Чтение онлайн

Второй Афинский союз не являлся федеральным органом. Он не предусматривал федерального гражданства и федерального правительства. Это был военный союз, созданный, чтобы разгромить Спарту и обеспечить свободу и независимость на принципах коллективных действий и коллективной безопасности. Подобно военному союзу в Коринфской войне 395–387 гг., ему требовался план организации, который вследствие продолжительного существования союза можно назвать конституцией. В марте 377 г., когда Афины и их союзники огласили свою программу, эта конституция была всеобъемлющей и прогрессивной. Она определяла совещательные, исполнительные, финансовые, судебные и дипломатические функции. В глазах политического теоретика такая конституция могла выглядеть первым шагом на пути к постоянной федеративной системе. Однако союз с начала и до конца носил только военный характер и назначение, и условия, на которых он заключался, были исключительно реалистичными. Чтобы победить Спарту, Афины нуждались в союзниках и привлекали их либеральными условиями. Союзникам со своей стороны было не на что рассчитывать без афинской силы и руководства, поэтому они согласились оставить за Афинами право вето при определении политики и полную исполнительную власть при ее проведении. Обе стороны союза шли на риск: Афины рисковали потому, что вклад союзников в общее дело мог оказаться недостаточным, а союзники потому, что Афины могли злоупотребить своей ролью гегемона, – тем не менее союз был создан в атмосфере согласия, безотлагательности и оптимизма.

В 377–374 гг. союз стремительно расширялся. Его религиозным центром стал Делос – совет афинян контролировал храмы острова, но уважал автономию делосской общины. Первые участники союза – несколько государств Эвбеи, Пепаретос, Скиатос, фракийская Маронея и Перинф в Пропонтиде – находились на торговом пути в Черное море, который имел чрезвычайное значение для Афин, а в то время и для Фив, так как по нему поставлялось зерно. В 376 г. Спарта, не сумев вторгнуться в Беотию, переключила наступление на Афины. Флот из 60 кораблей, базировавшийся на Эгине, блокировал подходы к Сароническому заливу, но в сентябре 376 г. ему нанес решительное поражение у Наксоса более крупный афинский флот. После этого к союзу присоединилось большинство Киклад. В 375 г. союз не стал сосредотачивать все свои силы против спартанской базы на Эгине, а разделил их на два флота: один под командованием Хабрия вербовал в союз новых членов на фракийском побережье; второй под командованием Тимофея отправился в Ионическое море, чтобы привлечь на свою сторону Керкиру, Кефаллению, Акарнанию и Алкета, царя Молоссии. Продолжая набеги с Эгины, Спарта одновременно оснастила флот из 55 кораблей на западе, который сразился с Тимофеем под Ализией в Акарнании, но потерпел неудачу (ок. июня 375 г.); впоследствии, когда Тимофей получил подкрепления с Керкиры, Спарта утратила инициативу. К лету 374 г. Афины и их союзники стали ведущей морской державой в Эгейском и Ионическом морях.

Стремительным успехом Второй Афинский союз обязан сочетанию ряда обстоятельств. Военная доблесть восстановленной Беотийской лиги прикрыла Аттику от спартанского вторжения и позволила Афинам отдать все силы морской войне. Тиранические методы Спарты посеяли столь сильный страх и ненависть в малых государствах, что лишь немногие, например Гистиея и Эвбея, сохраняли ей верность. Как только Фивы и Афины бросили вызов Спарте, демократические партии в других государствах усилили активность и обратили свои взоры к Афинскому союзу, который мог быстрее обеспечить защиту, чем Беотийская лига. Сами Афины прикладывали чрезвычайные усилия, оправдывавшие ее положение гегемона. Они помогли Фивам как непосредственно в Беотии, так и косвенно операциями на Эвбее и тем, что внимание Спарты было отвлечено к западу. Афины соблюдали свои обязательства по союзному уставу, в частности на Керкире, куда Тимофей прибыл по приглашению демократической партии, но не стал вмешиваться во внутренние дела острова. У Афин имелись способные полководцы – Каллистрат, политик, разрабатывавший союзный устав, Хабрий и Ификрат, набравшиеся опыта как командиры наемников, и молодой, подающий надежды Тимофей, сын Конона, – и афинский флот разбил силы спартанцев у Наксоса и Ализии. В 377/76 г. был учрежден новый совет из десяти морских комиссаров, избиравшихся ежегодно, который заведовал всей подготовкой флота. Но в первую очередь Афины изыскивали средства, неоднократно облагая налогом капитал, скопившийся в частном владении за годы мира. Предложение набрать 20 тысяч гоплитов и 500 всадников и оснастить 200 кораблей было выполнено не полностью; но тот факт, что количество кораблей, числившихся за Афинами, выросло приблизительно со 100 в 377/76 г. до 283 в 357/56 г., демонстрирует рвение Афин в эти годы, полные событий.

Лидерство в союзе обернулось для Афин крайним напряжением сил. Чтобы быстрее собирать налоги на капитал в 378/77 г., государство провело оценку всей частной собственности поверх уровня, который, вероятно, соответствовал нижнему слою класса гоплитов. Общий капитал, подлежащий налогообложению, по этой процедуре был оценен примерно в 6 тысяч талантов, а сами владельцы капиталов были разделены на 100 групп – симморий, каждая обладала 60 талантами. Когда государство требовало уплаты процентов от налогооблагаемого капитала (eisphora), на каждую симморию возлагалась ответственность внести отдельный взнос. Вероятно, в 374 г. процедура выплаты была ускорена: трое богатейших людей в каждой симмории выплачивали взнос своей симмории в качестве предоплаты (proeisphora), после чего собирали налоги со своих коллег-налогоплательщиков. Сколько средств было собрано благодаря налогу на капитал в 377–374 гг., неизвестно. Судя по тому, что в 428 г. выплаты по налогу составили 200 талантов, и судя по размеру афинских вооруженных сил в эти годы, общая сумма достигала скорее сотен, чем десятков талантов. Введение налога вызвало недовольство в классе собственников, так как богатейшие граждане несли также бремя триерархий и других литургий. Но и этих средств было недостаточно, чтобы покрыть стоимость кампаний Тимофея и Хабрия.

В конце 375 г. Фивы готовились перейти в наступление. Все беотийские города, за исключением Орхомена, вошли в Беотийскую лигу или были подчинены Фивам, а фиванские гоплиты разгромили спартанцев под Тегирой. Момент для фиванской экспансии в центральной Греции казался благоприятным. Руки Афин, традиционного соперника Фив, были связаны их союзом и войной со Спартой. На севере возникла новая сила – Ясон, тиран Фер, обладал большими кавалерийскими силами и армией в 6 тысяч отборных наемников. Как союзник Фив, он вел со Спартой борьбу за обладание Гистиеей на Эвбее и во время спартанских вторжений в Беотию посылал Фивам зерно. В конце 375 г. полностью объединить Фессалию ему мешал только Полидам из Фарсала, близкий друг Спарты, полагавшийся на поддержку спартанского гарнизона в трахидской Гераклее. Весной 374 г., несомненно скоординировав свои действия, Фивы вторглись в Фокиду, а Ясон предъявил Полидаму ультиматум. Фокида и Полидам воззвали к Спарте, которая сражалась уже на слишком много фронтов, чтобы считать Ясона одним из своих активных врагов; поэтому она переправила через Коринфский залив армию под командованием Клеомброта на защиту Фокиды, но с сожалением отказала Полидаму в помощи. Появление Клеомброта заставило Фивы перейти к обороне, но Ясон добился подчинения Полидама, расчистив себе путь, чтобы стать выборным правителем (tagos) всей Фессалии.

Эти события в центральной Греции встревожили не только Спарту, но и Афины. Их отношения с Фивами и без того были напряженными, потому что Фивы прекратили выплаты Совету союзников, а создание Беотийской лиги, покорение Платеи и нападение на Фокиду шли вразрез с традиционной политикой Афин. В тот момент Фивы, безусловно, были их союзником, но Афины не желали, чтобы их сосед становился доминирующим партнером по союзу. Афины уже достигли своих целей в войне – их морской мощи ничто не угрожало, но требовалась пауза для восстановления финансовых ресурсов. Поэтому Афины начали мирные переговоры со Спартой на условиях status quo, по которым Спарта должна была признать Второй Афинский союз, а действие мирного договора распространялось бы и на Фивы как члена этого союза. В июле 374 г. мир на этих условиях был заключен. Афины торжествовали. Тимофею была поставлена статуя, впоследствии в годовщину заключения мира проводились жертвоприношения. Казалось, что восстановился старый баланс сил в Греции – Афины господствовали на морях, Спарта контролировала Пелопоннес.

Мир продолжался недолго. Движение в сторону демократии набирало силу, искушая Афины и вызывая у Спарты тревогу. Когда Тимофею сообщили о мире и отозвали его домой, он высадил на Закинфе эмигрантов-демократов, которые построили на берегу крепость и начали борьбу с олигархами. Спарта заявила Афинам протест, но афинское народное собрание решило поддержать закинфских демократов. Это решение оказалось фатальным для только что установившегося баланса сил. Афины сознательно выбрали агрессивный курс в надежде достичь главенства в Греции, и у Спарты не было выбора, кроме продолжения войны.

Зимой и весной 374/73 г. Спарта отправила флоты на Закинф и Керкиру. Не имея денег, чтобы снарядить флот на подмогу этим островам, Афины сушей отправили 600 наемников-пелтастов в Эпир, откуда ночью они переправились на Керкиру, а Тимофею было приказано искать в Эгейском бассейне новых рекрутов и источники финансирования для союза. Тимофей заручился расположением Ясона из Фер, ставшего правителем всей Фессалии и имевшего влияние в Эпире; он заявлял, что имеет 8 тысяч всадников, 20 тысяч гоплитов и бесчисленное число пелтастов, но в действительности, возможно, располагал вдвое меньшими силами. Союзником Афин стал также Аминт Македонский, а многие государства присоединились к Афинскому союзу. Однако это не решило финансовой проблемы. Осенью 373 г. флот Тимофея стоял в бездействии у входа в Саронический залив; его сундуки были пусты, а союзные моряки выражали недовольство. Калликрат и Ификрат привлекли его к суду, но благодаря поддержке Ясона и Алкета Тимофей был оправдан; его пост занял Ификрат. Тем не менее денег по-прежнему не было, пока Калликрат, Ификрат и Хабрий не ввели новые налоги на капитал и особые налоги. Когда Ификрат прибыл в 372 г. с 70 кораблями на Керкиру, спартанский флот отступил. Чтобы накормить своих людей, Ификрату пришлось сдавать своих моряков на Керкире внаем как рабочих. В то же время на Кефаллении были размещены афинские чиновники с гарнизонами, чтобы удерживать под контролем этот остров, прилегающие острова и побережье материка.

Ошибка Афин стала очевидна. Финансовое положение государства не соответствовало его претензиям на верховенство, а политическое вмешательство в дела союзных государств и дурное распоряжение финансами поставили под сомнение лояльность афинских союзников. Особенно ухудшились отношения Афин с Фивами. Хотя в 373/72 г. Фивы направили несколько кораблей во флот Тимофея, а председателем Совета союзников был избран фиванец, Фивы разрушили Платею и лишили политической независимости Феспии. Беженцев из Платеи радушно приняли в Афинах и предоставили им равные права по указу об изополитии. Этот шаг вызвал еще большее раздражение в Фивах, которые и без того были возмущены захватом Оропа, осуществленным Афинами несколькими годами ранее. Действия Ясона также вызывали тревогу в Афинах: он вышел из Афинского союза, но остался в союзе с Фивами. Ведущий афинский политик Каллистрат убедил народ начать мирные переговоры со Спартой и заранее сообщить Фивам об этом намерении. В этот момент на дипломатическое поле вернулся царь царей. Он никак не мог подавить восстание в Египте и нуждался в греческих командирах и наемных войсках. Его послы присутствовали на мирной конференции, проводившейся в Спарте летом 371 г., на которую враждующие стороны прислали делегатов. Спарта предложила следующие условия, которые были поддержаны Персией и Афинами: греческие государства получали независимость, все гарнизоны подлежали отзыву, следовало провести всеобщее разоружение; если какое-либо государство нарушит предложенные условия, остальные подписавшиеся под мирным договором не были обязаны вмешиваться, но любое государство по своему желанию могло оказать помощь жертве агрессии. После одобрения этих условий были назначены командующие для надзора за выводом гарнизонов. Спарта поклялась соблюдать мирный договор от имени себя и своего союза; Афины и члены ее союза, включая Фивы, приносили клятву отдельно и независимо друг от друга; затем клятву принесли и остальные государства по очереди. Эта процедура подразумевала признание Персией Спартанского и Афинского союзов как главных гарантов мира. Кроме того, была удовлетворена просьба Афин считать некоторые территории их владениями; среди них были Херсонес и Амфиполь – последний попал в этот список с согласия присутствовавшего на конференции Аминта, царя Македонии.

На следующий день после принесения клятвы фиванские делегаты попросили заменить в мирном договоре «фиванцев» на «беотийцев», чтобы таким образом была признана Беотийская лига. Предлагая употреблять в мирном договоре слово «фиванцы», Спарта, вероятно, действовала с одобрения Афин, так как оба государства сочувствовали Платее, Феспиям и Фокиде и оба опасались усиления Беотийской лиги. Поэтому Агесилай, говоривший от имени Спарты, отказал фиванцам в их просьбе. «Фивы, – заявил он, – должны соблюдать принесенную клятву, иначе их имя будет вычеркнуто из договора». Фиванские делегаты во главе с Эпаминондом предпочли быть вычеркнутыми. Тем самым Фивы порывали с Афинским союзом и шли на риск войны с Персией, Спартой и Афинами и любым другим государством, пожелавшим участвовать в интервенции.

После этого конференция была распущена. Афины выполнили условия договора, отозвав Ификрата и вернув в Спартанский союз все государства, которые они откололи от него после принесения клятвы. Затем Афины и Спарта отозвали все свои гарнизоны и вооруженные силы, и только в Фокиде остался Клеомброт, командовавший спартанской армией. Спартанское народное собрание обсудило вопрос, что следует делать Клеомброту. Протой предложил распустить армию и в честь заключения мира преподнести дар Аполлону Дельфийскому, а впоследстии, если какое-либо государство откажется признавать независимость других государств, принять меры. Однако народное собрание предпочло немедленные действия. Клеомброту было приказано напасть на Фивы, если только те не согласятся распустить Беотийскую лигу.