Чтение онлайн

а в 1565 г. он был сожжен в изображении на торжественном аутодафе. В

"Практических приемах" он описывает все, что он узнал, видел, слышал и

пережил в застенках трибунала, а также злоключения ряда выдающихся лютеран,

либо содержавшихся вместе с ним в тюрьме, либо хорошо известных по их

общественной деятельности. Нидерландская революция, религиозные войны во

Франции, восстание католиков в Англии и папская булла отлучения английской

королевы Елизаветы придали книге Монтануса особенно актуальный характер, и

она уже в 1568 г. была переведена на французский и немецкий языки, а в

следующие годы выдержала много изданий и переводилась на разные языки. Быть

может, в видах ослабления впечатления от книги Монтануса сицилийский

инквизитор Людовик Парамо выпустил в 1598 г. в Мадриде книгу на латинском

языке "О происхождении и развитии святой инквизиции" - первый исторический

труд, написанный в духе ортодоксального католицизма. Парамо начинает историю

инквизиции с Адама и Евы и их считает первыми еретиками; первым же

инквизитором был Бог: "Statim igitur Deus… primus magister et maximus". На

Адама и Еву было надето и первое санбенито, а изгнание из рая означало

первую конфискацию имущества еретиков. "Историческая" книга Парамо

превращается в тем более смелую апологию инквизиции, что дело идет, по его

словам, о строгом подражании действиям самого Бога, а потому всякое

уклонение от них уже является неописуемым преступлением. Прошло почти целых

сто лет, прежде чем появилось серьезное исследование голландского

протестанта Филиппа Лимборха, давшего в своей латинской "Истории инквизиции"

(Амстердам, 1692) научно разработанный и обширный материал по истории

деятельности различных инквизиционных трибуналов. Но Лимборх лишь вскользь

говорит об испанской инквизиции; все его внимание было сосредоточено на

южнофранцузском движении альбигойцев, на его подавлении только что

призванной к жизни инквизицией. Как ни важен был труд Лимборха в области

историографии инквизиции вообще, для испанской он существенного значения не

мог иметь, тем более что Лимборх, разумеется, не располагал правом доступа к

богатейшим испанским архивам, и ему приходилось пользоваться случайными

материалами, а не достоверными и подлинными, какие характеризовали его

исследования по истории южнофранцузской инквизиции. Невозможность

использования испанских архивов лицами, не принадлежавшими к числу

служителей инквизиции, лишала значения и дальнейшие работы протестантских

историков, и даже поздняя (Лейпциг, 1784) двухтомная немецкая книга Крамера

страдала обычными недостатками антиинквизиционных работ, вышедших в свет до

появления "Критической истории" Льоренте с легшими в ее основу двумя томами

материалов, напечатанными в 1812 - 1813 гг. Льоренте в Мадриде. Для борьбы с

влиянием книги Льоренте католический мир выдвинул знаменитого реакционного

писателя Жозефа де Местра. Но, несмотря на резкий и победоносный тон и на

смелость, с которой его памфлет "Lettres a un gentilhomme russe sur

l'inquisition espagnole" защищал костры в делах веры, он не мог затмить

книги Льоренте, и в течение свыше полустолетия "Критическая история"

оставалась единственной авторитетной книгой в области испанской инквизиции.

Все попытки бенедиктинца Гамса и епископа Геделе развенчать славу книги

Льоренте путем указания на отдельные ее ошибки и промахи не имели успеха.

Если теперь книга Льоренте потеряла часть своего значения, то причина лежит

в обширной научной разработке, которой подверглись с 90-х годов прошлого

века отдельные моменты деятельности испанской инквизиции. В Бельгии,

Голландии и Германии было опубликовано большое количество архивных

документов, проливших новый свет как на преследование нидерландских

протестантов в царствование Карла V и Филиппа II, так и на искоренение

лютеранства в течение 50 - 70-х годов XVI в. на Пиренейском полуострове. В

этом отношении особенно ценны многочисленные работы школы гентского

профессора Пауля Фредерика. Отдельные монографии, написанные на основании

архивных данных, равно как опубликование многих протоколов инквизиционных

трибуналов подготовили почву для создания и общей новой картины деятельности

инквизиции. В 1906 - 1907 гг. и вышла четырехтомная "История испанской

инквизиции" на английском языке американского ученого Генри Чарльза Ли,

составившая новую веху в историографии инквизиции благодаря строго

проведенному и научному подбору материала и обилию архивных данных. На

русском языке в 1914 г. вышла "История инквизиции в Испании" С. Г.

Лозинского; в 1927 г.
– переработанное сокращенное издание этой книги под

названием "Святая инквизиция".

Как ни велико историографическое значение "Критической истории"

Льоренте, с научной точки зрения эта книга страдает очень существенными

недостатками. Несмотря на крики клерикалов и реакционеров о ренегатстве

Льоренте, о его безбожии и измене делу религии, Льоренте в действительности

был и оставался всю жизнь религиозно настроенным, верующим католиком, и

"Критическая история" целиком проникнута религиозным чувством. Автор ее

подходит к католицизму и инквизиции не с атеистической точки зрения, а с

определенно католической, которая сводится к требованию предоставления

"национальной" Церкви "свободы и независимости" путем устранения постоянного

вмешательства во все дела римской курии и поддерживающих ее доминиканцев,

францисканцев и иезуитов. Эта точка зрения Льоренте вполне совпадала с тем,

что во Франции определенная часть духовенства отстаивала под названием

галликанизма. То же явление имело место в Германии, где под однородным, по