Чтение онлайн

Тогда, подняв большой шум, они схватили католикоса и посадили его в тюрьму, а потом свергли эмира и бросили его в крепость, а сами написали атабеку, восседавшему в Исфахане, дескать: «Этот эмир всех нас заставил отступиться от веры нашей, ибо позволил главе христиан бросить свиное сало в /181/ нашу воду. Нынче оба они — и католикос и эмир — в заключении, и что повелит воля твоя, то и будет». И [атабек] приказал: эмира лишить власти и привести к нему. А католикоса, взыскав большой выкуп золотом и серебром, отпустили идти, куда ему было угодно. И он, избавившись от опасности, отправился в сторону Хачена и больше не осмеливался вступить в пределы Гандзака.

А монастыри, находившиеся близ этого города, и иереи гавара, увидев, что владыка Степанос не осмеливается приехать в те края, сами тоже не осмеливались ездить к нему, привели Бежгэна, того самого расстригу, и дали ему образ и сан священника. Услыхав об этом, владыка Степанос предал анафеме его и тех, кто это сделал, а сам жил то здесь, то там, пока не умер в гаваре Херг.

Когда вардапеты и епископы страны Агванк увидели, что католикосат у них перестал существовать и нет у племени этого ни епископа, ни вардапета, а только лишь один дьякон, дитя [по возрасту], — его повезли в Бджни к епископу Вртанесу и [попросили] рукоположить его в священники [594] .

[Затем] привезли его в город Гандзак к правителю города, которого звали эмир Омар, и умоляли его дать приказ о рукоположении того в католикосы. И он сказал: «Слишком молод он летами; вот вы, совершенные возрастом, почему вам бы не стать католикосом?» И они ответили /182/: «Да потому что он из рода католикосов и ему подобает [получить] престол».

И [эмир] приказал рукоположить его. И было там несколько епископов, которые и рукоположили его. И когда он был рукоположен, эмир посадил его на благородного коня, облачил в изысканное льняное одеяние, приличествующее его [сану], и с горнистами впереди и позади него приказал водить по улицам города.

Так владыка Иованнес получил престол агванский на многие годы. Он обосновал свой престол в пределах Чарека, в [одной] пещере тамошней, о которой мы выше говорили. Притесняемый иноплеменниками, он задумал перебраться в Армению к великим ишханам Закарэ и брату его Иванэ. И те с большими почестями приняли его. Иванэ поселил его в гаваре Миапор, в монастыре, который называется Хамши [595] .

И он начал строить там большую и дивную церковь; [строительство ее] еще до завершения было приостановлено, ибо пришел султан Хорасана, именуемый Джалаладином, ударил по грузинскому царству и предвозвестил постепенное нашествие войска иноплеменников и разорение стран Армении, Агванка и Грузии.

Были в те времена добродетельные и пресветлые вардапеты, сиявшие в стране, подобно светилам: Степанос [597] , сын Иусика, человек святой и чудодей, могила которого после смерти стала целительницей для всех болящих; Горг Каренеци [598] , человек мудрый и знающий, и еще другой [вардапет], по прозванию Тираду [599] , получивший сан епископа, и Аствацатур [600] из города Арчеш, которого называли сыном Ахбайрака. Очевидцы рассказывали много [историй] о его добродетелях.

Был он сыном зажиточной семьи, очень жалостливым и любящим нищих; когда ему сообщили, что умерла его мать по плоти, он воздал хвалу богу. На похоронах ее он, взяв золото и серебро, вкладывал их в руки своей матери и призывал нищих брать [деньги] из рук матери, якобы это она своими руками раздавала [милостыню]. А когда скончался отец, он роздал все свое имущество нуждающимся.

Было у него много лавок, он сдал их в аренду и ежегодно, /184/ получив плату, покупал на эти [деньги] овечьи шкуры и холст, собственноручно шил одежду и раздавал ее нищим.

Видя его благие дела, многие из мусульман приходили к нему и, получив крещение от него, становились христианами.

Неверующие, видя, что он — причина всего этого, хотели убить его, но не решались сделать это открыто, так как [вокруг] было много людей. [Тогда] они задумали тайно завлечь его в сети. И, схватив одного из своих слуг, задушили его и ночью притащили, бросили у ворот монастыря; рано утром пришли, окружили монастырь, чтобы убить всех [его обитателей], якобы за то, что они сделали это. Христиане, услыхав об этом, собрались несметной толпой, чтобы умереть всем, прежде чем выдать его (Аствацатура). А святой божий человек, видя тайные козни врага и то, что из-за него хотят многих уничтожить, ибо власть в городе принадлежала персам, сказал им: «Подарите нам ночь, а завтра поступите, как вам будет угодно; выдайте нам умершего». И те отдали [труп]. Вардапет приказал отслужить полуночную службу и молить бога спасти [их] от навета. И сам, уединившись, /185/ с громкими стенаниями просил бога явить [милосердие свое]. А назавтра, открыв ворота монастыря, пригласил войти всех — верующих и неверующих, а сам, взяв знамение господне, возгласил громким голосом во всеуслышание: «Тебе говорю, эй, человек, иди, живи во имя Иисуса Христа, который сотворил тварей из ничего, и скажи перед всеми, кто убил тебя». И тот быстро поднялся и посмотрел «а толпу, увидел своих убийц и сказал: «Вот тот человек убил меня». Тогда божий святой говорит ему: «Опусти снова голову и спи [601] до всеобщего воскресения». И он тотчас же снова умер. И так избежали они гибели и прославилось имя христово.

Совершив много доблестных дел и одержав множество побед, прибыли великие ишханы Закарэ и Иванэ вместе с большим войском в город Маранд, взяли его и разорили окрестные области. Потом отправились в город Ардебиль и захватили его тоже.

Многие из них (жителей города) вместе с созывающим на молитву, которого называют мугри, нашли прибежище в своей молельне.

Зака/186/рэ приказал притащить сена и щепок и, залив их маслом и керосином, поджечь. И так он сжег их (жителей) и сказал: «Князей и людей светских — взамен армянских ишханов, сожженных мусульманами в Нахичеване [602] ; а курраев — взамен священников Багуана [603] , которых вырезали и кровью коих залили стены церкви, так что по сей день видны почерневшие следы их».

А сам он вернулся в свою страну. Но в пути заболел: на теле его появились неизлечимые язвы, и когда рубцевалась одна, появлялась другая. И так, измучившись, он скончался через несколько дней. И скорбь объяла всех христиан. Повезли его в Санаин и похоронили в большой церкви перед дверью под хораном с левой стороны. И облачились в великий траур царь грузинский Георгий, по прозвищу Лаша [604] , сын Сослана и Тамар, внук царя Георгия Великого, и брат его (Закария) Иванэ вместе со всем грузинским войском. И остался у Закарэ сын по имени Шахиншах [605] — дитя по возрасту, /187/ которого Иванэ вскормил вместе со своим сыном Саргисом, которого звали [также] Авагом [606] , покуда не достиг он совершеннолетия и не вступил во владение отцовским княжеством.

А благочестивый и всепобеждающий армянский царь Левон помимо многих свершенных им доблестных дел покорил [также] окрестные народы; позже, когда скончался владыка Давид в Аркакахине, приехал мятежный армянский католикос Иованнес, восседавший в Ромейской крепости, и они помирились.

А потом заболел и царь Левон болезнью, от которой и умер. И призвал к себе католикоса Иованнеса и всех военачальников своего войска, и, поскольку у него не было сына, а была лишь дочь [608] , он поручил католикосу и всей знати [своей] посадить ее вместо себя на престол, быть покорными ей и выдать ее замуж за человека, соответствующего ей по своим достоинствам. И поручил ее католикосу и двум знатным ишханам: своему родственнику Константину [609] и сиру Аданы [610] , ромейцу по исповеданию, а сам благополучно почил смертью в 668 (1219) году армянского летосчисления, процарствовал в стране победоносно и с доброй славой двадцать и четыре года.