Чтение онлайн

Уже в микенский период греки плавали по Эгейскому морю и через острова достигали Малой Азии. В северной части Эгейского моря пролив Геллеспонт через Пропонтиду и Босфор связывает Средиземное море с Черным, которое греки обозначали эвфемизмом «Понт Эвксинский», т. е. «море гостеприимное». Два мыса, один напротив другого, по обе стороны пролива издавна облегчают общение между Европой и Азией. Так же и архипелаги Эгейского моря как бы образуют дорогу от одного континента к другому. В северной части моря эта связь слабее, но и здесь по пути в Азию попадаешь на богатый золотом остров Тасос, находящийся как раз напротив фракийского побережья, а затем на Имброс и Лемнос.

Море не разделяет людей, но соединяет, поэтому греки называют его «понтос»: слово это связано с латинским «понс» — мост. Подлинный мост между Европой и Азией образуют Киклады и Спорады с островами Делос — известным центром культа бога Аполлона, Наксос и Парос — богатыми мрамором, а также Мелос — изобилующим обсидианом.

В южной части Эгейского моря протянулся третий мост — цепь островов от мыса Малея на Пелопоннесе до полуострова Книд на азиатском берегу, включая Киферу, Крит и Карпатос. Это действительно мосты: с одного острова виден другой, безоблачное небо, кажется, уменьшает расстояние, при хорошей погоде прибрежные горы можно разглядеть за 50 миль.

Наиболее изрезанную береговую линию Греция имеет на востоке — это прежде всего побережье Саронического залива со множеством портов и пристаней. Потому-то взоры эллинов были обращены скорее на восток, чем на запад, где удобных пристаней нет, а бурное Адриатическое море менее благоприятно для мореплавателей.

Климат Древней Греции мало отличался от нынешнего. Среднегодовая температура не претерпела изменений с античных времен. Она колеблется от 16 °C в Фессалии, где климат ближе к континентальному, до 19 °C на Кикладах. В Афинах и Спарте температура как раз средняя: 17,7 °C. Атмосферные осадки редки, в западной Греции их выпадает больше, чем в восточной. Недостаточная влажность делает воздух ясным и прозрачным, как об этом прекрасно говорит хор у Еврипида. Флора Греции — типично средиземноморская, а любимые греками платаны и оливки, листья которых украшали головы олимпийских победителей, придают пейзажу неповторимое своеобразие. Древнегреческий ландшафт был немного иным, чем сегодня, ибо голые в настоящее время скалы Пелиона, Парнаса, Киферона и Геликона были тогда покрыты лесами. Как и в наши дни, лишь небольшая часть земель была пригодна для обработки, но, несмотря на это, важнейшим занятием всегда было в глазах греков земледелие, хотя и мореплавание, и торговля также развивались очень успешно. «Если хочешь быть богатым, — говорит Фокилид, — усердно обрабатывай землю: земля — источник богатства». Возделывали почти исключительно пшеницу и ячмень, однако с VI в. до н. э. все более выгодным становилось разводить виноградную лозу и оливки, и эти культуры постепенно вытесняли собой зерновые.

В Греции совсем нет золота: его добывали уже за пределами собственно Греции — на острове Тасос, в Македонии и Фракии. Зато меди греки имели вдоволь, находя ее прежде всего на Эвбее, где название города Халкида происходит от греческого слова, обозначающего медь. Так же, как и в Беотии и Лаконии, добывали и железо, хотя везде оно было невысокого качества. Среди ценных металлов первое место, несомненно, занимало серебро. В VII–VI вв. до н. э. центрами его добычи стали Острова Тасос и Сифнос; на доходы с рудников сифнийцы устроили знаменитую сифнийскую сокровищницу в Дельфах. В VI в. до н. э. все большее значение приобретали серебряные рудники в Лаврионе, а с 483 г. — в Маронее, где были открыты крупные залежи этого металла. Доходы от их разработки позволили Афинам построить крупный флот, победить персов, а также добиться гегемонии в Греции V в. до н. э.

Горнодобывающий промысел находился в Афинах в классическую эпоху на высоком уровне развития: там умели необыкновенно искусно отыскивать новые залежи ценных металлов, а глубина шахт достигала 120 м. Еще важнее серебра была для греческого искусства глина, из которой делали кирпичи, но прежде всего керамику — в этом греки добились, как известно, высочайших художественных достижений. Наконец, весьма ценился и камень: благодаря ему возникли со временем греческие храмы, другие памятники архитектуры и скульптуры. Камень всегда находили на месте, его не надо было никуда возить. Дома в Афинах строились из твердого известняка, добытого в ближайших окрестностях; дома на Делосе — из камня, выломанного прямо из гранитного основания острова. Даже при сооружении храмов обходились без транспортировки материалов. В Олимпии святилище Зевса построено из местного известняка; каменоломни Кара, поставлявшие Афинам излюбленный там в VI в. до н. э. травертин, т. е. мягкий известняк, располагались всего в нескольких километрах от города.

Пентеликон, родина мрамора, из которого сооружены Парфенон и Пропилеи, также находится лишь в десяти с небольшим километрах от Афин. Мрамор в Греции добывали во многих местах. В отличие от эпохи эллинизма, предпочитавшей цветной мрамор, классический период имел пристрастие к мрамору белому. Особенно славился полнозернистый мрамор с островов Наксос и Парос, являвшихся в VI в. до н. э. центрами искусства скульптуры. Напротив, в V в. до н. э. чаще всего применяли аттический мрамор. В каменоломнях Пентеликона добывали тогда не менее 400 000 кв. м этого ценного камня. Превосходный греческий мрамор поддается тончайшей обработке, что в огромной мере способствовало развитию искусства древней Эллады. Не удивительно, что школы скульпторов процветали в VI в. до н. э. именно на Паросе и Наксосе, а в V в. до н. э. в Афинах.

На рубеже III–II тысячелетий до н. э. предки позднейших греков, двигаясь из-за Дуная, вторглись на Балканский полуостров. Пространство, примыкавшее к Средиземному морю, было заселено в ту пору людьми, которые говорили на языке, не относящемся ни к индоевропейской, ни к семитской группам. Позднейшие греки, за исключением дорян, сами считали себя автохтонным населением Греции, однако и у них сохранялось представление о существовании некоего древнего, догреческого народа, карийцев, лелегов, или пеласгов, первоначально населявших Элладу и прилегающие острова.

Еще в начале нашего века эти древнейшие обитатели страны были для ученых Нового времени какой-то неуловимой тенью. Лишь эпохальные раскопки английского археолога А. Эванса (1851–1941) на Крите, в результате которых была открыта великолепная догреческая культура, показали нам древнейший и неизвестный мир. То, что история греческого народа начинается не с Гомера, стало ясно еще раньше, благодаря трудам немецкого археолога Г. Шлиманна (1822–1890), которому удалось откопать на холме Гиссарлык в Малой Азии Трою, а в другом месте — Микены и Тиринф. Дальнейшие раскопки, проведенные в Эпидавре, Амиклах, на Эгине и в других местах, открыли так называемую микенскую культуру. На Крите поиски шли еще до Эванса, но только он, раскопав Большой и Малый дворцы в Кноссе, обнаружил целый мир культуры, названной им минойской — по имени мифического критского царя Миноса. Археологи работали также на островах Аморгос, Парос, Сифнос, Сирое, Наксос, Тера, Мелос, Делос. В результате всех этих изысканий сложился целостный образ многовековой эгейской культуры, созданной догреческим населением, а во II тысячелетии до н. э. и при участии предков позднейших греков — ахейцев, которые не только заимствовали достижения этой культуры, но и творчески развивали их, став создателями микенской культуры.

Итак, в районе Эгейского моря существовали и взаимодействовали три культурные общности: древнейшая из них критская, или минойская, с центром на Крите (3000–1200 гг. до н. э.); кикладская, расцветшая на островах; и элладская — в собственно Греции. Отражением критской культуры в материковой Греции была культура микенская: в формировании ее немалую роль сыграли, очевидно, художники и ремесленники с Крита, привезенные в качестве рабов победителями-ахейцами.

Если не считать эпохи неолита, критская, или минойская, культура делится на три периода: раннеминойский (3000–2300/ 2100 гг. до н. э.), среднеминойскйй (2300/2100 — 1600 гг. до н. э.) и позднеминойский (1600–1200 гг. до н. э.). Каждый из периодов, в свою очередь, распадается на ряд подпериодов, причем этому хронологическому делению соответствует в основном хронология и двух других крупных культурных общностей — кикладской и элладской.

Первый период пышного расцвета Крита и его гегемонии в эгейском мире начался на рубеже III–II тысячелетий до н. э., примерно тогда, когда предки позднейших греков, называемые протоэллинами, вторглись на Балканский полуостров, заложив основы раннеэлладской культуры. Но это был уже среднеминойскйй период, о котором на Крите можно говорить как о периоде «первых дворцов». В предшествующие эпохи успешно развивались, скорее, восточная и южная части острова, отныне же центр власти и культуры переместился в Кносс, Фест и Маллию. Дворцы, постоянно перестраивавшиеся и становившиеся все более пышными на протяжении двух с половиной веков, украшены колоннадами и фресками. Монументальная архитектура дворцов и фресковые росписи — главные черты, отличающие Крит от современных ему кикладской и элладской цивилизаций, носивших куда более примитивный характер. В расцвете фресковой живописи, наивысшее развитие которой приходится уже на эпоху «вторых дворцов» (XVII в. до н. э.) и на позднеминойский период, справедливо видят проявление характерной для критян любви к ярким краскам. Еще в первых дворцах в Кноссе и Фесте некоторые стены покрыты были разноцветными рисунками. Довольно рано появились и изображения человеческих фигур.

Влияния Крита на Европейский континент в эпоху «первых дворцов» еще очень слабы даже там, где такие влияния должны были бы быть наиболее ощутимы. Это связано с передвижениями народов, ареной которых стали на рубеже III–II тысячелетий до н. э. балканские земли. Весь Восток затронули последствия этих крупных миграций. Начало правления XII династии в Египте (около 2000 г. до н. э.) ознаменовано тяжелой борьбой за оборону страны; в тот же период пала Троя II. Протоиталийцы вторглись на Апеннинский полуостров, протоэллины — на Балканы. Ахейцы остановились в Фессалии, подчинив себе местных пеласгов. Период догреческий, или раннеэлладский, всюду завершается руинами и пожарами, что ясно указывает на приход новых, народов. В среднеэлладскую эпоху возник обычай хоронить мертвых в так называемых шахтных гробницах, появились также новые формы керамики. Изготовлявшаяся тогда в Центральной Греции керамика отличается от раннеэлладской не только составом глины, характерной блестящей черно-серой или желтой поверхностью к весьма скупым орнаментом, но прежде всего сильно расчлененной формой сосудов, напоминающих металлические.