Чтение онлайн

В 1426 году Любек, Гамбург, Росток, Штральзунд, Висмар и Люнебург заключили союз с герцогом Генрихом Шлезвиг-Гольштейнским и вступили в войну против Дании. Союзники договорились не заключать сепаратный мир. Их поддержали саксонские города, хотя позиция последних имела лишь моральное значение. Прусские, лифляндские и почти все померанские города сохранили нейтралитет.

Война началась не слишком успешно. Сначала во время штурма Фленсбурга, занятого датчанами, погиб герцог Генрих. Командование взял на себя его младший брат Адольф, однако ганзейские солдаты отправились домой. За это Гамбург приговорил командующего своим контингентом советника Иоганна Клецеке к смерти. Ганзейский флот (более 30 кораблей, 8 тысяч солдат) под командованием бургомистра Любека Тидеманна Штеена вошел в Зунд с задачей защитить две торговые флотилии, шедшие из Франции и от устья Вислы. Однако 11 июля перед Копенгагеном показался большой датский флот, готовившийся к сражению. Штеен решил принять бой. Гамбургские моряки сражались храбро, однако их корабли сели на мель и попали в руки датчан; 200 человек было убито, 600 попало в плен. Никто из союзников не пришел к ним на помощь. Более того, Штеен повел себя в сражении довольно трусливо, спрятавшись на маленьком корабле, на борту которого находились рыцари.

Еще долгое время после этого жители Гамбурга обвиняли Любек в предательстве и насмехались над ним. Однако некоторые любекские капитаны сражались храбро и даже захватили вражеские корабли. Знамя, украшенное гербами трех скандинавских королевств, с изображением грифа (символ короля Эрика) и святых Марии и Иосифа, оказалось захвачено в этот день и выставлено в Любеке в церкви Святой Марии.

Хуже всего, однако, было то, что Штеен ушел из Зунда, и шедшая из Франции торговая флотилия численностью более 30 кораблей, оказав мужественное сопротивление, была захвачена датчанами. Виновник, впрочем, отделался легче, чем в свое время Виттенборг. Штеен был закован в кандалы и брошен в темницу. Выпущенный на волю три года спустя, он был лишен до конца дней своих права заседать в городском совете.

Война тем временем продолжалась. В следующем году большой ганзейский флот дважды подходил к Копенгагену и перекрывал вход в гавань затопленными кораблями. Однако ганзейцам никак не удавалось уничтожить вражеский флот. В 1429 году датчане, в свою очередь, подошли к Штральзунду, сожгли стоявшие на рейде суда и танцевали у городских стен, насмехаясь над горожанами. В конечном счете, однако, их поход завершился неудачей.

После этого союз шести городов распался. В 1430 году Росток и Штральзунд заключили мир с Эриком, опасаясь внутренних беспорядков. Однако другие города, недовольные размером уступок, на которые был готов король, продолжили войну. В 1432 году Любек добился серьезного успеха, захватив возле устья Траве датского капера, наводившего ужас на всю Балтику. В том же году города вместе с графом Адольфом Гольштейнским заключили с датчанами трехлетнее перемирие. По истечении его срока, в 1435 году, в Вордингборге был подписан мирный договор. Адольф сохранял за собой Шлезвиг, а четыре города получили торговые привилегии, распространявшиеся и на других членов Ганзы.

Король Эрик, чтобы вести войну, был вынужден обложить своих подданных высокими налогами. Это, а также многочисленные злоупотребления привели к тому, что в 1439 году все три королевства отказали ему в повиновении. Эрик удалился на Готланд и время от времени нападал оттуда на своих прежних подданных. Некоторое время спустя он вернулся на родину, в Померанию, где и скончался в 1459 году.

Датский рейхсрат [48] призвал на престол племянника Эрика — Кристофера Баварского [49] . Любек, Гамбург, Висмар и Люнебург обещали ему свою помощь. Надежды ганзейцев, однако, не оправдались. Новый король, укрепив свою власть, попытался, как и его предшественники, ослабить влияние Ганзы. Городам было позволено не платить Зундскую пошлину, однако эта привилегия не была оформлена документально и могла быть отозвана в любой момент.

Подводя итог, нужно сказать, что единство, которое помогло городам победить Вальдемара, отсутствовало в войне против Эрика. Интересы различных групп внутри Ганзы разошлись. Только Любек и его ближайшие союзники выступали единым фронтом в общих интересах, однако их ресурсов было недостаточно для того, чтобы навязать Дании свою волю. Стало ясно, что Ганза вступила в полосу кризиса. Существовали и другие тревожные симптомы: англичане и голландцы при потворстве датчан начали активно участвовать в балтийской торговле. Главной целью ганзейской политики стало с тех пор вытеснение опасных конкурентов из Балтики.

Уже перед большой войной против Дании внутри Ганзы было заметно стремление поставить союз городов на прочную, упорядоченную основу. Война потребовала больших совместных усилий, и ключевую роль внутри союза стали играть именно города; индивидуальные торговцы больше не считались достойными внимания. Принятый в Любеке в 1366 году рецесс устанавливал, что только гражданин одного из ганзейских городов может обладать правами и привилегиями, предоставленными Ганзе в целом.

Вскоре после этого была создана Кельнская конфедерация, включавшая в себя в том числе и города, не входившие в состав Ганзы. Успех в войне против Дании поднял авторитет Ганзейского союза и сделал членство в нем еще более желанным. Сложившаяся в ходе войны практика, в соответствии с которой все важные вопросы решались на съездах представителей городов, была сохранена. К консолидации Ганзы привела и вышеописанная угроза внутренних беспорядков. Решения съездов обладали большой силой и способствовали формированию внутреннего устройства союза; важнейшие решения приобретали характер законов. Союз постепенно превращался в конфедерацию.

В раннее Средневековье в Германии не делалось попыток создать единую государственно-правовую систему. Это положение дел неблагоприятно сказалось на развитии Империи. Отдельные законы, принимавшиеся по мере необходимости, вскоре оказывались забыты. В XIII–XIV веках на руинах императорской власти создавалось новое устройство Империи. Однако законы появлялись медленно, носили фрагментарный характер, а попыток свести их в единую систему по-прежнему не предпринималось.

Города с самого начала отличались более упорядоченным законодательством. Все грамоты, письма и другие документы тщательно хранились. Документооборот в принципе находился здесь на более высоком уровне. Поэтому в городах были предприняты попытки кодифицировать существующую правовую систему, хотя результат часто оставлял желать много лучшего.

К счастью для нас, благодаря этому положению дел мы располагаем обширным материалом по истории Ганзы, в том числе текстами рецессов. Благодаря налаженной системе хранения документов в Любеке и в других городах всегда имелась возможность обратиться к старым договорам и законам. Тем не менее, единой системы ганзейского законодательства так и не сложилось; не существует ничего такого, что можно было бы назвать кодексом или конституцией Ганзы. В рецессах мы встречаем смесь из старых правил, которые автоматически подтверждались, и новых договоренностей, которые бывает не так-то просто извлечь из общей массы. Время от времени появлялись статуты, однако они составлялись на злобу дня и касались лишь тех законов, которые были актуальны в каждый конкретный момент.

Первая попытка систематизировать правовые нормы в рамках Ганзы была предпринята в 1417 году. 24 июня 1418 года документ вступил в силу; как говорится во вступительной части, «посланники городских советов немецкой Ганы во имя общего блага, во славу Господа, в честь Священной Римской империи и во имя процветания городов и простых добрых купцов единогласно одобрили и утвердили этот текст, которого с этого дня все должны строго придерживаться». Документ представлял собой первый всеобщий свод законов, содержавший в себе пеструю мешанину самых разных норм, касавшихся членства в Ганзе и отношения к внешним силам, монет, долгов, потерянного и украденного имущества, корабельных грузов, судоходства и морского права. Текст был передан в ратуши всех ганзейских городов и вывешивался для всеобщего ознакомления. Он получил свое дальнейшее развитие на съездах 1434 и 1441 годов; особенно подробной была версия от 18 мая 1447 года.

В 1418 году были приняты законы против городских мятежей, отличавшиеся особенной строгостью. Не только заговорщики, но и те, кто знал о заговоре и не сообщил о нем, не должны были приниматься ни в одном из ганзейских городов, а в случае поимки их надлежало казнить. Город, который укрывал таких людей, исключался из союза. Точно так же исключался из Ганзы город, в котором происходил переворот, пока прежние правители не вернутся к власти. Если полномочия городского совета одного из городов ограничивались общиной, его представители не имели права заседать на общем съезде; если ограничение не снималось по первому требованию, город исключался из Ганзы. Любые прошения к городскому совету могла подавать делегация, состоящая не более чем из шести горожан.