Чтение онлайн

Во главе города стоял совет декурионов — ordodecurionum. Совет формировался из заслуженных ветеранов и людей, имеющих опыт подобной деятельности. Как правило, такой совет насчитывал до 100 человек. Эти люди являлись высшим городским сословием, которое выносило все решения, относительно всех сторон городской жизни. Кроме этого, существовал возрастной и имущественный ценз для декурионов — не моложе 30 лет и состояние — от 100.000 сестерциев.

А высшим руководством города считались магистраты — четыре человека, которые отвечали за различные вопросы жизни города. Причём права и обязанности делились по парам. То есть за тот же круг вопросов магистрат отвечал не один, а вместе со своим напарником. Таким образом снижалась возможность коррупционного соблазна для отдельной личности. Магистраты пребывали на своей должности только один год. Вы не поверите, но закон обязывал руководителей города на общественные мероприятия тратить не только казённые деньги, но и свои собственные. Вот такие были эти странные римляне, завоевавшие почти половину античной ойкумены.

Статус города обязывал состоятельных граждан возводить общественные здания, храмы, форум в центре города, соблюдать прямоугольную планировку города и застраивать его домами типа инсул, которые образовывали свободно стоявшие жилые блоки. В городе строился амфитеатр для гладиаторских боёв, театр, цирк, общественные термы, здание совета декурионов, капитолий, рынок, портики, святилища, проводились водопровод и дороги, которые выходили из городских ворот. А сам город окружался стеной. Как правило, в городе устраивалось две центральные улицы, которые пересекались в центре: cardomaximus и decumanusmaximus. От них уже и плясали городские архитекторы, деля город на инсулы. Причём, каждая инсула до того, как был проведён городской водопровод, снабжалась собственным источником воды — обычно фонтаном.

Город, где нет торговцев и покупателей — кладбище. Как же был устроен рынок в римском Аугсбурге? По фасаду рынка с северной и южной стороны располагались в два ряда торговые лавки. Вдоль торговых рядов шла крытая галерея, которая защищала покупателей от солнечных лучей и непогоды. Внутренний дворик рынка имел колоннаду, а в его середине находился круглый крытый бассейн с живой рыбой, предназначенной для продажи. Главными продуктами для городских жителей являлись хлеб и крупы. Недаром нам от античности остался знаменитый лозунг древнеримских пролетариев: «Хлеба и зрелищ!»

На рынке закупался мёд, оливковое масло, соль, сыры, бобовые растения, вино, рыба и морепродукты, мясо домашних животных и дичь. Кстати, мясо стоило дорого, и не всем оно было по карману. Многие мясоеды, чтобы сократить расходы на еду, отправлялись на охоту в близлежащие леса, где водилось много диких животных. Заодно часть лесных трофеев можно было сбыть на рынке. Продавались на рынке: овощи (капуста, свёкла, лук, чеснок), зелень, фрукты, соусы, уксус и специи. Также на рынке можно было купить уже готовую к употреблению еду: лепёшки с маком, котлеты, салаты и даже… борщ, заправленный салом.

Из напитков предлагалось молоко, разбавленное водой, квас (ячменная вода) и вина. Встречалось и пиво, но аристократы его презирали и считали варварским напитком. Кроме еды, продавцы предлагали огромное количество разнообразных хозяйственных товаров: посуду, предметы гигиены, благовония, украшения, лампы, инструменты, замки, предметы культа, оружие и многое другое. На рынке устраивались представления бродячих артистов, читали свои поэмы и трактаты нищие поэты и философы, рассказывали страшные истории и обменивались информацией граждане и бродячие служители восточных культов. Короче говоря, жизнь бурлила во всех её проявлениях.

Как когда-то козы «съели» Древнюю Грецию, Римскую империю уничтожили… клиенты. Великая цивилизация рухнула не от того, что ослабели её непобедимые легионы, а от того, что «просела» экономика. И, если честно, тех древних управленцев особенно не в чем винить. Они тогда ещё многого не знали, как и по сей день столько всего не знаем и мы — их далёкие наследники. Четыре столетия выделила история римскому Аугсбургу. Вполне приличный срок, чтобы привыкнуть к воцарившемуся порядку. Поэтому, когда империя рухнула и римляне ушли — наступил настоящий «конец света». В этой части нашего рассказа попробуем вкратце осветить «римский период» Аугсбурга за 400 лет жизни в политическом смысле.

После Августа на трон Римской империи взошёл один из основателей Аугсбурга — Тиберий. Он оказался долгожителем и правил Римом и подвластными провинциями больше 20 лет. Во время его правления укрепилась монархическая власть, увеличилась государственная казна, улучшилась система управления в провинциях. Он частично отказался от отдачи сбора налогов на откуп. В тоже время плебеи потеряли свои последние политические права. Начиная с 15 года н. э., все судебные процессы по обвинению в нарушении закона об оскорблении величия были направлены против представителей оппозиции сената, результатом чего стали бесчисленные ссылки, конфискации имущества и казни. Преторианская гвардия была помещена в Риме, а её префекты из сословия всадников приобрели огромное влияние. Всё это время город процветал и богател.

Правда, со временем Тиберий стал нелюдимым и подозрительным, что и явилось причиной его решения покинуть Рим и уехать в Кампанию на Капри; в Рим он больше не возвращался. И, хотя некоторые античные авторы описывают его, как тирана и лицемера, современные исследователи расходятся во мнении, и уже не судят его поступки так однозначно.

Прежде, чем преемник Тиберия занял трон Римской империи, ему пришлось пройти через испытания и унижения. Кстати, и своё прозвище «Сапожок» («калиги» — солдатские сапоги) он получил за то, что много лет провёл в воинских лагерях вместе со своим отцом Германиком. Эти годы, когда жизнь гипотетического наследника из-за любого пустяка или случайного каприза Тиберия могла оборваться, наложили свой отпечаток на свежеиспечённого императора. С одной стороны, он пытался заслужить любовь народа, устраивал роскошные празднества и отменял налоги, с другой — был коварен, импульсивен, непредсказуем и невероятно жесток.

Через четыре года терпение высших сословий Рима иссякло, и Калигулу зарубили мечами центурионы собственной гвардии, а заодно его жену и дочь.

Когда за будущим императором пришли, чтобы оказать ему соответствующие почести, он подумал, что настал его смертный час. Но судьба решила иначе. Тех, кто уничтожил Калигулу, устраивала эта жалкая и отчасти комическая кандидатура. И он оказался весьма удобным императором для многих. При нём много внимания уделялось благоустройству городов и развитию торговли. Император обеспечил торговцам твёрдую прибыль, обещав, если кто пострадает от бури, брать убыток на себя; а за постройку торговых кораблей предоставил большие выгоды для лиц всякого сословия. Очень часто Клавдий устраивал плебсу раздачи хлеба и показывал большие и многочисленные зрелища. К тому же он был образован и начитан, и был, что называется, человеком искусства.

Умер он от яда, который ему подсунули те, кому надоело ждать, пока этот слабый и тучный человек самостоятельно простится с жизнью.

Ему ещё не было семнадцати лет, когда было объявлено о кончине Клавдия. Нерон поспешил во дворец, на ступенях которого его уже приветствовали как императора. Затем юношу на носилках отнесли в преторианский лагерь, оттуда после краткого выступления перед солдатами он отправился в сенат.

Первым делом Нерон объявил, что править будет по начертаниям Августа, и не пропускал ни единого случая показать свою щедрость, милость и мягкость. Так обещают все вступающие во власть. Но потом скрытые пороки, которые ранее удерживались обстоятельствами зависимого положения, поощряемые осознанием безграничной власти, начинают рваться наружу. Многие строгости и ограничения были при нём восстановлены, многие введены впервые: ограничена роскошь; всенародные угощения заменены раздачей закусок; в харчевнях запрещено продавать варёную пищу, кроме овощей и зелени — а раньше там торговали любыми кушаньями.

Таким образом, указы императора касались и Аугсбурга, истории которого посвящён наш рассказ. А потом пришёл черёд несчастных христиан. Этих приверженцев новой, набирающей силу на всей территории империи веры травили, словно диких зверей в цирке, распинали на крестах, заживо сжигали. Расширять и увеличивать завоевания своих предшественников Нерон не собирался. Ему и так было хорошо. Наглость, похоть, распущенность, скупость, жестокость его поначалу проявлялись постепенно и незаметно, словно юношеские увлечения, но уже тогда всем было ясно, что пороки эти — от природы, а не от возраста.