Чтение онлайн

(1) Л. И. Брежнев. Советские профсоюзы — влиятельная сила нашего общества. Речь на XVI съезде профессиональных союзов СССР 21 марта 1977 г., с. 14—15.

(2) См.: Классы и слои в развитом социалистическом обществе. Свердловск, 1975, с. 35.

Возможна ли такая высокая степень участия трудящихся в решении проблем производства и труда в капиталистическом обществе? Если учесть, что в составе управленческой администрации США 79% составляют выходцы из сем-ей собственников и так называемых деловых кругов, 13% — из семей фермеров и лишь 8% — из семей, рабочих, ответ может быть только отрицательный. Правда, согласно легенде о «народном капитализме», которая пышным цветом цвела в американской социологии в 50-х годах, а сейчас почти единодушно отвергнута самими буржуазными исследователями, рабочие «приобщались» к делам фирм и компаний, приобретая акции. Но общеизвестно, что те акции, которыми обладают американские трудящиеся (квалифицированные рабочие составляют примерно 4,4% всех держателей акций, полуквалифицированные — 1,4, фермеры — 0,3%), не дают даже фиктивных прав на вмешательство в дела предприятий.

Не более причастны рабочие и крестьяне капиталистических стран к процессу принятия политических решений. Данные изучения социального положения и происхождения 100 виднейших деятелей американского буржуазного общества показали, что среди них лишь один работал на производстве.

Та широкая политическая активность всех слоев трудящихся в СССР, которая невозможна в условиях капитализма, обусловливается, во-первых, объективными законами развития социалистического общества, а, во-вторых, целенаправленными усилиями по политическому воспитанию советского народа со стороны Коммунистической партии, которая выступает одновременно как сила, действующая в соответствии с этими законами и способствующая их более полному проявлению. Чем более зрелый характер принимает социалистическое общество, тем меньше в нем остается места для стихийных и неконтролируемых процессов(1). Именно этого никак не могут понять буржуазные идеологи. Если бы, как они уверяют, КПСС и Советское правительство не были бы заинтересованы в привлечении широких масс населения к решению возникающих перед обществом проблем, в СССР не был бы принят такой

(1) См.: Г. X. Шахназаров. Социалистическая демократия. Некоторые вопросы теории. М., 1974, с. 121.

огромный комплекс мер, направленных на повышение общеобразовательного, культурного и политического уровня рабочих и колхозников. Ведь фактом является то, что если в 1959 г„ на каждую тысячу рабочих приходилось 396 человек со средним и высшим образованием, то в 1973 г. — 661 (1). Ежегодно возрастает удельный вес рабочих в общем числе обучающихся в высших учебных заведениях. Так, в 1968 г. в Ленинградском и Воронежском университетах рабочие и дети рабочих среди студентов составляли соответственно пятую и четвертую часть, а в 1974 г. их число увеличилось до одной трети; в Петрозаводском университете соответствующие показатели составляют 44,7 и 58,9% (2). Процесс повышения образовательного уровня населения охватывает и советскую деревню. 99 высших и 689 средних специальных учебных заведений готовят для села работников 20 специальностей. В них обучаются более 1,1 млн. человек, в большинстве своем выходцев из сельских семей. В системе экономической учебы в сельской местности занимаются около 6 млн. человек. Растут соответственно и требования, предъявляемые к руководящим работникам деревни. В настоящее время 83% председателей и секретарей сельских Советов имеют высшее и среднее специальное образование (десять лет назад их было вдвое меньше) (3).

Эти и многие другие факты действительности, красноречиво свидетельствующие о росте общественно-политической активности всех классов и слоев советского народа, о широком вовлечении их в решение вопросов государственного и хозяйственного управления, опровергают домыслы буржуазных идеологов о «бесправии» советских трудящихся и «недемократичности» социалистического строя. Надо сказать, что некоторые западные исследователи социально-политического развития СССР в последнее время стали высказывать свое несогласие с подобными огульно-антикоммунистическими интерпретациями советской действительности. Показательна в этом отношении позиция преподавателя Мельбурнского университета Л. Черчуорда. Далеко не во всем правильно оценивая политическую систему социалистического

:

(1)См.: Население СССР. Справочник. М., 1974, с. 112.

(2)См.: Молодежь и современность. Л., 1975, с. 100

(3)См.: «Партийная жизнь», 1975, № 4, с. 17, 18.

общества, Л. Черчуорд вместе с тем выступает против распространенного в западной советологии тезиса о том, что государственные органы в СССР не имеют значения в сравнении с партийными. «Я хочу, — пишет он, — внести коррективы в зачастую пренебрежительное отношение к советским государственным учреждениям и процессам (в отличие от партийных органов) со стороны западных авторов. Я считаю, что эти-учреждения ныне не только выполняют постояннные административные функции, но также определяют политику».

Сравнивая советскую демократию с буржуазной, автор приходит к нестандартному для буржуазных идеологов выводу: «Демократия любого типа предусматривает известную степень участия масс (в решении политических вопросов. — Ю. И.). Но в то время, как в парламентской демократии это участие осуществляется прежде всего посредством политических партий и выборов, в советской демократии оно идет гораздо дальше. Помимо почти всеобщего участия советских граждан в выборах в местные, республиканские и Верховный Советы, массовая активность развертывается в Советском Союзе по крайней мере в четырех других направлениях — в публичном обсуждении политики и законопроектов; в вовлечении представителей народа в работу административных органов; в их участии в деятельности общественных организаций (следует перечисление. — Ю, И); в соцсоревновании… В Советском Союзе стала обычной практика проведения публичных дискуссий по важнейшим вопросам законодательства и политики партии. Эти дискуссии выявляют критические замечания по деталям центральной политики и позволяют внести в нее изменения до окончательного принятия». В целом Черчуорд делает вывод, что «советская система достигла значительного успеха в расширении участия масс особенно в решении бесчисленных мелких задач местных органов власти». Есть свидетельства, пишет он, что КПСС пользуется не только постоянной, но и «ширящейся поддержкой» народа (1).

Подобные выводы, естественно, нетрадиционны и нетипичны для советологии. Но характерно, что многие

(1) См.: L G Churchward. Coviet Government. Fully revised edition. L., 1975, p. 269-271 274.

ее представители стали все чаще задумываться о пригодности практикуемых ими методов исследования для действительно достоверного отображения происходящих в социалистическом мире процессов. Ярким свидетельством неуклонного развития и углубления советской демократии явилось принятие новой Конституции СССР после всенародного обсуждения ее проекта, в ходе которого было внесено около 400 тыс. предложений. Учтя мнения трудящихся, высказанные в ходе этого обсуждения, Верховный Совет СССР внес поправки в 118 из 173 статей проекта и добавил одну новую статью.

– Конституция СССР олицетворяет новый исторический тип демократии на современном этапе развития социалистического общества. В отличие от конституций буржуазных стран, она, как и предыдущие конституции Страны Советов, четко определяет классовую природу, социальную основу и цели Советского государства. «Союз Советских Социалистических Республик, — говорится в первой статье новой Конституции СССР, — есть социалистическое общенародное государство, выражающее волю и интересы рабочих, крестьян и интеллигенции, трудящихся всех наций и народностей страны». Конституция отмечает, что основу экономической системы СССР составляет социалистическая собственность на средства производства в форме государственной (общенародной) и колхозно-кооперативной собственности. Новая Конституция СССР расширяет диапазон демократических прав и свобод советских граждан. Например, если в Конституции 1936 г. было зафиксировано право на материальное обеспечение в случае болезни и потери трудоспособности, то статья 42 Конституции 1977 г. провозглашает право граждан СССР на охрану здоровья и содержит конкретный перечень мер, обеспечивающих это право. В статье 44 говорится о праве советских людей на жилище — это также шаг вперед по сравнению с предыдущим Основным Законом нашей страны. В соответствии со статьей 49 новой Конституции каждый гражданин СССР получает право вносить в государственные органы и общественные организации предложения об улучшении их деятельности и критиковать недостатки в их работе, причем преследование за критику запрещается, а лица, виновные в этом, привлекаются к ответственности,

Необычайно важное значение имеет расширение круга органов, имеющих право законодательной инициативы в Верховном Совете СССР. Если в Конституции 1936 г. это право закреплялось за двумя палатами самого Верховного Совета — Советом Союза и Советом Национальностей, то ныне это право получают Президиум Верховного Совета СССР, Совет Министров СССР, союзные республики в лице их высших органов государственной власти, комиссии и депутаты Верховного Совета СССР, Верховный Суд СССР и Генеральный прокурор СССР. «Правом законодательной инициативы, — особо указывается в статье 113, — обладают также общественные организации в лице их общесоюзных органов».

Расширение прав общественных организаций и трудовых коллективов в развитом социалистическом обществе — одна из наиболее примечательных черт новой Конституции СССР. Эти права зафиксированы в первой же ее главе, посвященной политической системе СССР, где говорится, что в управлении государственными и общественными делами участвуют не только само государство и КПСС в качестве руководящей и направляющей силы советского общества, но также и профсоюзы, комсомол, кооперативные и другие общественные организации. Трудовым коллективам также предоставляется право участвовать в обсуждении и решении государственных и общественных дел, в планировании производства и социального развития страны, в решении целого комплекса вопросов, относящихся к хозяйственной жизни предприятий и благосостоянию трудящихся. Ничего подобного никогда не было и нет в законодательстве капиталистических стран. «В Советском Союзе демократия начинается именно там, где в капиталистическом мире трудящиеся должны вести отчаянную борьбу за крохи прав — на предприятии, в труде», — подчеркивает орган западногерманских коммунистов газета «Унзере Цайт».

Принятие новой Конституции СССР убедительно продемонстрировало беспочвенность представлений буржуазных идеологов о Советском Союзе как 0 якобы недемократическом, «жестко регламентированном» обществе. При этом они исходили и исходят из совершенно безосновательного постулата о том, что вершиной развития демократии будто бы является буржуазно-демократический строй.

Но о каком реальном демократизме может идти речь в условиях общества, которое не в состоянии обеспечить людям самое элементарное право — право на труд? В конце 1977 г. в Западной Европе, США и Японии насчитывалось более 17 млн. полностью безработных, причем в странах «Общего рынка» треть безработных — молодежь в возрасте до 25 лет. «В Соединенных Штатах насчитывается около 10 миллионов безработных, — констатируется в заявлении Чикагского комитета в защиту прав человека. — Десятки миллионов американцев не умеют читать и писать. Миллионы недоедают и лишены медицинской помощи. Тем, кто наживается, лишая наш народ этих прав человека, очевидно, выгодно отвлекать наше внимание к далеким берегам и странам, где в действительности пользуются этими правами». «Венцом всего достигнутого советскими людьми стала новая Конституция, принятая недавно Верховным Советом СССР, — заявил генеральный секретарь профсоюза железнодорожных машинистов Великобритании Р. Бактон. — Читая статьи Основного Закона Советского Союза, можно только восхищаться и приветствовать богатство его содержания. Право на труд, на работу — это же действительно великое завоевание социализма».