Чтение онлайн

Утром 30 апреля интервенты подошли к стенам Рима и начали атаку. Против французов сражались 9–10 тыс. человек из разных подразделений. Большую роль в обороне Рима сыграл Гарибальди со своим легионом. Почти весь день 30 апреля происходили упорнейшие бои. К вечеру Удино был разбит и его армия обратилась в позорное бегство. Французы потеряли около тысячи человек убитыми, ранеными и взятыми в плен. Защитники Рима потеряли около 200 человек убитыми и ранеными. После победы в Риме были устроены народные торжества.

Гарибальди преследовал интервентов далеко за Римом, чтобы отрезать им отступление в Чивита-Веккья и не дать погрузиться на корабли. Но Мадзини запретил это делать, желая сохранить возможность примирения с Францией. 1 мая Удино, стремясь выиграть время, чтобы получить подкрепление, предложил триумвирату перемирие.

В эти же дни Фердинанд II во главе 12-тысячной неаполитанской армии вторгся на территорию Римской республики и начал наступление с юга; с севера двигались австрийцы. Гарибальди получил указание триумвирата выступить против неаполитанцев.

Он отправился с отрядом в 2300 человек навстречу неаполитанской армии и после яростной схватки с шеститысячным авангардом при Палестрине обратил неприятеля в бегство (9 мая). После этого Мадзини отозвал отряд Гарибальди в Рим.

15 мая в Рим прибыл с дипломатической миссией из Франции Ф. Лессепс. Между Мадзини и Лессепсом начались переговоры о перемирии. Мадзини надеялся на изменение французской политики и полагал, что заявление Лессепса о готовности Франции защищать территорию Римской республики от чужеземного нашествия не является лицемерным.

Учитывая создавшуюся обстановку, триумвират решил в первую очередь направить армию против войск Фердинанда II, которые все еще находились на территории республики. Главнокомандующим армии был назначен генерал Розелли. В авангарде шел отряд Гарибальди; 19 мая у Веллетри этот отряд атаковал неаполитанский корпус. Гарибальди вынудил армию неприятеля к беспорядочному отступлению и через несколько дней перешел границу республики. На территории Неаполитанского королевства Гарибальди приветствовали как освободителя. Гарибальди намеревался продвигаться в глубь королевства, где население готово было восстать[326], но получил неожиданный приказ триумвирата вернуться в Рим, которому снова угрожали войска Удино. На помощь французским интервентам поспешили испанцы, высадившиеся 28 мая в Гаэте.

К этому времени Удино получил подкрепления — 30-тысячную армию, вооруженную первоклассной техникой. 30 мая Лессепс подписал перемирие, а 1 июня Удино заявил, что не признает соглашения о перемирии и 4 июня начнет военные действия.

Французские интервенты военные действия начали на день раньше — на рассвете 3 июня у ворот Сан-Панкрацио. Используя момент внезапности, они обрушили удар на передовые позиции римских войск у вилл Памфили и Корсини, расположенных на господствующих над городом возвышенностях. Дальнейшая судьба Рима зависела во многом от того, в чьих руках останутся эти возвышенности. Жестокая борьба завязалась у виллы Корсини, которая 3 июня переходила три раза из рук в руки. Гарибальдийцы, оборонявшие эти позиции, проявили чудеса храбрости и героизма; но плохо вооруженные волонтеры не могли сломить противника, располагавшего первоклассной техникой и намного превосходившего их численностью. К вечеру Удино окончательно укрепился на этих позициях.

В течение всего июня войска республики самоотверженно сражались у стен города. Но осажденный город изнемогал и не мог больше сопротивляться. 30 июня в Учредительном собрании решался вопрос: продолжать оборону или прекратить ее? Собрание вызвало с передовой линии Гарибальди, чтобы узнать его мнение. После того как он подтвердил, что дальнейшее сопротивление невозможно, Собрание приняло решение о прекращении обороны.

1 июля Учредительное собрание утвердило конституцию республики, которая была самой прогрессивной из всех итальянских конституций.

В конституции провозглашался принцип народного суверенитета, равенства, свободы и братства всех граждан. Она включала обязательство в социальной области: «способствовать улучшению духовных и материальных условий жизни всех граждан». Конституция провозгласила принципы братства народов и предусматривала свободу вероисповеданий.

3 июля армия Удино вступила в Рим, и последние депутаты, оставшиеся в Капитолии, были разогнаны силой оружия.

Несмотря на падение Римской республики, Гарибальди не считал дело итальянской революции безнадежным. Он решил еще раз «попытаться изменить судьбу родины»[327] и с этой целью устремился на помощь Венецианской республике, истекавшей кровью под ударами австрийцев. 2 июля Гарибальди собрал своих волонтеров на площади св. Петра и призвал всех, кто любит родину, последовать за ним, предупредив, что им предстоит тяжелый путь, в котором придется испытать голод, холод и зной, вытерпеть форсированные марши, выдержать штыковые атаки. За Гарибальди последовало 4 тыс. человек.

Подобный поход мог предпринять только такой беззаветно преданный революции человек, как Гарибальди. Чтобы добраться до Венеции, нужно было пройти всю Центральную Италию, занятую австрийскими войсками. В течение месяца Гарибальди десятки раз вырывался из железного кольца армий интервентов (французских, испанских и австрийских), приводя неприятеля в изумление своей отвагой. Австрийцам удалось нанести отряду несколько ощутительных ударов. Постепенно Гарибальди терял многих из сподвижников, истощенных и измученных. Добравшись до нейтральной республики Сан-Марино, Гарибальди распустил отряд. С 300 лучших сподвижников он 1 августа направился к берегам Адриатического моря, чтобы на лодках добраться до Венеции. Героям удалось сесть на лодки, но вскоре они были обнаружены в море искавшими их австрийскими судами. Австрийцы открыли пушечный огонь по лодкам и большую часть из них захватили. Лишь небольшой группе храбрецов во главе с Гарибальди удалось высадиться на берег и спастись.

В этом тяжелом походе погибла жена и боевой товарищ народного героя Анита Гарибальди. Она геройски сражалась в дни обороны Рима, но не выдержала мучительного пути отступления и скончалась. Многих схваченных сподвижников Гарибальди австрийцы подвергли зверским пыткам, а затем расстреляли. В их числе были Уго Басси — бывший римский монах, а затем неразлучный спутник Гарибальди во всех его сражениях, и вожак римского плебейства Чичеруаккьо с двумя сыновьями.

После подавления Римской республики в Италии еще оставался один бастион революции — свободолюбивая Венеция, которую Радецкому долго не удавалось покорить. Почти год, с небольшими перерывами, народные массы Венеции мужественно боролись против австрийских войск. На оборону Венеции встало почти все население города. Находясь почти в полной блокаде — с суши и с моря, — город переживал тяжелые затруднения: финансовые, экономические, продовольственные. Но когда командующий австрийской армией в Венецианской области известил Манина о подписанном в Новаре перемирии и предложил Венеции капитулировать, Ассамблея Венецианской республики постановила, что «Венеция будет сопротивляться австрийцам до последней капли крови»; для ведения войны Манин был облечен неограниченной властью. Особенно самоотверженной и упорной была борьба венецианских патриотов начиная с мая 1849 г., когда враг, закончивший в марте военные действия против Пьемонта, сконцентрировал все силы вокруг Венеции и открыл по ней ураганный огонь. С каждым днем австрийцы усиливали обстрел города: было разрушено две трети Венеции, и геройским защитникам приходилось жить на чердаках оставшихся домов. Но венецианцы все еще не сдавались. В начале августа Венеция переживала трагические дни. Иссякли почти все запасы продуктов, в городе свирепствовали голод, эпидемии тифа и холеры. 5 августа собралась Ассамблея, где выступил Манин. «Наше положение ужасно, — говорил он. — Мы близки к тому, чтобы израсходовать последний кусок хлеба… Не хватает людей, чтобы перевозить и погребать трупы. Пожары от бомб и гранат умножаются с каждым днем, с каждым часом… Военные припасы истощаются… Гражданская гвардия дезорганизована вследствие отступления из одной части города в другую. Никакой надежды на помощь извне…»[328]

После бурной дискуссии Ассамблея поручила Манину вступить в переговоры о капитуляции. 22 августа 1849 г. город капитулировал. Последний очаг итальянской революции был уничтожен.

Еще за две недели до этого, 6 августа, в Милане был подписан мирный договор между Сардинским королевством (Пьемонтом) и Австрией. Согласно этому договору Пьемонт уплачивал Австрии 75 млн. франков контрибуции, границы Пьемонта определялись в рамках, существовавших до начала войны и установленных Венским конгрессом. Австрийское владычество вновь было восстановлено по всей Ломбардо-Венецианской области.

* * *

Выше отмечалось, что уже в 40-е годы в итальянских городах, главным образом в Пьемонте и Ломбардии, стали создаваться новые и расширяться существовавшие ранее рабочие организации. Это были общества взаимопомощи, которые ставили задачу взаимной поддержки в случае болезни или безработицы, а также стремились содействовать воспитанию и образованию.

Уже в период революции 1848–1849 гг. вспыхивали забастовки и волнения рабочих ряда городов. Однако они не носили организованного характера, а явились стихийными выступлениями рабочих против эксплуатации и произвола предпринимателей. До 1859–1860 гг. в Италии не было организованного рабочего движения[329]. Существовавшие в итальянских государствах абсолютистские режимы и произвол властей подавляли в самом зародыше любые выступления рабочих.