Чтение онлайн

Повышение роли образования в Корее XVI в., то, что в формировании тех или иных группировок высокопоставленных сановников важную роль стали играть идейные разногласия, не могло не послужить толчком для развития корейской общественной мысли, которую иногда называют термином чхорхак,что в дословном переводе означает «философия» [166] .

Знаменитые корейские мыслители Ли Хван (литературный псевдоним — Тхвеге; 1501-1570) и Ли И (псевдоним — Юльгок; 1536-1584), творческую деятельность которых считают первоисточником развития особого течения корейской общественной мысли нового времени — сирхак(«(за)реальные науки»), жили и работали в XVI столетии. Как общественная мысль XVI в., так и идеи сирхакпредставляются для истории Кореи особенно важными, поскольку истоки движения за реформы, развернувшегося в Корее в конце XIX в., по мнению ряда исследователей, следует искать не во влиянии Японии или Китая, а как раз в идейном течении сирхак.(Вместе с тем интересно отметить, что сам по себе термин сирхак(в китайском прочтении — шисюэ)использовался и в Китае и означал идейное течение в неоконфуцианстве начала эпохи Цин (XVII-XVIII вв.), в основе которого лежала идея о «практическом упорядочении мира по канонам» [167] ).

Итак, о чем спорили корейские мыслители, представители сословия сарим,в XVI в.? Спорили о двух первоначалах — лии ки. Ли —это высшее духовное начало, рациональность, с которым связано понятие сущности. Ки —материальное начало, энергия; с ним соотносятся понятия внешнего видаи явления.Корейские мыслители XVI столетия спорили о том, что первично — лиили ки.Причем споры эти зародились еще в Китае. Полемика о первичности двух начал выходила за рамки «чистой философии», переходя на принципы морали и управления государством. Считалось, что настаивание на первичности лиозначало, что идеальное состояние — это доброта, а зло — ненормально. Настаивание на первичности кибыло связано с представлением о том, что и доброе и злое — все имеет одинаковую силу и является естественным состоянием космоса.

Корейские мыслители Ли Хван и Ли И пришли к идее о том, что обаначала выступают первоначаламии взаимовлияют друг на друга. В этом, как считают современные корейские исследователи, эти мыслители пошли дальше китайского основоположника неоконфуцианства Чжу Си [168] . Ли Хван — один из известнейших корейских мыслителей. Его вклад в развитие корейского конфуцианства был настолько велик, что со временем его стали называть «Восточным [169] Чжу Си». У Ли Хвана насчитывалось более 260 учеников и последователей, что немало для того времени.

И вот эти, казалось бы, «безобидные» споры об абстрактных вещах послужили одной из идейных основ распада корейского правящего класса, выходцев из сословия сарим,на так называемые «партии» — тан(может произноситься как дан).

О «партиях» следует сказать несколько слов особо. До сих пор исследователи не пришли к единому мнению о том, можно ли говорить об образовании партийв современном понимании в Корее XVI в., или же следует вести речь о придворных группировках.С одной стороны, для обозначения политических партий XX-XXI вв. употребляется то же слово, что и для «партий» XVI в. С другой — в принципах их формирования и деятельности не находят того, что присуще современным политическим партиям. В отечественной исторической литературе танопределяют как «группировки правящей элиты» и употребляют слово «партия», взятое в кавычки [170] .

Действительно, несмотря на то, что отдельные исследователи усматривают в деятельности «партий» главным образом выяснение вопросов служебных перестановок, престолонаследия, ритуалов, иными словами, борьбу за влияние при дворе, «партии» представляли собой качественно новое явление во внутриполитической жизни Кореи. Во-первых, у «партий» были свои более или менее четко очерченные идейные представления, а во-вторых, их влияние не ограничивалось столицей, а распространялось и на провинцию через те совоны,которые связывали представителей тех или иных «партий».

Начало истории «партий» в Корее было положено в 1575 г. Поводом стал вопрос об определении кандидатуры на один из высокопоставленных постов Палаты чинов — Ичжо.Тогда сторонники придворного сановника Ким Хёвона (1532-1590), проживавшего в восточной части Сеула, образовали «Восточную партию», приверженцев которой стали называть тонин,т.е. «люди Восточной [партии]», а последователи Сим Ыйгома, младшего брата вдовствующей королевы, который в то время проживал в западной части Сеула, образовали «Западную партию», приверженцев которой стали называть соип,т. е. «люди Западной [партии]». Считается, что сторонники «Восточной партии» придерживались идеи, согласно которой основой всего является идеальное начало ли,а последователи «Западной партии» принимали за первооснову материальное начало ки.

В 1589 г., всего за несколько лет до вторжения в Корею японцев, «Восточная партия» раскололась на «Северную» и «Южную партию». Впервые за многовековую историю Корея лишилась относительного единства правящего класса. В предшествующие исторические периоды нередким было размежевание служилого сословия на две группировки. В конце XVI столетия их было уже три, а в дальнейшем число «партий» стало еще большим. Вовлечение в борьбу «партий» частных учебных заведений совоновприводило к тому, что раскол в среде правящего класса выходил за пределы королевского двора и распространялся на провинцию.

Поэтому, несмотря на отдельные положительные сдвиги в экономике страны, наблюдавшиеся в конце XVI столетия, такие, как, например, улучшение системы орошения и способов распашки земель, обострившееся противостояние внутри правящего класса отрицательно сказалось на эффективности руководства страной, а также на степени ее защищенности от внешнего агрессора.

В 1592 г. Корея столкнулась с еще одним тяжелейшим испытанием.

В южнокорейской историографии события 1592-1598 гг. называются «Смута [в связи с] японцами [годов] имчжин» — Имчжин вэ-ран. Имчжин —это корейское прочтение циклических знаков, с помощью которых в традиционном дальневосточном лунно-солнечном календаре передается порядковое обозначение года, и который приходится на 1592 г. по григорианскому календарю. В северокорейской историографии те же события именуются «Отечественная война [года] имчжин» — Имчжин чогук чончжэн.В российской исторической литературе было принято следовать названию, используемому в северокорейской историографии, — «Имчжинская отечественная война корейского народа против японских захватчиков».

Мы не случайно обращаем внимание на различные варианты названия этого значимого для истории Кореи события. Южнокорейская оценка войны как «смуты» является во многом традиционной и имеет целью принизить статус врага. Северокорейское название «отечественная война» перекликается с другой «отечественной войной» — 1950-1953 гг. и ставит эти два события в один ранг, пытаясь доказать, что и в конце XVI, и в середине XX столетия Корея подвергалась вероломной агрессии извне и с честью смогла отстоять свою независимость.

Автор настоящей монографии избрал нейтральное обозначение событий как «Имчжинская война».

В известной степени Имчжинская война стала одним из узловых моментов в истории Кореи. Стране был нанесен мощнейший удар, она подверглась разграблению, на преодоление последствий которого потребовалось огромное количество сил и времени. Не все из утерянных во время войны достижений в сфере культуры удалось до конца восстановить. Вместе с тем именно на волне преодоления последствий войны в Корее был проведен ряд реформ, которые позволили достичь Корее качественно нового уровня в социально-экономическом развитии.