Чтение онлайн

скандальное покушение цензур против положений, содержащихся в заключении

совета Кастилии 1641 года, и прибавлял: "Если верховный суд нации не

разуверится в опасности видеть свои предположения под угрозой едкой критики,

так мало сообразной с разумом и религией, каким образом простое частное лицо

осмелится посвящать свой труд и свои сочинения в защиту прав короны и

государя?" Это собрание вызвало королевский указ от 18 января 1762 года,

согласно которому ни одно бреве и ни одна булла не могли впредь быть

приведены в исполнение без предварительного согласия короля. Главному

инквизитору было запрещено опубликовывать какое-либо постановление об

очистке или запрещении книг до доклада Его Величеству, а также арестовывать

труд католического автора, не выслушав его, согласно постановлению буллы

Бенедикта XIV от 6 июля 1753 года. Надо согласиться, что инквизиция

причинила бы меньше зла испанской нации, если бы распоряжения этой буллы

верно соблюдались. Я был свидетелем многих нарушений этого закона в 1789 и

последующих годах и видел в эту эпоху запрещение разных трудов католических

авторов, причем не были выслушаны ни они сами, ни их защитники.

XL. В 1768 году инквизиторы тщетно пытались завладеть процессами по

делу о многоженстве. Карл III приказал, чтобы, за исключением случаев, когда

виновные считали многоженство дозволительным, расследование этих дел

производилось обыкновенными светскими судами. Он выражал желание, чтобы

инквизиторы "ограничились наказанием ереси и отступничества, а особенно

чтобы ни один из его подданных не подвергался позору ареста, если он ранее

не сознался в совершении преступления". Совет инквизиции объявил королю 28

февраля 1771 года, что одно только обстоятельство вторичной женитьбы при

жизни первой жены заставляет подозревать совершивших это в том, что они

впали в заблуждение в вере по вопросу о браке. Вследствие этого инквизиторы

берутся за расследование этого мнимого проступка, обязывая обвиняемых

уничтожить подозрение в ереси, происшедшее от простого факта многоженства

XLI. В 1781 году главный инквизитор приказал, чтобы все исповедальни

монастырских церквей были расположены на виду у верующих, находящихся в

церкви. Провинциальные инквизиторы велели исполнить этот приказ, не сносясь

с архиепископами и епископами епархий. Эти прелаты сильно обиделись на такое

пренебрежительное обращение, но скрыли свое недовольство, чтобы не смущать

общественного спокойствия. Инквизиторы Гранады в 1797 году позволили себе

еще большую дерзость: они велели перенести на другое место исповедальню в

женском монастыре Св. Павлы, состоявшем под непосредственным управлением

архиепископа. Церковный администратор епархии принес жалобу королю.

Министром юстиции был тогда дом Гаспар Мельхиор де Ховельянос. Этот министр

был образован, сведущ в серьезной литературе и хорошо знаком с истинными

принципами гражданской и канонической юриспруденции. Он решил использовать

это происшествие и обратился к главному инквизитору, архиепископу Бургоса, к

епископам Уэски, Туи, Пласенсии, Осмы, Авилы и к дому Хосе Эспиге,

раздавателю милостыни при короле. Он пригласил их предложить ему, "что они

считали бы годным для прекращения злоупотреблений, совершающихся в святом

трибунале, и для искоренения ложных принципов из трудов, на которые

опираются эти меры". Архиепископ Бургоса (как и следовало ожидать) прислал

замечания, благоприятные для трибунала; другие доставили замечания

противоположного характера. Ответ, данный 10 марта 1798 года домом Антонио

Тавирой, тогда епископом Осмы, а затем Саламанки, был образчиком учености и

хорошего вкуса и обнаруживал величайшее уважение к истине. Эта благоразумная

попытка не имела удовлетворительного результата. Ховельянос покинул

министерство прежде, чем Карл IV что-нибудь решил. Его преемник имел другие

виды, а на Ховельяноса донесли как на подозреваемого в заблуждениях

относительно веры.

Статья третья

ДОЛЖНОСТНЫЕ ЛИЦА, ПОДВЕРГШИЕСЯ ПРЕСЛЕДОВАНИЮ

Вышеприведенное хронологическое изложение распрей, возникших по делу о

подсудности между инквизицией и светскими судами, достаточно доказывает

постоянное посягательство инквизиторов на расширение влияния и прерогатив

против воли государя и вопреки государственным законам и королевским указам.

Для дополнения картины, предлагаемой мною читателям, я присоединю список

самых известных должностных лиц, которые стали жертвами анафем святого

трибунала или как подозреваемые в ереси, или как противившиеся инквизиции и

подверглись вследствие этого карам, определенным в папских буллах против

врагов трибунала, - даже если они удовольствовались препятствием

инквизиторам завладеть процессами, чуждыми вере, и сопротивлением их

честолюбию, высокомерию и желанию распространить ужас для установления

повсюду их власти. Я буду следовать алфавитному порядку.

1. Альмодовар (дон Кристобал Хименес де Гонгора, герцог). Он был послом

при венском дворе и опубликовал труд под заглавием Колонии европейских наций

в заморских странах. Эта книга была вольным переводом труда Рейналя [908].

Он скрыл свое имя под псевдонимом Эдуард Мало де Луке, представляющим

анаграмму [909] речения el duque de Almodovar (герцог Альмодовар). Он сам

представил экземпляры своей книги королю: вопреки этому ходу и принятому им

решению устранить некоторые места, на него донесли инквизиции как на

подозреваемого в принятии систем неверующих философов. Инквизиторы старались

узнать, как герцог выражался в ученом обществе; результат не доставил им

достаточно мотивов для обвинения, как это почти всегда бывало в царствование

Карла III и Карла IV по отношению к ученым, на которых желали напасть.