Чтение онлайн

Улучшилось санаторно-курортное обслуживание трудящихся. В феврале 1964 г. открылся санаторий «Марциальные воды» на 150 мест, имеющий всесоюзное значение. При крупных промышленных предприятиях работало 10 профилакториев, 76 баз отдыха. В санаториях и профилакториях ежегодно лечились около 12 тыс. рабочих и служащих республики, более 21 тыс. проводили свои отпуска в домах отдыха и на туристских базах.

В целях укрепления здоровья людей большое внимание уделялось развитию физической культуры и спорта. В 1967 г. в различных спортивных секциях занимались свыше 163 тыс. человек. В 1969 г. в республике насчитывалось 200 мастеров спорта, в том числе 55 мастеров спорта по лыжам и 4 мастера международного класса, 46 спортсменов входили в состав сборной РСФСР. Спортсмены республики выступали на всесоюзных и всероссийских соревнованиях по различным видам спорта. Высоких результатов в состязаниях добились карельские спортсмены. М. Е. Минина, трижды завоевавшая звание чемпиона СССР в шоссейной гонке на 25 км в 1946-1950 гг.; мастер спорта Д. Агонии, установивший в 1953 г. новый рекорд страны в олимпийской стрельбе по силуэтам; лыжник Ф. Терентьев, неоднократный чемпион СССР и чемпион зимних Олимпийских игр 1956 года; мастер спорта международного класса К. Назаров, 9-кратный чемпион СССР, 5-кратный серебряный призер Европы в гребле на байдарке. Во второй половине 1960-х гг. новые рекорды страны и мира установили многократный чемпион мира, Европы и СССР, участник Олимпийских игр, на протяжении почти 10 лет являвшийся одним из лучших стрелков мира В. Постоянов, студентка Л. Сафронова, выигравшая в 1967 г. первенство СССР в беге на 800 м, кондопожская школьница О. Рокко, ставшая в 1969 г. чемпионкой Европы среди юниоров в беге на дистанцию 5 км. Традиционными стали в республике ежегодные заочные республиканские соревнования «Лыжня Антикайнена» на переходящий приз газеты «Комсомолец».

Таким образом, рост заработной платы и увеличение денежных доходов населения, сокращение рабочего дня, всеобщее пенсионное обеспечение граждан, ускоренное жилищное строительство, не имевшая в те годы аналогов система социального обеспечения, медицинского обслуживания, поддержание среднего (по минимальным меркам) прожиточного уровня граждан — все это были весомые и бесспорные успехи. Однако при всех положительных сдвигах картина оставалась неоднозначной. Сфера услуг по-прежнему рассматривалась как нечто второстепенное. Об этом наглядно свидетельствовали следующие цифры: в 1970 г. из 876 сельских населенных пунктов республики, подчиненных сельсоветам, детские сады и ясли имели только 38%, швейные мастерские — 12%, обувные мастерские — 6%, парикмахерские — 8%, больницы и медпункты — 51%, столовые и чайные — 27% населенных пунктов. Многие из них не были электрифицированы и радиофицированы, не имели телефонной связи». Не удалось преодолеть отставания республики от РСФСР и большинства областей Северо-Западного региона по обеспечению населения товарами народного потребления, бытовому обслуживанию, благоустроенности жилья. Негативно сказывались на развитии сферы услуг ведомственный принцип управления экономикой, несбалансированность городской инфраструктуры, уравнительная тенденция в оплате труда.

С первых дней освобождения республики от вражеской оккупации началась работа по возрождению учреждений просвещения и культуры. В годы Великой Отечественной войны в Карелии было уничтожено свыше 250 школьных зданий. Ущерб, нанесенный системе народного образования, выразился в сумме 63,5 млн руб. Правительство СССР оказало республике необходимую помощь и направило для школ освобожденных районов 320 тыс. книг, 84 тыс. экземпляров учебников, на 314 тыс. руб. наглядных пособий, тетрадей. Значительные суммы были выделены из республиканского бюджета на строительство новых зданий школ, пополнение учебного оборудования.

В 1945/46 учебном году в республике уже работало 528 дневных и вечерних школ (71% от довоенного числа) с количеством учащихся 54 тыс. человек. В связи с большой разбросанностью и малым числом жителей населенных пунктов в ряде районов насчитывалось большое количество малокомплектных школ, число учащихся в которых не превышало 20 человек. В первые послевоенные годы значительная часть учащихся выбывала из школ. Причины были различные: отсутствие одежды и обуви, помощь родителям по дому, вынужденная работа на предприятии и др. Тем не менее в течение 1946-1950 гг. в Карелии было полностью осуществлено всеобщее начальное обучение и создана учебная база для семилетнего образования, введение которого завершилось в 1952 г. В последующие годы происходило увеличение сети семилетних и средних школ. Часть школ, имевших небольшую численность (5-7 человек), была ликвидирована, крупные начальные школы преобразованы в семилетние, а семилетние — в средние.

Вместе с тем в ряде районов доля детей, не охваченных обучением, оставалась высокой: в 1952 г. в Сегежском, Сегозерском, Медвежьегорском районах она составляла 7%. Остро не хватало кабинетов, приспособленных для изучения предметов школьных программ: в начале 1954 г. только 11 из 259 семилетних и средних школ имели оборудованные кабинеты по физике, химии, биологии.

Школы испытывали острый дефицит в педагогических кадрах. Из-за отсутствия учителей в ряде школ не велось преподавание математики, физики, химии, биологии, иностранного языка и некоторых других предметов. В 1946 г. Министерство просвещения республики отказалось от краткосрочной подготовки учителей, как не оправдавшей себя. Подготовка педагогических кадров осуществлялась в педагогическом институте, государственном университете, Петрозаводском и Пудожском педагогических училищах. В 1951-1955 гг. было подготовлено 2047 учителей. Кроме того, более 500 специалистов Карелия получила из внереспубликанских вузов. Таким образом, за 5 лет в школу было направлено более 2500 учителей, однако за то же время около 1,8 тыс. преподавателей выбыли из республики в связи с материальной неустроенностью. В последующие количество учителей значительно выросло, достигнув в 1958 г. 5,3 тыс. человек, то есть увеличилось в 2,5 раза по сравнению с 1945 г. Однако и к началу 1960-х гг. задача полного обеспечения школ квалифицированными учителями не была решена.

С окончанием Великой Отечественной войны каких-либо существенных изменений в области языковой политики в республике, исходившей из нецелесообразности создания карельской и вепсской письменности и тем самым игнорировавшей культурные запросы карельского и вепсского народов, не произошло. Вновь, исходя из политических соображений, было введено обязательное обучение детей на финском языке в школах тех районов, где проживали финны и карелы, одновременно в средних специальных учебных заведениях предусматривалось обязательное изучение финского языка по 2 часа в неделю в течение трех курсов. Карело-финские школы (так они назывались), функционировавшие в районах массового проживания карелов, вепсов и финнов, являлись единственным типом национальной школы в Карелии.

В начале 1946 г. в республике насчитывалось 118 национальных школ, а в конце 1950 г. — 164 школы. Эти школы отличала малая наполняемость классов — иногда до 2-3 человек, особенно в Сегежском, Петровском, Ругозерском и некоторых других районах. Многие учителя нерусских школ сами слабо знали литературный финский язык. В 1948 г. из 289 учителей им вполне владели только 40 человек. В связи с этим в 8-10 классах финский литературный язык не изучался, на низком научно-теоретическом уровне велось преподавание ряда учебных дисциплин. Не была разработана методика обучения детей в нерусской школе, отсутствовала художественная литература для внеклассного чтения. В целях расширения подготовки национальных педагогических кадров при Карело-Финском государственном учительском институте было организовано отделение по подготовке учителей финского языка и литературы, увеличен прием в Петрозаводском педагогическом училище на отделение по подготовке учителей для нерусских школ.

Несмотря на принятые меры по развитию национальных школ, количество их из года в год сокращалось. В 1954 г. в республике насчитывалось 130 таких школ. Существенные различия в лексике финского языка и в диалектах средней и южной частей Карелии вызывали определенные трудности. Уровень знаний учащихся нерусских школ по математике, биологии, истории и другим предметам являлся низким, что затрудняло поступление их в вузы и техникумы. По этой причине имелись факты массового отказа учащихся от обучения на финском языке. Это побудило правительство республики в августе 1954 г. принять постановление «О мерах по улучшению обучения детей в нерусских школах республики», согласно которому преподавание всех предметов в 1-10 классах этих школ было переведено с финского на русский язык, но оставалось изучение с 3 по 10 класс финского языка как одного из основных предметов. Эти меры осуществлялись в контексте подготовки ликвидации статуса финского языка как государственного и ликвидации самого статуса союзной республики. С 1958/59 учебного года было отменено обязательное изучение детьми финнов и карелов финского языка как предмета в школах. Изучение финского языка, но уже в качестве одного из иностранных языков, было вновь введено лишь во второй половине 1960-х гг.

В конце 1950-х — начале 1960-х гг. вопросы национально-языковой политики в республике фактически были пущены на самотек. Непоследовательность в решении проблем литературного языка и письменности для карельского населения вызвала немалые издержки в организации народного образования, в подготовке кадров. Всесоюзные переписи населения 1959 и 1970 гг. показали, что по доле лиц с высшим образованием среди коренных национальностей 11 автономных республик РСФСР карелы занимали одно из последних мест.

Вытеснение родного языка на периферию общественной жизни стимулировало тенденцию к сокращению его использования и на семейно-бытовом уровне. Об этом свидетельствовали данные о росте численности и удельного веса карелов, финнов, вепсов, у которых родной язык и национальная принадлежность не совпадали. Если в 1959 г. назвали язык своей национальности в качестве родного языка 80,9% карелов, 74,2% финнов и 38,6% вепсов, то в 1970 г. — соответственно 71,7%, 61,1% и 31,9%.

Развертывание научно-технической революции поставило перед школой ответственные задачи, среди которых на первый план выдвинулись повышение общеобразовательного уровня молодежи, сочетание в средней школе общего образования с профессиональной подготовкой. Новый курс в развитии общеобразовательной школы нашел воплощение в Законе «Об укреплении связи школы с жизнью и о дальнейшем развитии системы народного образования в СССР», принятом 24 декабря 1958 г. сессией Верховного Совета СССР. Закон положил начало реформе школы, продолжавшейся до середины 1960-х гг. В соответствии с господствовавшими тогда идеями быстрого построения коммунизма система образования должна была в короткий срок решить проблему профессионализации общеобразовательной школы. Закон предусматривал введение всеобщего 8-летнего образования и реорганизацию 10-летних школ в 11-летние средние политехнические школы с производственным обучением. Выпускники средней школы наряду с аттестатом зрелости получали свидетельство о специальности. Кардинально менялась вся система профтехобразования. Действовавшая до этого система «трудовых резервов», включавшая ФЗО, строительные школы, ремесленные училища, училища механизации сельского хозяйства и технические училища, была признана устаревшей, и профессионально-техническое образование переведено на единую общеобразовательную базу (8 классов) путем создания городских и сельских ПТУ со сроками обучения от 1 до 3 лет.