Чтение онлайн

Положение самого многочисленного слоя филиппинского общества — крестьянства определялось усилением помещичьей эксплуатации. В XIX в. в результате роста помещичьего землевладения число самостоятельных крестьянских хозяйств значительно сократилось, усилился процесс обезземеливания крестьян, увеличилась прослойка арендаторов-издольщиков, более четко обозначилась классовая дифференциация в деревне. В условиях хотя и очень медленного внедрения капиталистических методов эксплуатации часть крестьян превращалась в сельских пролетариев — сезонных рабочих и батраков-пеонов. Существенной перестройке подвергалась старая система барангаев. Их внутренняя стабильность была подорвана с ростом помещичьего землевладения, изменениями в методах эксплуатации, обезземеливанием и разорением крестьянства. Во второй половине XIX в. отходы крестьян на сезонные заработки (нередко в отдаленные провинции и города) превратились в массовое явление, результатом которого было ослабление традиционных связей внутри барангаев. По словам одного из испанских историков середины прошлого века, «барангаи теперь существуют лишь в налоговых списках кабеса — крестьяне рассеяны либо по всему пуэбло, либо по другим провинциям». Хотя пережитки патриархальных представлений и связей достаточно стойко удерживались в сознании крестьянства, нарушение внутренней замкнутости барангаев приводило к подрыву патриархальных устоев, а усиление экономической власти касиков и эксплуатации со стороны местного помещичьего слоя — к углублению противоречий между крестьянами и помещиками-филиппинцами.

Объектом военно-политических авантюр и источником противоречий между капиталистическими державами на Филиппинах были не собственно испанские владения, где экспансия осуществлялась в форме проникновения и освоения местного рынка европейским и американским торгово-промышленным капиталом, а южные независимые районы архипелага — султанат Сулу и подчиненные ему территории Северного Калимантана, расположенные на торговых путях в Китай.

В первой половине XIX в. испанская колониальная администрация не располагала достаточными военными силами для завоевания мусульманских территорий. В конце 30-х годов основными соперниками испанцев в районе Сулу — Северного Калимантана были англичане и французы, старавшиеся распространить свое влияние на эти территории. Обеспокоенные их действиями, испанские колонизаторы предприняли ряд мер по стабилизации отношений с султанатом Сулу. В 1836–1837 гг. генерал-губернатор Филиппин подписал с султаном договоры о дружбе и торговле, гарантировавшие испанцам свободу коммерческой деятельности в султанате и мореходства в море Сулу и содержавшие взаимные обязательства по оказанию военной помощи в случае конфликтов с третьей державой. В 1842 г. испанцы выстроили форт на Басилане с целью обеспечения контроля над этим островом и группой соседних островов Балангинги, расположенных у границ Сулу, а также защиты Замбоанги от рейдов воинственных самалов, населявших Басилан.

Политика Англии на юге архипелага была связана с ее планами по установлению контроля «ад торговыми путями к дальневосточным рынкам и усилением проникновения на индонезийские территории, не занятые голландцами. В столице султаната Сулу обосновались английские агенты, занимавшиеся сбором информации и шпионажем при дворе султана. В результате в Холо возникла сильная проанглийская группировка, в которую вошел ряд влиятельных дато. В начале 1844 г. в Сулу прибыл английский корвет под командованием капитана Белчера. Целью его миссии было заключение очередного договора о дружбе и торговле. Попытки договориться по этим вопросам с султаном Пулалуном были неудачны. Однако Белчер сумел подписать несколько договоров с проанглийски настроенными дато, которые гарантировали англичанам свободу коммерции.

В то же время попытку укрепиться на юге архипелага предприняли и французы, интерес которых к этому району был связан с поисками удобной опорной базы на пути в Китай. С качала 40-х годов французские военные и торговые суда стали часто курсировать в море Сулу. В 1843 г. французские агенты заключили торговый договор с султаном Пулалуном. В 1844 г., после тоге как самалы из приморского поселения Малусо на Басилане напали на французское судно, убив офицера и захватив в плен трех матросов, французская военная эскадра, несмотря на протесты испанского губернатора Замбоанги, блокировала Басилан и соседние с ним мелкие острова. Испано-французский конфликт обострился в 1845 г., когда французский дипломатический представитель в Китае Грене начал переговоры с султаном Сулу о продаже Франции о-ва Басилан, вассальной территории султаната, под предлогом защиты французских кораблей от нападений самалов. В результате переговоров Пулалун согласился продать остров за 100 тыс. мекс. долл. Это соглашение не получило, однако, одобрения со стороны правительства Франции, не желавшего вступать в открытый конфликт с Испанией.

Тем не менее попытка французов укрепиться на юге Филиппин серьезно встревожила испанцев. В 1846 г. по приказу генерал-губернатора Клавериа на Басилане был выстроен еще один форт для защиты острова от новых попыток французских территориальных захватов. Одновременно испанцы стали проводить более активную политику по завоеванию и подчинению мусульманских районов. В 1846 г. они договорились с султаном Магинданао о передаче им довольно обширной территории в районе залива Давао (в восточной части Минданао). Но из-за сопротивления местного населения испанские колонизаторы к 1848 г. смогли захватить лишь прибрежный район. В 1846–1848 гг. продолжалась кампания по завоеванию группы островов Балангинги, находившихся в вассальной зависимости от султаната Сулу. Овладение этими островами, расположенными: между Басиланом и архипелагом Сулу, позволяло испанцам более эффективно контролировать район, входивший в сферу колониальных интересов европейских соперников Испании. Кроме того, испанцы были заинтересованы в покорении местных племен самалов, отличавшихся воинственностью и издавна занимавшихся морским пиратством, которое причиняло большой ущерб приморским районам Висайев и Южного Лусона. Сопротивление самалов было сломлено в 1848 г., после присылки из метрополии трех военных паровых судов, включенных в эскадру, которая блокировала центральный остров Балангинги, Испанские колонизаторы действовали с исключительной жестокостью. Они почти поголовно истребили все население острова, а немногих оставшихся в живых (преимущественно женщин и детей) отправили на Лусон и расселили в долине р. Кагаян. Были дотла разрушены три крепости самалов, выжжены селения, уничтожены посевы, вырублено несколько тысяч кокосовых пальм.

В то время, когда испанцы завершали кампанию по покорению самалов, в Холо прибыл английский военный корабль, на борту которого находился английский генеральный консул в Брунее Джеймс Брук, известный своей деятельностью по распространению английского влияния в Северном Калимантане. Он повел переговоры с султаном о подписании договора с англичанами. Обстановка в Сулу способствовала успеху его миссии. При дворе султана усилились позиции проанглийской группировки, отношения с испанцами ухудшились в результате захвата территории самалов, принадлежавшей султанату. Правители Сулу были встревожены событиями в соседней Индонезии, где в этот период голландцы вели войны за овладение еще не колонизованными территориями; они опасались голландской агрессии на Филиппины.

В итоге переговоров с Пулалуном Брук получил одобрение составленного им текста договора, который и был подписан в мае 1849 г. Английские подданные получили право свободного въезда и поселения в султанате, приобретения всех видов собственности; в коммерческой деятельности они получали привилегии наиболее благоприятствуемой нации. Откровенно антииспанский характер носила одна из статей договора, согласно которой султан обязывался не передавать никому территории, входящие в его владения, и не признавать суверенитета никакой другой державы без согласия английского правительства. Конфликт, приобретавший все более скандальный характер и грозивший серьезными международными осложнениями, рассматривался правительствами Испании и Англии, в результате чего в Лондоне отказались от ратификации договора.

Борьба держав за распространение политического влияния в южных районах Филиппин, попытки территориальных захватов, угроза новых военно-политических акций со стороны европейских соперников Испании — все эти факторы побуждали испанских колонизаторов усилить наступление на мусульманские султанаты, ускорить их завоевание и присоединение к колонии. Процесс завоевания Сулу и мусульманских районов Минданао продолжался с середины XIX в. почти до конца испанского колониального господства на Филиппинах. Первоочередной задачей было покорение султаната Сулу, оказавшегося в 40-х годах в центре испано-английских и испано-французских противоречий.

Подготовка к военной кампании в Сулу началась в конце 40-х годов. В качестве предлога для отправки военной эскадры в Холо генерал-губернатор Урбистондо выдвинул обвинение в адрес султана Сулу, якобы оказывавшего поддержку пиратским рейдам с Басилана. Моро были готовы к войне: укреплена столица и в крепости во внутренних районах архипелага из Холо отправлены старики, женщины и дети. Мусульманские войска, по сведениям испанской разведки, составляли более 10 тыс. Испанская эскадра, появившаяся у берегов Сулу 1 января 1851 г., была встречена артиллерийским огнем и вынуждена вскоре уйти в Замбоангу. В конце февраля испанская флотилия, укрепленная паровыми судами, вновь подошла к Холо. Испанские колонизаторы захватили и разрушили город. Используя традиционную тактику, султан с уцелевшими войсками укрылся в горных крепостях. Испанцы не стали преследовать противника и, оставив небольшой гарнизон в Холо, отошли в Замбоангу. Кампания 1851 г. завершилась заключением мирного договора, согласно которому султанат Сулу переходил под протекторат Испании [18] . Вслед за подписанием договора с Сулу они захватили о-в Басилан, присоединив его к своим владениям. Усиление позиций Испании на юге Филиппинского архипелага вызвало тревогу в английских колонизаторских кругах. Англичане отказались признать договор 1851 г., демонстративно продолжая отношения с султанатом как независимым государством.

Осенью 1851 г. испанцы приступили к осуществлению планов по подчинению мусульманских районов Минданао. Испанские владения на Минданао включали кроме района Замбоанги ряд территорий в долине р. Сибугай (в северо-западной части острова), земли вокруг Илигана (на северном побережье), захваченную в 1848 г. узкую береговую полосу вдоль залива Давао. Центральные (район оз. Ланао, долины р. Симуай и Пуланги) и южные части острова находились под контролем султанов и феодальных правителей Магинданао и Буайана. Внутренняя обстановка в мусульманских районах в этот период характеризовалась усилением междоусобной борьбы в султанате Магинданао, ослаблением власти султана и укреплением политических позиций давнего соперника Магинданао — Буайана. Султан Магинданао, рассчитывая на испанскую помощь в борьбе с султаном Буайана и собственными дато, передал испанцам ряд территорий, расположенных в центре его владений (по нижнему течению Пуланги). В знак признания «заслуг» султана испанские власти присвоили ему в 1860 г. звание генерал-лейтенанта и объявили его «королем Тамонтаки» (в то время столица Магинданао). В 1861 г. султан позволил испанцам оккупировать Котабато, один из главных центров султаната, и разместить там гарнизон. С 1863 г. обедневший султан (лишившийся большинства территорий, население которых платило ему налоги) стал получать пенсию от испанского генерал-губернатора. В начале 60-х годов захваченные мусульманские территории были разделены на шесть округов (пять — на Минданао и один — на Басилане), поставленных под контроль военной администрации.