Чтение онлайн

– Кстати об этом. Вы ведь не отключали Антерос во время работы Преобразователя?

– Что вы, мистер Эберхарт. У нас нет заинтересованных в том, чтобы из-за выбросов пропали ценные миллилитры магнитной жидкости. Никому не позволено заходить в эту комнату, если Преобразователь запущен. Не верите – обратитесь в отдел мониторинга. Они записывают все случаи, когда срабатывает звонок.

– По-вашему, случайная телепортация магнитной жидкости полностью исключена?

– Совершенно верно. Мы нажимаем на эту кнопку лишь тогда, когда нам позволено. И волшебная дверца открывается…

Дариан как раз стоял перед дверцей – прямоугольником, вырезанным в стекле. Дверца находилась над поверхностью волнующегося феррофлюида.

Он сфокусировал зрение и увидел на стенке резервуара едва заметную пленку – такую же, какую можно было видеть в лаборатории отдела экспериментальных технологий – Антерос. При подаче напряжения у этого материала появлялись свойства, которые отталкивали излучение геомагнитной аномалии.

Томас больше не проронил ни слова, потому что Дариан встал слишком близко к магнитной жидкости. Это был интригующий момент. Она, словно живая, откликнулась на присутствие человека.

Густая волна поднялась в том месте, рядом с которым стоял Дариан, и выросла до уровня его головы. На ее поверхности появились маленькие черные пирамидки. Они плавно передвигались и сливались воедино – магнитная жидкость как будто изучала Дариана.

Дариан улыбнулся, и его глаза широко раскрылись. Ему определенно нравилось это «существо». Не спрашивая разрешения у Томаса, он протянул руку к резервуару.

– Только... осторожно. Она такая непредсказуемая, – с трепетом говорил Томас.

Дариан прислонил палец к стеклу. Волна стремительно, но при этом сохраняя плавность движений, вытянулась и съежилась. Ее пирамидки выросли до длинных черных стрел. Узкие стрелы вздымались и тонули, перебегали по волне и возвращались на место – жидкость выглядела как объемный график резкого шума, крика от безумной радости.

Он медленно убрал руку, и стрелы уменьшились до маленьких шипов. Волна округлилась. А когда Дариан отошел от резервуара, та и вовсе растаяла, разойдясь маленькой рябью. Томас даже не заметил, как задержал дыхание, чтобы в мельчайших подробностях уловить момент знакомства феррофлюида с новым человеком.

– Как вам это?.. – спросил Томас на выдохе. – Чудесная, правда? А знаете, что самое главное? Она разработана в корпорации, в отличие от того же допотопного Преобразователя – наследия Джозефа Валентайна.

Улыбка с лица Дариана быстро сошла. Он вернулся к подозреваемому.

– Современный Преобразователь работает иначе, чем Преобразователь Валентайна.

– Да бросьте. Это та же самая конструкция. Что изменилось? Зубчатые колеса стали прочнее? Их стало больше? Это не имеет значения. Преобразователь – это прошлое. Будущее корпорации – за магнитной жидкостью.

– Вы так считаете? Я могу придумать десяток применений телепортации с помощью Преобразователя. А что можно сделать с магнитной жидкостью?

– Управлять, – Томас постучал пальцами по лбу. – Управлять мозгами. Мечта любого психопата – контролировать людей. И это возможно с помощью магнитной жидкости. Представляете, сколько жадных властителей потянется к нашей разработке, когда узнают о ней? Мы озолотимся.

– Этому не суждено быть, пока президентом введен мораторий на эксперименты на людях.

– В этом вся проблема! – возмутился Томас. – Иногда его недальновидность меня поражает! Когда президент осознает важность магнитной жидкости, уверяю вас, мистер Эберхарт, корпорация забудет о Преобразователе и геомагнитных аномалиях. Для нее не будет существовать ничего, кроме нашего детища.

– Похоже, вы заинтересованы в демонстрации своих результатов.

– Конечно!.. Что? Погодите. Если вы думаете о том, что я специально кого-то заразил, чтобы показать на что способна магнитная жидкость – это чушь. Я бы не стал этого делать. Это безрассудно.

– Возможно. Но знаете, наши сотрудники в приступах безумия способны на всякое.

– Нет, мистер Эберхарт. Вы не правы. Я не имею отношения к тому инциденту. С тех пор, как наши эксперименты были прекращены, я ни разу ни над кем не экспериментировал.

– Тогда чем же вы занимаетесь?

– Мы исследуем магнитную жидкость исключительно в теоретических целях.

– И не скучно?

– Мистер Эберхарт, пожалуйста, не разговаривайте таким тоном. Конечно, я, как и большинство сотрудников, имею небольшую склонность к садизму, но это не значит, что я…

– Хорошо, я вас понял. Но тогда вот вам задача: вы утверждаете, что никто не может забрать магнитную жидкость и остаться незамеченным. Верно?

– Да, это полностью исключено.

– А украсть формулу?

Дариан ухмыльнулся, и Томас резко поменялся в лице.

– Какую формулу? – с тревогой переспросил он.

– Способ изготовления магнитной жидкости. Такой магнитной жидкости! Если ее нельзя унести, значит, можно воссоздать. Не правда ли?

– Формулу... – Томас погрузился в размышления. – Что ж... отдельными частями ее знает каждый из моих сотрудников и сотрудников Виктории. Но к полному составу имею доступ только я, Виктория и мистер Хайт, как высшее должностное лицо.

– Выходит, теоретически, вы могли воссоздать ее. Как-то печально все для вас складывается, мистер Линден.

– Почему же только для меня? Еще, как минимум, для Виктории и нашего директора.

– Я поговорю с ними. А к вам придется приставить людей, чтобы они следили за вашими действиями.

Томас еще сильнее нахмурился, хотя и постарался эту хмурость развеять улыбкой.

– Это смешно. – он провел себе по волосам и ненадолго закрыл глаза. – Я не смогу работать в такой обстановке.

– А вы попытайтесь.

Подозреваемый вздохнул и опустил руки.

– И да, можно поинтересоваться, почему исследования на людях прекратились?

– Можно. Отчего ж нельзя? Я теперь полностью в вашем распоряжении, мистер Эберхарт, – саркастически заметил Томас. – Последний эксперимент закончился плохо: подопытный вышел из-под контроля и устроил полный разнос в испытательной лаборатории. Тоже могу вам ее показать.

– Пока не надо, продолжайте.

– А что продолжать? Он вышел из себя, примчалась охрана, его убили. Когда эта история дошла до самой верхушки, было решено закрыть наши исследования.