Чтение онлайн

В Афинах начался поиск виновников. Харес, командовавший последней спасательной экспедицией, предпочел не возвращаться. Другой полководец, Гегесилей, племянник Эвбула, был оштрафован на крупную сумму. Демосфен осуждал методы ведения войны против Филиппа. Афины, заявлял он, действовали недопустимо медленно и распылили силы, послав армию в Эвбею, против чего в тот момент выступал один лишь он. Его первое обвинение было справедливо, второе – не вполне: если Халкидика имела важнейшее значение для наступления, то контроль над Эвбеей был необходим для обороны, и если бы остров попал во вражеские руки, то коммуникации с Халкидикой оказались бы под угрозой. Поражение Халкидики в большей степени произошло из-за предательства халкидийцев, особенно Олинфа, и некомпетентности командиров афинских наемников, чем из-за недостатка войск. Халкидийская лига имела тысячную конницу и более 10 тысяч гоплитов. Афины послали 6 или 10 тысяч наемников, 2или 4-тысячное гражданское гоплитское ополчение, 450 всадников и 50 или 70 трирем – всего более 20 тысяч человек. Некоторые прибыли с опозданием, большинство практически не участвовали в боевых действиях, и сомнительно, чтобы в Олинфе в момент его падения вообще находилось какое-либо гражданское ополчение. Финансирование экспедиций было обеспечено, а богачи делали добровольные пожертвования (epidoseis) в помощь Эвбее и Халкидике. Кроме того, в Эвбею было отправлено полное гражданское ополчение, разбитое лишь из-за того, что Фокион был отозван, а его преемник проявил некомпетентность. Афинские неудачи вызваны более глубокими причинами, нежели решением отправить войско в Эвбею вне зависимости от того, было оно правильным или нет. Афинам не хватало скорости, храбрости и решительности. Ответственны за это не в меньшей степени и афинские граждане, представленные в народном собрании, так же как и политические лидеры.

Репутация Демосфена укрепилась. Он призывал афинян проявить свои лучшие качества и предвидел опасность поражения на обоих фронтах. Но и ему, и Эвбулу с Эсхином было ясно, что теперь Афинам остается только помириться с Филиппом и отказаться от участия в Священной войне. Поэтому он на некоторое время заключил со своими противниками альянс. Летом и осенью 348 г. Филипп выказывал желание заключить мир с Афинами. Филократ, сторонник Эвбула, предложил намекнуть Филиппу, чтобы тот отправил в Афины послов; Демосфен защищал Филократа, когда тот зимой был отдан под суд за это незаконное предложение. Осенью 347 г. Демосфен, будучи советником в 347–346 гг., предложил наградить Аристодема венцом за его донесение, что Филипп желает заключить с Афинами не только мир, но и союз. Между тем в Священной войне наступил застой. Фокийцы сместили Фалека с поста командующего за казнокрадство и назначили трех полководцев, которые опустошали Беотию со своих баз в Орхомене, Коронее и Корсиях. Беотийцы взывали к Филиппу, и тот в начале 347 г. прислал несколько отрядов, осенью одержавших при Абах незначительную победу. В течение зимы фокийские полководцы тайно снеслись со Спартой и Афинами, и те обещали прислать помощь; беотийцы же снова обращались к Филиппу, однако получали лишь словесные заверения.

Вероятно, в феврале 346 г. спартанская армия в тысячу гоплитов во главе с царем Архидамом и часть афинского флота в 50 трирем под командованием Проксена прибыли, чтобы занять укрепленные позиции под Фермопилами в соответствии с тайными посулами трех фокийских полководцев. Они надеялись отрезать Филиппа от Беотии и закончить Священную войну, нанеся Фивам решительный удар. Но в последний момент план провалился. Фалек занял северную Фокиду и отказался сдавать укрепления. Спартанцы и афиняне были вынуждены отступить.

Филипп узнал, что его пытались перехитрить. По предложению Филократа в Македонию поспешило посольство из десяти афинян, включая самого Филократа, Демосфена и Эсхина.

В этот момент афинянам были совершенно неизвестны намерения Филиппа. После падения Олинфа он мог воспользоваться истощением и изоляцией Афин, чтобы занять Фермопильский проход или воспользоваться Эвбеей как мостом, соединиться с союзными ему беотийцами, покорить Фокиду, а потом повести наступление на общего врага – Афины. Однако между летом 348 г. и февралем 346 г. он только и сделал, что предложил Афинам заключить мир и союз и оказал минимальную помощь Фивам, на стороне которых фессалийские союзники Филиппа начали участие в Священной войне. Бездействие Филиппа можно объяснить двумя причинами: либо он действительно хотел заключить союз с Афинами и выступить в роли арбитра, а не участника Священной войны, либо надеялся убаюкать Афины ложным чувством безопасности, закончить войну без вмешательства Афин, а потом напасть на них. По пути на север афинские послы миновали войско македонского полководца Пармениона, вставшее лагерем у Гала, города в южной Фессалии, дружественного Афинам и расположенного на главном пути к Фермопилам. В Пелле Филипп дружелюбно принял послов, дал им письменное заверение, что, если Афины заключат с ним не только мир, но и союз, он окажет им всяческое содействие, и обещал в течение переговоров не вторгаться на Херсонес. В конце марта послы вернулись. По предложению Демосфена он и его коллеги были награждены венцами, в их честь дали пир, а народное собрание в середине апреля два дня подряд обсуждало возможность мира и союза между Афинами и Филиппом. Во время этого обсуждения в Афинах находились послы Филиппа.

В первый день прения открылись с предложения Союзного совета заключить с Филиппом мирный договор, предусматривающий трехмесячный мораторий, в течение которого любое греческое государство может подписаться под договором как союзник Афин. Демосфен и Эсхин поддержали это предложение, но Филократ внес контрпредложение: заключить между Филиппом и Афинским союзом договор о мире и союзе, исключив из текста упоминания о Фокиде и Гале. Демосфен и Эсхин были против. По-видимому, в тот же вечер послы Филиппа заявили, что предложение Союзного совета неприемлемо. На второй день Филократ снова внес свое предложение, подчеркивая враждебность Фив и Мегары к Афинам. Вероятно, Эсхин на этот раз его поддержал. Аристофон выступил за разрыв переговоров. Под конец бурных дебатов Эвбул сказал, что единственной альтернативой предложению Филократа будет война, а это означало превращение Праздничного фонда в Военный, налоги на капитал и службу граждан в армии. Демосфен, известный противник Филиппа, промолчал в тот момент, когда молчание означало согласие с предложением мира и союза. Народ неохотно принял план Филократа. Народное собрание одобрило предварительные условия мира и союза; по решению Демосфена, который в тот день председательствовал в народном собрании, Керсеблепта исключили из списка афинских союзников. Мир заключался на условиях status quo в отношении земель и союзников, а союз включал взаимное обязательство бороться с пиратами и обеспечивать свободу мореплавания. В присутствии македонских послов Афины и их союзники принесли клятвы.

Афинские послы, отправившиеся принять клятву у Филиппа и его союзников, добрались до Пеллы в мае. Филипп в тот момент был во Фракии. Он разбил Керсеблепта, который не подписывался под мирным договором, но в соответствии со своим обещанием не тронул Херсонес. Вернувшись в июне, он обнаружил в Пелле послов из Афин, Фив, Фокиды, Эвбеи и Спарты. Он по-прежнему мог выбирать из государств не только центральной Греции, но и Пелопоннеса, где к нему за помощью обращались дружественные Фивам Аргос, Мегалополис и Мессена, воевавшие со Спартой. Однако Филипп от своего имени и союзников принес клятву соблюдать договор о мире и союзе с Афинами и их союзниками. Это произошло в июле в Ферах, где уже собирались войска Филиппа. Послы поспешили назад в Афины. На сессии совета Демосфен обвинил своих коллег в должностном преступлении. В народном собрании было зачитано письмо Филиппа, повторявшего, что он окажет Афинам поддержку. Эсхин заявил, что это заявление искреннее, Демосфен не согласился. Когда Филократ сказал: «Демосфен пьет воду, я пью вино», народ стал насмехаться над пессимизмом Демосфена. Народное собрание объявило, что будет соблюдать союз с наследниками Филиппа, и выразило готовность действовать против фокийцев, если те откажутся сдать Дельфы.

Филипп дважды просил Афины прислать войска в Фермопилы, чтобы совместно с ним положить конец Священной войне. Афины отказали по совету Демосфена и Гегесиппа, утверждавших, что Филипп хочет захватить афинские войска в заложники, и десять послов отправились сообщить об отказе своему союзнику Филиппу. По пути они узнали, что Фалек уже капитулировал 17 июля на условиях безопасного прохода для него и его 8 тысяч наемников. Послы немедленно поспешили обратно с этими вестями, которые ввергли город в панику. Аттика была эвакуирована, во всех крепостях размещены гарнизоны: ведь если Демосфен был прав насчет намерений Филиппа, то теперь македонский царь поведет свои силы и беотийскую армию в Аттику. В путь отправилось четвертое посольство, включавшее Эсхина, но не Демосфена, чтобы с наименьшими потерями выйти из затруднительной ситуации. Оно узнало, что капитулировала уже вся Фокида. Филипп выразил протест против недружественного отношения Афин и созвал Совет амфиктионии, чтобы обсудить карательные меры в отношении Фокиды.

На совете представители этеанцев предложили казнить всех мужчинфокийцев, а остальных продать в рабство, что вполне соответствовало практике, применявшейся обеими сторонами в Священной войне. Фиванцы именно так поступили с жителями Орхомена и Коронеи, которые оказались в их власти. Эсхин, представлявший Афины, предложил не смешивать фокийский народ с его вождями и обойтись с ним милосердно. В конечном счете решение принимал Филипп, он контролировал голоса фессалийских народов, которые составляли большинство в совете. Фокийские города были разделены на деревни, все оружие конфисковано, и на страну была наложена контрибуция в 60 талантов, которую ежегодно следовало выплачивать храму. Фокиду исключили из Совета амфиктионии, два ее голоса передали Филиппу. Ему же отошла привилегия внеочередного обращения к оракулу, которую прежде Филомел даровал Афинам. Кроме того, совет рассмотрел вопросы о будущем святилища, провозгласил программу мира и согласия (homonoia) среди членов амфиктионии и избрал Филиппа председателем грядущих Пифийских игр в сентябре 346 г. Когда в Афинах стало известно об этих решениях амфиктионии, народное собрание отказалось присылать делегатов на Пифийские игры. Посольство от Совета амфиктионии, подкрепленное письмом Филиппа, потребовало от Афин извиниться и прислать послов. После бурных дебатов, в ходе которых Эсхину не дали говорить, а Демосфен заставил себя выслушать, было принято предложение Демосфена принести извинения и отправить послов. После окончания Пифийских игр Филипп вернулся в Македонию.

Эти события дают четкое представление о политике Филиппа. В его власти было вырезать фокийцев и повести Фессалию, Беотию и Мегару на Аттику, но он предпочел закончить войну с минимальным кровопролитием, не стал нарушать союз, заключенный с Афинами, и постарался покончить со взаимной ненавистью между участниками Священной войны. Его поступки демонстрируют искреннее желание освободить святилище Аполлона и урегулировать ситуацию в Греции. Прежде всего он старался заручиться расположением Афин даже в ущерб дружбе с Беотией. Филократ и Эсхин выступали за сотрудничество с Филиппом. В ходе переговоров они верно предугадали, что Филипп намеревается проявить к Фокиде снисходительность и не выступать вместе с Беотией против Афин. Поскольку у них были свои причины так действовать, они, вероятно, руководствовались не только амбициями, но и патриотизмом; и если бы их политика пришлась афинянам по душе, они бы стали народными вождями. Демосфен тоже знал, что война с Филиппом в 348–346 гг. привела бы к гибельным последствиям. Поэтому он выступал за мир, но не за союз. Также верно предугадав намерения Филиппа, он был готов тормозить любые шаги на пути претворения союза в реальность, даже рискуя, что Филипп объявит войну, так как был уверен, что он этого не сделает. В этом отношении Демосфен был патриотом. Он был более проницательным политиком, чем Филократ и Эсхин, поскольку понимал правдивость высказывания Фукидида о том, что, когда одно государство подчиняется, другое одерживает верх, и поэтому реальный союз между Филиппом и Афинами закончился бы тем, что Филипп подчинил бы своего союзника, точно так же, как закончился союз между Филиппом и Халкидикой. В то же время Демосфеном двигали амбиции. Если бы возобладала политика Филократа и Эсхина, он бы лишился будущего – ведь он получил известность как принципиальный противник Филиппа, и поэтому его ненависть к македонскому царю подпитывалась и патриотическими, и личными мотивами.

Когда Филипп готов был вмешаться в Священную войну, Исократ опубликовал свой памфлет «Филипп». Осознавая силу македонской монархии и считая Филиппа культурным и умным человеком, автор призывал царя объединить греческие государства и повести их на Персию. Исократ писал не как афинский политик, а как ученый, изучающий состояние Греции и видящий истощение ведущих греческих государств и социально-экономические проблемы, которые возникнут из-за дальнейшей борьбы между ними. Исократ взывал к Филиппу, как к потомку Геракла, стать благодетелем Греции и проявить благородство и добрую волю, которые могут привести греков к единству и согласию (homonoia). Афины, полагал он, с готовностью присоединятся к Филиппу в крестовом походе против Персии, если только сумеют обуздать демагогов и распознать свои истинные интересы. Финальная цель Исократа – единство и согласие греческих государств – подчеркивалась в программе Совета амфиктионии, принятой под влиянием Филиппа в августе 346 г. В течение следующих нескольких лет Филипп выжидал, пока Афины определятся со своей политикой по отношению к нему.

В своей речи «О мире» Демосфен намекал на коррумпированность народных советников. По его подсказке Тимарх обвинил Эсхина в должностном преступлении, когда деятельность послов подверглась проверке. Но Эсхин в ответ обвинил самого Тимарха. В начале 345 г. Тимарх был лишен прав за аморальное поведение, Демосфен даже не стал выступать в его защиту, а Эсхин снова выразил веру в обещания Филиппа оказать Афинам содействие. В это время, а также позже, афиняне направили Филиппу протест против того, что он захватил несколько городов у Керсеблепта; они просили царя вернуть эти города и признать Керсеблепта участником договора о мире и союзе. Филипп справедливо ответил, что он захватил эти территории до союза с Афинами, что до них Афинам нет никакого дела и что афиняне сами вычеркнули Керсеблепта из договора. В качестве жеста доброй воли он предложил прорыть через перешеек Херсонеса канал на благо афинян, но те не поддержали это предложение. Однако Демосфен и прочие продолжали обвинять Филиппа в вероломстве по отношению к Керсеблепту, и, вероятно, их обвинения казались народу справедливыми. Осенью 344 г. Демосфен был назначен главой миссии, дабы противодействовать влиянию Филиппа в Аргосе, Аркадии и Мессении, но единственным итогом работы миссии стали протесты Аргоса и Мессении, воздвижение статуй Филиппа в Аргосе и Аркадии и протест Филиппа против такого поведения союзника.