присвоил, ничего не хочет получать из другого места» (с. 32 перевода).